— Конечно нет! Смотри, сколько душе угодно. Первый этаж — это история, литература и поэзия. Второй — волшебная литература. Самые старые магические тексты находятся в специальном разделе на нижнем этаже. Пароль для входа — paradisum voluptatis.

Гермиона улыбнулась.

— Вот уж точно Земные Наслаждения.

— Не хочешь ли взять с собой стаканчик этого? — он указал на бутылку виски.

— Да, пожалуй. Ты просто идеальный хозяин! — сказала она, подмигнув ему и сделав еще глоток, прежде чем направиться к ближайшей лестнице.

Пэнси фыркнула.

— Не изменяешь себе, Грейнджер. Латынь. Практически возбудилась от библиотеки. Постоянно читаешь. У тебя нет других хобби?

— Я не считаю чтение хобби — это скорее «жизненно необходимая» деятельность. Но да, у меня есть и много других интересов. Не переживай.

Пэнси закатила глаза и протянула «ску-ка» в сторону Малфоя, но тот продолжал не замечать ее.

Гермиона также проигнорировала ее, подбирая подол платья и осторожно поднимаясь по лестнице. Она ступила в узкий проход с ковром по центру и коваными перилами по обе стороны. Пытаясь сохранять спокойствие, она легонько провела пальцами по корешкам книг, отметив только на первой полке как минимум семь названий, которые хотела бы рассмотреть поближе. Она медленно пошла по проходу, вскоре полностью погрузившись в изучение библиотеки.

oOo

Тео с нежностью смотрел на Гермиону. Он не кривил душой, когда говорил, что наслаждался общением с ней, и был рад, что она присоединилась к их небольшой компании в эти выходные, даже если ему действительно было жаль Поттера. Ему особенно понравилось, как она сбила спесь с Пэнси, которая могла быть чрезвычайно раздражающей. И у нее был отличный вкус в выборе виски.

Потягивая из своего стакана и осматривая комнату, Тео заметил движение в углу Драко. Он глянул в ту сторону и увидел, что его лучший друг удивленно поднял глаза, когда Грейнджер остановилась прямо над ним в проходе. Тео мельком увидел длинную стройную ногу сквозь перила и разрез на платье Гермионы и понял, что для Драко, который застыл на месте, подняв остекленевшие глаза, вид был еще более откровенным.

Тео тихо ахнул, когда его друг опустил голову и тяжело сглотнул, заливаясь краской. Драко неподвижно смотрел на стол целую минуту, потом на его лице промелькнула вспышка раздражения, и он вернул свое самообладание, а затем с двойным усердием продолжил письмо.

«Прелюбопытно!» — подумал Тео с некоторым ликованием. Тихий смешок слева от него дал ему понять, что небольшая сценка не ускользнула и от внимания Блейза. Тео посмотрел на него, распахнув глаза и приподняв брови, когда Блейз широко улыбнулся и неприлично присвистнул. Нотт протянул руку и хлопнул его по запястью, покачивая головой, как бы говоря: «Не смей».

Затем он бросил взгляд на Пэнси, которая, к счастью, в этот момент отвлеклась от Драко, но теперь, похоже, устала, что ее не замечают.

— Драко, дорогой, кому ты пишешь? — протянула она.

По ее голосу Тео догадался, что пить она начала, вероятно, еще днем.

— Астории, — проворчал Драко, не поднимая глаз.

— О, передавай девчушке от меня горячий привет! — восторженно пролепетала Пэнси. Тео поморщился от ее громких возгласов. — Даф, я уже целую вечность не видела твою сестру, а я ее обожаю. Столько стиля и оригинальности в молодой девушке. Такая яркая! Она ведь все еще в Хогвартсе? Пятый курс? Как мило, что ты пишешь ей, Драко. Ты отлично справляешься с ролью благоразумного опекуна. Напомни, кстати, как так получилось? Вы все двоюродные братья и сестры, верно?

Ее словесное недержание на мгновение прекратилось, когда Дафна, оторвавшись от журнала, взглянула на Тео, и в ее глазах вспыхнуло предупреждение. Тео слегка кивнул.

— Троюродные, — поправил Драко, все еще сосредоточив внимание на письме.

— Этой зимой Астор покинула Хогвартс, — осторожно сказала Дафна. — С нового учебного года она будет в Шармбатоне.

— Чудесно! Семестр во Франции. Она получит ровно столько глянца, сколько нужно для того, чтобы стать по-настоящему совершенной. В наши дни так мало девушек, которые были бы такими же разносторонними, какими были все чистокровные ведьмы. И так много ведьм, — тут Пэнси впилась взглядом в Гермиону, которая осторожно спускалась по винтовой лестнице, — у которых нет ни грации, ни чувства моды, о которых можно было бы говорить.

Тео захотелось дать ей пощечину.

— Ну вот, а я думала, что выгляжу сегодня довольно хорошо, — пробормотала Гермиона себе под нос, но не слишком тихо.

Тео фыркнул — Грейнджер определенно могла постоять за себя — и заметил, что взгляд Драко тоже обратился к ней. Она добавила уже громче:

— А что делает чистокровную ведьму «по-настоящему совершенной»? И к чему ей это достижение?

— Ой, — начала Пэнси с каким-то насмешливым энтузиазмом, показывающим, как она хотела, чтобы Гермиона узнала о собственных недостатках. Тео громко вздохнул. — Ей потребуются репетиторы и прекрасное классическое образование, а не только то дерьмо, которое предлагают в Хогвартсе. Конечно, ей все равно необходимо знать заклинания, говорить как минимум на трех языках, предпочтительно на английском, французском и итальянском, китайском или русском. Хорошо разбираться в искусстве, архитектуре, дизайне и моде, уметь хорошо играть на музыкальном инструменте, знать, как управлять большим домом, выглядеть всегда собранно и выделяться на общем фоне.

— И ты знаешь женщин, подходящих под это описание? — спросила Гермиона.

— Конечно. Множество.

Гермиона фыркнула.

— Я удивлюсь, если ты знаешь хоть одну, — Пэнси, должно быть, услышала неявное оскорбление, потому что метала молнии взглядом. Тео тихо ликовал, но не встревал, наслаждаясь перепалкой.

— Ты очень сурова к своему полу, — вмешался Малфой из своего угла, глядя на Гермиону.

«Похоже, он решил не оставаться в стороне», — усмехнулся про себя Тео. Пэнси разозлилась еще больше, и Тео был уверен, что она не упустила тот факт, что именно Гермионе своим замечанием удалось отвлечь Драко от его драгоценного письма.