– Послушайте…

Культуристка прервала меня пощёчиной, от которой у меня зазвенело в голове, и я опять оказался на матрасе в лежачем положении.

– Заткнись, член на ножках. Достал языком молоть, я для него другое занятие найду, - произнесла она.

– Опять ты за своё, - раздражённо сказала та негритянка, что в самом начале их разговора начала спор. – Мне не нравится у них разбитые лица.

– Да пошла ты, - дрожащим от возбуждения голосом ответила ей культуристка. Она стала поспешно стягивать с себя джинсы с трусами. Когда они оказались на полу, то взялась за футболку. Но стоило на миг закрыть своё лицо тканью, как на неё сзади налетела недовольная её решением товарка. С криком она ударила её ножом в спину, потом в бок, потом в шею и следом опять нанесла несколько ударов под лопатку. Культуристка вскрикнула и дёрнулась, но уже после второго удара стала оседать на пол.

– Всё, тварь, тебе конец, - тяжело дыша, произнесла убийца и плюнула на окровавленное тело, дёргающееся в агонии у её ног. – Ну, кто теперь будет первым? Я буду первой.

– Сара… - тихо сказала таксистка, но мгновенно замерла, когда убийца резко к ней повернулась и посмотрела безумным взглядом.

– Заткнись, а то тоже станешь такой же. Уяснила?

– Да, я поняла, - откликнулась та и сделала несколько шагов назад.

Убедившись, что никто не желает с не спорить, она опять повернулась ко мне.

– Если ты будешь визжать и дёргаться, то я тебе вскрою глотку, сучёнок, уяснил, - хрипло сказала она.

– Да пошла ты, - повторил я слова культуристки и призвал Кэтрин.

Терминаторше не пришлось ничего приказывать. Или ей хватило доли секунды на оценку ситуации. Или она и так была в курсе, воспринимая информацию через меня, находясь в татуировке.

Всё закончилось буквально за три секунды.

Терминаторша неуловимым жестом вскинула руки, трансформируя те в клинки и мгновенно те удлиняя. Левая рука-клинок с хрустом вошла в переносицу убийце. А на правой указательный со средним пальцы превратились в многометровые стилеты и вонзились в глаза двум оставшимся негритянкам.

Ещё пару секунд так стояла, удерживая на вытянутых руках слабо дёргающиеся тела женщин, а потом вернула верхним конечностям прежние размеры и формы. Убитые негритянки свалились на бетонный пол тряпичными куклами.

– Вот же ипать-копать, - выдохнул я и провёл ладонью по голове, от лба до затылка. – Полная жопа.

Первой мыслью было немедленно уйти отсюда. Но сделав несколько шагов, остановился. В голову пришла мысль, что стоит собрать трофеи. Неприятно, но рано или поздно мне придётся это делать. Я же для этого и терминаторш нарисовал на своей коже. Развернувшись, я посмотрел на трупы. И в этот момент убитая своей напарницей культуристка резко дёрнулась и навсегда затихла.

– Буэ-э!

Полоскало меня минут пять. Последнюю минуту я давился воздухом и сплёвывал горькую слюну, так как желудок был чист, как у новорожденого.

– Кат… тьфу, Кэтрин, забери у них их вещи, телефоны там, кошельки, кредитки. И сложи в какой-нибудь пакет или сумку, - приказал я терминаторше. – А потом отыщи дорогу на улицу. И мои вещи тоже найди.

Оказалось, что преступницы свили себе гнёздышко на окраине Нью-Йорка в полузаброшенных складах. Часть огромных построек из железных сендвич-панелей и бетонных плит не имели ни намека на ворота и были заполнены мусором. Возле других копошились люди, подходы к наглухо закрытым воротам перекрывали шлагбаумы, а где-то даже стояли охранники. Правда, не в чёрной или серой форме, а в разномастном тряпье, зато с помповиками или автоматами на плече. Я к этому времени успел очухаться, голова посвежела, очистилась от вколотой дряни и шока и родила ряд ценных мыслей.

– Кэтрин, прими внешность таксистки и садись за руль её машины, - приказал я. Потом подумал и призвал Ти-Экс, которая также сменила внешность, став культуристкой. Кстати, ей не пришлось ходить к трупу для этого. Всеми данными с ней поделилась Кэтрин, передав их через терминаторскую связь.

Такси здесь явно было известно. Нас никто не подумал останавливать и даже не рассматривал пристально. Страшно представить, какие дела тут проворачиваются. Когда мы выбрались из этого места, я приказал править к ближайшей приличной больнице. А перед этим остановиться возле любых камер хранения, чтобы переложить в ячейку сумку с трофеями.

Кэтрин остановила машину так, чтобы не попадать под прицелы видеокамер. После этого я вернул её и Ти-Экс обратно в татуировку, посидел несколько минут в машине, затем вышел из неё и медленно пошёл к главному корпусу клиники. Спокойно прошёл до стойки регистратуры мимо охраницы, которая мазанула по мне взглядом, подарила дежурную улыбку и вернулась к наблюдению за входом.

«Профессионал или лесбиянка. А может уже замужем и боится даже на работе дать шанс другим дамочкам накапать на неё мужу, чтобы занять её место», - подумал я, проходя мимо неё. Возле стойки стоял народ, но меня пропустили без очереди. Говорить о своей проблеме было стыдно под прицелом не меньше десятка пар глаз. Но я дал себе мысленного пинка и напомнил, что из-за стыда могу превратится в импотента или инвалида. Был у меня пример в прошлой жизни. Один из парней в интернате подхватил хламидиоз, но постеснялся сходить к врачу и стал лечиться самостоятельно тем, что смог найти. В итоге чуть позже, это где-то через год, до меня дошли слухи, что он потерял способность иметь детей. И всё из-за грёбаного стыда. А ведь многие и так были в курсе его болезни. Его даже поначалу сторонились ребята из его окружения, считая, что болячка сродни сифилису или СПИДу. Впрочем, неважно, что там было, отвлёкся я что-то.

– Мне нужна помощь, - тихо сказал я. – Меня похитили и что-то вкололи.

– Что-что? – переспросила девушка-регистратор.

«Лучше бы я обратился к охраннице, чёрт. Та и то умнее выглядит», - со злостью подумал я и повторил. – Мне срочно нужна помощь, пожалуйста.

К счастью, моя проблема до неё дошла со второго раза. Она вызвала врача, а тот увёл меня в отдельную приёмную палату. Через несколько минут к ней присоединились ещё несколько врачей. Взятие анализов, измерение давления, подключение к какому-то устройству и постановка двух капельниц. Где-то через полчаса мне стало заметно лучше и даже эрекция пропала, что до сих пор сильно мешала и доставляла лёгкую боль. Ещё через полчаса ко мне заглянула детектив из полиции и инспектор из комитета по правам мужчин. Без этой службы практически не обходится ни одна проблема, связанная с представителями моего пола.