«А если суп вкусный? Что оставлять целую ложку?» с удивлением спросил Вовка.

«Ну да оставлять. Тебе всё понятно? Не будешь так в саду делать?» спросила мама.

«Не буду. Может я завтра туда вообще не пойду?» с надеждой спросил Вовка.

«Нет, завтра ты туда идёшь. Тебе уже пора спать» отрезал отец.

«Странная эта культурная жизнь» думал Вовка, идя к своей кровати.

Тихий час

Тихий час "21..22…23…24…25…" Вовка считал набухавшие, а затем отрывающиеся в свободный полёт капли, со сверкающей в солнечных лучах, прозрачной большой сосульки за окном. В отличии от оторвавшихся капель он не был свободен, он вынужден был лежать в кровати детского сада ещё 52 минуты во время тихого часа. Разговаривать с соседями было очень опасно, из-за угрозы воспитателей, всем кто будет разговаривать, снимут трусы. "Что может быть хуже, этого наказания" размышлял Вовка. Систематически этот запрет нарушался, дети особенно со сдвинутыми вместе кроватями начинали в пол голоса общаться, толкаться, и отбирать друг у друга подушки. У Вовки кровать была ни с кем не сдвинута, поэтому разговаривать, и баловаться подушками было неудобно. Входную дверь в спальню Вовка не видел, но периодически он слышал, как открывается дверь со словами воспитательницы: «Тихо, замолкли все! Кто будет болтать, с того сниму трусы. Будете тогда знать…» Дети быстро замолкали, кто от крика, кто от страха наказания. "Что то она сегодня слишком грозно возмущается" заметил Вовка. На 78 й капле очередного Вовкиного подсчёта, когда страх наказания постепенно стал уходить, и дети начали безмятежную возню и разговоры. Вовка услышал звук открывающейся двери и речь воспитательницы: «Всё доигрались! Я вам обещала..!» Повернувшись на крик воспитательницы, он увидел, что она схватила первого попавшегося мальчишку под мышку, стянула с него трусы, и бросила обратно на кровать. Мальчишка в испуге быстро закрыл себя белым одеялом, начав громко плакать. Услышав резкий, громкий рёв, дети стали приподниматься, видя как на кровати сидит мальчишка с крупными слезами, закутываясь в одеяло. Для объяснения детям ситуации воспитательница уже весело улыбаясь, срывает с него одеяло. Удержать его у мальчишки не хватило сил. Перед всеми предстал полноватый, загоревший, рыдающий в захлёб ребёнок, сидящий на кровати, подогнув под себя ноги, закрывая руками мужское место. Услышав шум, в спальню вошла ещё одна воспитательница, оценив произошедшее, они вдвоём стали смеяться, и обличать мальчика в его «преступлении» — «Теперь не будешь болтать, и баловаться… думал всегда будешь издеваться над воспитателями. Запомнишь это теперь навсегда». Дети как попугаи тоже стали смеяться, но каким-то не весёлым растянутым смехом, от радости, что это их не коснулось. Вместе со всеми изображал смех и Вовка, «Это же делают воспитатели для нашего блага, чтоб мы были послушными, значит это правильно. Но почему-то совсем не весело, а грустно и страшно» думал Вовка Но тут раздался громкий девчачий крик «Дураки! Что вы смеётесь?! Мы все разговаривали, не только он! Серёжка не виноват, это к нему Ванька приставал! Зачем его обижать?! А если с вас трусы снимут?! Вы тоже будете смеяться придурки?!» Защита девочки сыграла роль, воспитатели перестали улыбаться, молча, отдали Сергею одеяло, и трусы. Он, суетясь, спрятался с головой под одеяло, переставая плакать. «Быстро все закрыли рты, и спать» рявкнула воспитатель. Дети замолкли, укрылись, сделали вид что спят, воцарилась полная тишина. Вовка не мог спать, на душе у него было крайне тяжело и не приятно. «А если бы моя кровать была рядом с дверью? То меня бы постигла учесть Серёжки. Хорошее у меня место, в углу, окно рядом, и от входной двери далеко. А лучше вообще от сада, держатся как можно дальше. И когда я стану взрослым? Тогда у меня ни каких забот не будет» думал Вовка.

