Люди, заполняющие зал, прекрасно вписываются в окружающую обстановку, все они ухожены и изящны. Мужчины одеты в глубокие черные одежды, а женщины задрапированы во все оттенки зеленого.

Ну, все женщины, кроме меня.

Адена потрясенно замолчала, когда я впервые сказала ей, что хочу серебряное платье. Мне нужно было выделиться. Нужно было напомнить людям об их Серебряном Спасителе. А поскольку нет правила, предписывающего женщинам носить зеленое, единственным риском появления в серебряном платье было привлечение к себе внимания, если я споткнусь на танцполе.

Столько глаз, столько людей смотрят, как я спускаюсь по лестнице. Столько взглядов окидывали мое тело, не замечая платья с разрезом и кинжала под ним. Даже сейчас за мной наблюдают. Все они смотрят на меня с разной степенью интриги, одни с любопытством, другие с пристальным вниманием. Я не уверена, что сегодня мне удастся завоевать голоса этих людей, но о себе я точно не забуду.

Я смотрю на Китта, его светлые волосы кажутся еще светлее на фоне темного костюма, облегающего его фигуру. Он выглядит... красивым. Очаровательным.

Как и его отец. Он похож на своего отца.

— Ты готова к завтрашнему дню? — мягко спрашивает он, продолжая медленно кружить меня.

Мои глаза сами собой переходят на него. — А я должна быть готова?

Он почти смеется, но вместо этого говорит: — Нет. Ты не должна.

— И это кажется тебе справедливым? — выпаливаю я, прежде чем могу себя остановить. — Эти Испытания?

Песня заканчивается, и наши танцы тоже. Я чувствую, как его взгляд блуждает по моему лицу, даже когда я отворачиваюсь, как будто он ищет там ответ. Затем он вздыхает. — Почему бы мне не принести нам что-нибудь выпить?

Я моргаю. Несмотря на то, что он уклонился от ответа на мой вопрос, я киваю в ответ на его вопрос. Он оглядывает мужчин, толпящихся на танцполе, и несколько из них вдруг смотрят в нашу сторону. — И я полагаю, что поделюсь тобой со всеми остальными, хотя бы на несколько танцев. — Он улыбается, слегка склоняет голову и уходит.

Как только будущий король отворачивается, на танцплощадке меня встречает высокий молодой человек и раскланивается. Я вежливо принимаю его предложение потанцевать и не успеваю занервничать, как его руки заключают меня в объятия. Я испытываю чувство гордости за то, как хорошо успеваю за его длинными шагами, и мы болтаем, кружась по паркету.

Когда зазвучал новый вальс, новый партнер увлек меня за собой. Я вдруг оказываюсь в объятиях молодого человека, кажется, моего ровесника, с бледно-голубыми волосами, аккуратно уложенными на голове.

— Я бы никогда не подумал, что ты Приземленная из трущоб, судя по твоему виду, — говорит он, жадно скользя взглядом по моему телу. Я неловко переминаюсь в его крепкой хватке, сжимающей мою талию, и чувствую успокаивающий вес кинжала, пристегнутого к бедру. Если бы не благосклонность людей, которую я пытаюсь заслужить, за это замечание он получил бы кулаком в лицо. Его голос стал ниже, чем прежде, когда он сказал: — Ты — видение.

— Да, не так ли?

Мое сердце учащенно забилось. Голос, доносящийся из-за моего плеча, настолько холоден, что я едва не вздрагиваю. Кай отдергивает руку, обходя меня, и встает перед ошеломленным мальчиком, все еще прижимающим меня к себе.

— Сейчас я ее украду, — просто говорит Кай, прекрасно понимая, насколько неуместно вмешиваться в танец. Но, опять же, он — принц, следующий Энфорсер, наглый ублюдок.

Рука мужчины медленно опускается с моей талии, его глаза в последний раз скользят по мне, прежде чем он отвешивает Каю быстрый поклон и уходит. Принц не теряет ни секунды. Я оказываюсь в его объятиях еще до того, как музыканты заканчивают свою ноту.

Он кажется мне слишком знакомым.

Мы идеально подходим друг другу, как кусочки пазла, встающие на свои места. Я не должна позволять себе расслабиться под его прикосновениями. Я не должна позволять напряжению покидать мое тело, когда он обнимает меня. Но я ничего не могу сделать, чтобы остановить это. Полностью и абсолютно бессильна.

Его ладонь плотно и твердо прижимается к моей обнаженной спине, мозоли скребут мою покрасневшую кожу. — Ты выглядела так, словно тебя нужно было спасать, — говорит Кай, и я успеваю заметить его ухмылку, прежде чем он поворачивает меня.

— В кои-то веки, — вздыхаю я, — мне придется с тобой согласиться.

— Я уверен, что смогу придумать и другие вещи, в которых мы согласны.

— Правда? И в чем же они заключаются?

— Что он был прав, — мягко говорит Кай. — Ты — видение. Я уверен, что мы оба можем согласиться с этим.

Я сглатываю, сердце начинает колотиться в быстром ритме, который я предпочитаю игнорировать. Не зная, что ему ответить, я спрашиваю: — А в чем еще мы согласны?

— Хм, — рассеянно хмыкает он, пробегая глазами по моему лицу. — Ты сегодня хорошо проводишь время?