В общем, никому ничего не понятно, и как положено при таких непонятностях, были вызваны Министр с аврорами и дементорами. А пока суд да дело, Северус с Игорем, тишком удравшие в уголочек, свои руки осмотрели, пытаясь понять, что же с Метками произошло и не помер ли Лорд случаем?

Метки ныли и зудели, росли и темнели, две пары настороженных глаз следили за ними с тем же опасением, с которым следят за таймером обратного отсчета на часовой бомбе. К счастью, ничего не рвануло, только Барти под Веритасерумом жалко взвыл, что видимо умерла частичка Лордовой души, непонятно как оказавшаяся в мальчишке Поттере. Вот те р-р-раз…

Ну, думаю, дальше понятно всё. Барти расскажет, что знал, судьи и приставы проверят, сыщики, пущенные по горячим следам, найдут Темного Лорда, вернее, его заготовку, вызнают, что такое крестражи, и начнут свои дела и новые поиски. Оставим их, пусть работают, оставим и ребят оплакивать утрату друга-однокашника, а сами перейдем непосредственно к главному герою этой повести, посмотрим, куда Магия вкупе с Судьбой зашвырнули шебутного нашего мальчишку, который в кои-то веки возмутился и потребовал справедливости.

Ого. Это явно не Англия! Вот первое, что осознал Гарри, увидев улетающие в заоблачную высь зеркальные небоскребы и лохмато-пушистые пальмы. Впрочем, тут и скамейка странно высокая… Ему пришлось сильно задрать голову, чтобы увидеть испод скамейки, под которой он почему-то оказался. Кроме того, что-то мешало зрению — сверху и снизу перед глазами паутинками блестели нити, как от растрепавшихся ресничек. Чтобы пригладить их, Гарри поднял руку и оцепенел, узрев вместо неё мохнатую звериную лапу. Ужас накатил лавиной — он не человек! Заверещав дурниной, Гарри метнулся прочь из-под скамейки, спасаясь от самого себя, вернее, попытался, ибо ставшее чужим тело не послушалось, и вместо того, чтоб нормально рвануть в бега, оно бестолково закрутилось на месте.

Кружа во все стороны и беспрерывно вереща, Гарри выкатился на тротуар прямо под ноги прохожим. Те, разумеется, испуганно шарахнулись от мохнатого орущего клубка, но почти сразу рассредоточились, образовав вокруг верещащего зверя широкий, но плотный круг. А Гарри, отчаянно вопя, пытался найти и овладеть своими руками и ногами, или хотя бы обрести контроль над этими, звериными лапами, которые не ставились туда, куда надо…

Народ над ним тем временем начал дебаты.

— Да что с кошкой-то? — недоуменно прогудел мужик с дипломатом. — Чего её так колбасит?!

— Мож, наркотиками накачали, — влез с предположением какой-то парнишка с длинными волосами.

— Ой, у кошки атаксия! — взвизгнула в толпе какая-то просвещенная в ветеринарии дамочка.

— Хм, похоже, — прищурился дипломат.

— Мозжечковая! — истерично уточнила «ветеринарша».

— Откуда эта мерзость тут взялась? — с отвращением произнес чей-то голос из задних рядов, и сквозь толпу пробурился неопрятного вида тип. Оглядел композицию и скривился. — Гасить таких с рождения надо! Посторонись-ка… — с этими словами он схватил стоявшую подле скамейки урну и поднял над головой, не обращая никакого внимания на высыпавшийся мусор. Народ при этом замер, парализованный авторитарностью всезнающего «спеца», бывает такое, когда в толпе оказывается такой «лидер», подавляющий и затмевающий собой всех. Чаще всего он действует как сейчас — нахрапом и пользуясь фактором неожиданности.

В ужасе прилипнув к асфальту, Гарри со страхом смотрел, как над ним вздымается жестяная смерть. Бежать он не мог, новое незнакомое тело его не слушалось…

Взвизгнули колеса резко затормозившего лимузина, рывком распахнулась задняя дверца и к толпе метнулся невысокий человек в дорогом костюме. Перехватив руки с урной, он оттолкнул агрессора.

— Люди, блин, вы с ума посходили, что ли, устраивать показательные расправы над бессловесными зверюшками?! Что вам сделал этот котёнок?

А так как толпа онемела, с пояснениями сунулся длинногривый парнишка.

— Так котёнок, типа, больной, — сообщил он, с ленцой катая за щекой жвачку.

— Больных кошек полагается возить к ветеринару, а не подвергать немедленной публичной казни, — резонно возразил доброхот, разглядывая белого котёнка с явными нарушениями двигательной функции.

Гарри, поняв, что пока не может управлять телом, распластался на пузе, беспомощно разбросав лапы, и бросал испуганные взгляды вверх, на лица окруживших его людей. Он был в их полной власти и сознавал это. Осознал это и нечаянный спаситель. Нагнувшись, он осторожно подобрал котёнка и, выпрямившись, бережно засунул зверька за пазуху дорогого пиджака.

— Белые кошки хорошо линяют, — счел нужным отметить парень со жвачкой. На что миллиардер лишь хмыкнул, возвращаясь к лимузину. Забрался в салон и кинул отрывисто водителю:

— Домой, Хэппи.

Гарри, засунутый за пазуху, смущенно принюхивался и прислушивался ко всему происходящему. И осмысливал своё положение, будучи в более-менее безопасном месте. Итак, он котёнок белой масти с предположительно временными физическими недостатками, как там мадам с дипломатом сказали: с мозжечковой атаксией? Посмотрел на лапу и растерянно лизнул её, чтобы убедиться, что она — его. Лапа действительно оказалась его собственной, прикосновение язычка он почувствовал. На всякий случай Гарри её прикусил, поскреб зубками и успокоился, ощущая приятный зуд от почесывания. Однако, круто он спрятался… Не чересчур ли перестарался в своём исчезновении из волшебного мира? Вроде он не планировал так радикально менять свою внешность, всё, чего Гарри хотел, это того, чтобы зарвавшиеся маги оставили его в покое. Тут его пушистого бочка коснулось что-то твердое на груди человека, и котёнок завозился, чтобы посмотреть, что там. Загадочный предмет был скрыт одеждой, но по его очертаниям Гарри на ощупь определил, что это, возможно, какой-то большой медальон. Своим копошением Гарри видимо привлек внимание спасителя, потому что тот просунул к нему руку и легонечко погладил.