Остров

На летних каникулах Вовку, как и многих детей, отправляли к бабушке с дедушкой, но не в деревню, как это обычно бывает, а на «Пески», так в народе называли старую часть города. И жили они в однокомнатной квартире обыкновенного пятиэтажного дома. Дом был окружен частным сектором, песчаными карьерами, промышленными предприятиями, заводскими свалками. В общем, идеальное место для приключений. Вовке было здесь гораздо интересней, чем в центре города у родителей.

Недалеко от дома был большой затопленный, песчаный карьер, фактически полноценное озеро. Близлежащие заводы сбрасывали в него все свои отходы, поэтому вода в нём переливалась всеми цветами радуги, а запах напоминал сырой старый подвал гаража. В середине озера был высокий остров, заросший травой и камышом. Вовка фантазировал, что это спина огромного чудовища, которое в один момент может встать на свои огромные косматые ноги, поднять вверх лохматые лапы, раскрыть широкую пасть, издав при этом оглушительный зверский рёв. С его лап ломтями будет падать чёрная тягучая тина, а со спины слетать жёлтый сухой камыш и высокая трава. Выйдя из озера, его тень закроет солнце над пятиэтажками, и все люди «Песок» ужаснутся от увиденного. Оно начнёт крушить окружающие заводы, одной лапой разрушая гигантские заводские, кирпичные трубы, а другой расплющивать большие металлические буквы лозунга "Решение ХХV съезда КПСС выполним!". Но за это Вовка меньше всего переживал, так как уже прошел 26 съезд, и решение 25го наверняка уже выполнили. Люди в панике будут спасаться от невиданного монстра. Проделав себе путь через огромные заводские цеха, оно уйдет на свою родину к своим таким же огромным монстрам. «Это спина огромного чудовища! Когда-нибудь оно встанет и зарычит, хрр…» — показывал Вовка страшное чудище своим друзьям Сашке и Наташке. Друзья, оторопев, смотрели на Вовку и на остров. Они были уверены, что остров начнёт подниматься прямо сейчас, и что убежать от чудовища домой им не удастся. «Пойдёмте домой» — испуганно сказала Наташка. «Пойдём»— сказал Вовка, поглядывая на остров. Сам поверив в свою фантазию, он тоже решил сегодня держаться от озера подальше. Оглядываясь, ребята быстрым шагом пошли домой. Немного пройдя, они увидели, как по пыльной дороге в направлению к их домам медленно двигалось еще одно огромное чудовище с большой жёлтой головой, и низким телом. Оно как гигантский крокодил, виляло телом, перегибаясь на ухабах, выпуская из ноздрей огонь, и чёрный дым. «Поймаем его!» — весело скомандовал Вовка и побежал за трактором К700 тянувшего за собой длинный низкий прицеп. Догнав "чудовище", Вовка запрыгнул на заднее крыло прицепа. Ребята последовали за ним, взгромоздившись на другое крыло. Теперь они направлялись домой на транспорте. Прицеп подскакивал и грохотал на кочках, ещё больше поднимая пыль. Чтоб не попасть под колёса нужно было крепко держаться, за выступающие металлические части прицепа. Вдруг трактор резко остановился, из заднего стекла на них смотрел водитель, махал руками и что — то возмущённо говорил. Что именно говорил водитель трактора ребята не слышали, все заглушал шум машины. Когда он открыл дверь, они услышали: "Вам что жить… вашу мать…надоело? Пошли к вашей маме… отсюда….! " — направляясь к детям возмущался водитель. «Не к добру он сюда идёт, и мамы у нас разные» глядя на тракториста, думал Вовка.

