– Что-то типа того, - не стал ни отрицать, ни подтверждать я её догадку.

На улицу я вышел только с Ти. Сел в такси и проехал два квартала, после чего перебрался в новую машину, за рулём которой нас ждала Кетрин.

– Услышала что-то интересное? – поинтересовался я у неё.

– Да. С ним была белая женщина блондинка с зелёными глазами. Она мутант. После того, как Фиск со своими людьми вышел из офиса и стал на лифте спускаться вниз, эта женщина сообщила ему о тебе и Ти. Про неё сказала лишь то, что видит простое пустое место. Про тебя – что ты читаешься одновременно как слабый мутант и псионик неопределённого типа уровня беты.

– Понятно. Что-то ещё?

– Да. Фиск после этого очень тихо сказал сам себе, что тебя лучше ликвидировать, а то слишком тёмная лошадка, выпрыгнувшая неизвестно откуда с пустым прошлым.

– Ясно. Что ж, тогда план «А», Кетрин.

– Сегодня? – она вопросительно посмотрела в центральное зеркало, ловя мой взгляд.

– Да, - кивнул я ей. – Раньше начнём, меньше этому уроду дадим времени на его тёмные делишки.

Судьба Фиска-Амбала была решена. Никакие мутанты, охранные системы и личная мощь не защитит его от убийцы-терминатора из иной вселенной. Той, кто создана уничтожать всё живое и разумное.

ГЛАВА 21

Кетрин проникла через вентиляцию внутрь здания, где Фиск проводил по двадцать часов в сутки, выезжая всего на несколько часов по деловым встречам или для личного участия в показательных казнях провинившихся. Для её жидкометаллического тела подобный трюк не составил большого труда. Короб для притока свежего воздуха ей достался тот, который напрямую вёл в подвал. Но это не беда, оттуда она переберётся куда следует. Совсем рядом с тем местом, где терминатриск собралась выбраться наружу, возились с электрощитом две женщины средних лет в форме обслуживающего персонала.

– Как же меня тут всё затрахало, - с тяжёлым вздохом сказала одна из них.

– Тише ты, - шёпотом шикнула на неё напарница.
– Местный хозяин по слухам связан с криминалом и ему не нравится, когда кто-то критикует его вещи. В том числе это здание и коммуникации. В прошлом месяце бригаде сантехников переломали ноги с руками за то, что одна из них стала кричать, что тут кто-то много срёт и всё своим дерьмом забил.

– Ерунда. За такое не калечат, - отмахнулась первая, но в голосе проскочила неуверенность.

– Здесь калечат.

Дальше женщины работала молча. Лишь в тот момент, когда Кетрин аккуратно вытекла сквозь щели декоративной решётки на воздуховоде, одна из них насторожилась:

– Ты слышала?

– Что? Кто-то идёт сюда?

– Нет, просто какой-то треск или шорох. Вдруг замыкание не только в той коробке было?

Напарница на несколько секунд замерла, вслушиваясь в окружающую тишину. При этом забавно слегка наклонилась и оттопырила пальцем левое ухо в ту сторону, откуда её помощнице послышались звуки.

– Ничего не слышу. Может это просто крысы в вентиляции. Ладно, работай дальше, всё равно мы тут всё тестерами прозвонили и нашли только одну неисправную коробку.

– Как скажешь.

Кетрин растеклась по стене тонким слоем, приняв её внешний вид, и медленно сползла на пол. А затем таким же способом добралась до следующей вентиляционной решётки. Её путь по воздушным каналам затянулся надолго. Чем выше она поднималась и чем ближе было до личных апартаментов Фиска, тем больше на её пути становилось преград. Значительная часть их оставляла сигнализация. Меньше всего встречалось решёток из особо прочного сплава с очень мелкой ячейкой, сквозь которую терминатрикс пролезть уже не могла. Тут бы и таракан не справился. Трижды ей пришлось терять время и лишнюю энергию, чтобы прорезать в них подходящее отверстие, так как иных способов пройти дальше не было. В коридорах же, на лестницах и в лифтах, в том числе и в шахтах, было гигантское количество датчиков и видеокамер, работающих на всевозможных частотах и волнах. Обмануть или проскочить незамеченной было можно, но тяжело. Проще и быстрее использовать вентиляцию.

Наконец, она добралась до нужного этажа. Здесь с внешним контролем пространства было значительно проще. Наверное, Амбал сам не хотел фигурировать на видеосъёмке. Ведь есть те, кто может её украсть или на законных основаниях потребовать отдать. А там может быть то, что серьёзно повредит Амбалу. Не спасёт никакой авторитет, купленные сенаторы и шефы полиции, продажные агенты ФБР и АТФ.

С огромной осторожностью терминатрикс стекла по стене из узкого отверстия вентиляции. Повезло, что здесь были не решётки с микроскопическими ячейками, а тонкие трубки с маскировочными крышками, как шляпками у грибка. Через такую трубку Кетрин дотянулась частью тела до стены, как щупом, чтобы под её весом потолок не рухнул. Со стены она перебралась на пол и там растеклась огромным полотном, переняв расцветку покрытия. А дальше началось многочасовое ожидание. Несколько раз по ней проходили охранники Фиска, его секретари и любовницы. Последних было две. Обе миниатюрные блондинки, только одна с короткой причёской, а вторая с густой копной до самых ягодиц.

Наконец, из своего огромного на пол-этажа кабинета вышел сам Амбал и направился зачем-то в общий туалет, хотя имел в кабинете собственный вместе с джакузи и гидромассажем. Когда он вошёл внутрь, то рядом с дверью встали две телохранительницы-мутантки.

Кетрин перетекла на то место, которое не попадало в объективы скрытых видеокамер на этаже. Там она приняла человеческий облик. Но не свой. Сейчас она выглядела, как высокая спортивная и очень красивая азиатка с холодным выражением лица, одетая в костюм из кожи чёрного цвета, состоящий из обтягивающих штанов и короткой куртки.