«Бежим!!!» скомандовал Вовка. Компания спрыгнула с прицепа и спряталась в камыши, которые росли вдоль дороги. Водитель догонять никого не стал, забрался в трактор и поехал дальше. Ребята сидели в камышах ожидая когда трактор скроется из вида. Тут они увидели Шурика, местного добродушного дурочка. На вид ему было около 30 лет. Он был высокого роста, худощавый, с черной густой шевелюрой на голове. Всегда был приветлив и ко всем добродушен. Очень часто сидел на лавочке возле своего дома и всех с радостью приветствовал. Когда кричали ему: «Привет, Шурик!», он поднимал руку, отвечая приветом. Когда говорили: «Пока, Шурик!», он опять отвечал: «Привет!", — поднимал руку, мило улыбаясь. Если пролетал самолет, Шурику кричали: «Смотри, Шурик, самолёт летит!» Шурик, увидев самолёт, говорил: «Саламон летит». Поэтому его еще называли Шурик Саламон. «Привет, Шурик!»— крикнул Вовка, вместе с друзьями выходя из укрытия. «Привет!» — махнул рукой Шурик, обрадовавшись появлению детей. Дети стали бегать вокруг Шурика, весело крича: «Не догонишь…не догонишь..» Шурик не бегал, а обаятельно улыбаясь, изредка делал большие шаги в направлении детей, пытаясь дотронуться до них пушистым кончиком камыша. При этом он журчал «Жур, жур, жур….жур жур жур». Дети смеялись и весело убегали от такого преследования. Устав от «гонок», они улеглись прямо на пыльную дорогу. «Пока Шурик!» крикнули ребята вслед уходящему мужчине. «Привет!» как всегда поднимая руку вверх, ответил Шурик, оборачиваясь, но продолжая неторопливо идти. Полежав немного на горячем песке, дети разошлись по домам. На следующий день выйдя гулять, весь двор «гудел» от новости. Оказывается вчера вечером, возле озера нашли убитую женщину. Нашел женщину Шурик, за это его сразу забрали в милицию как подозреваемого.

Уже около двух недель никто не видел Шурика около своего дома. Опять страшная новость облетела «Пески». В камышах нашли тело ещё одной женщины, приезжал милиционер всех успокаивал. Сказал, что всё под контролем. Идя в магазин Вовка увидел на лавочке где обычно сидел Шурик, седого пожилого мужчину, Подойдя поближе он узнал в нём постаревшего Шурика. Вовка стоял, не веря своим глазам. «Отпустили, значит не виновен. Никто и не верил в его вину. Глупость какая. Шурик и мухи не обидит.» думал Вовка. «Привет Шурик» сказал Вовка пытаясь подбодрить Шурика. Шурик ничего не сказал, даже не посмотрел в его сторону. Потом он медленно поднялся опираясь об забор, и волоча ноги пошёл до калитки. «Это наверно его там так били, что он испугался до седых волос… Не повезло Шурику. Жалко его» под впечатлением от увиденного думал Вовка, направляясь в магазин, глядя как в дали над проходной завода меняют лозунг. Ну как меняю…, приваривали сваркой одну цифру «I» получилось «Решение ХХVI съезда КПСС выполним». Теперь было страшно ходить на озеро, не только из-за чудовища.

Через несколько дней сообщили, что поймали убийцу. На следующий день после известия умер Шурик.

Пляж

Был солнечный июльский день. Стоя на балконе своей пятиэтажки, облокотившись подбородком о перила, Вовка с грустным видом осматривал окрестности «Песок». "Сегодня уже 15е июля" — с ужасом подумал Вовка. "Половина каникул уже позади, а я еще и не отдыхал… Но, всё — таки, не так уж всё и плохо", — тут же успокоил себя Вовка, — "Впереди еще много дней до 1 сентября, поэтому можно пока ни о чём не думать. А думать как раз нужно о том, почему к моему балкону идут Сашка с Наташкой?!" — озадачился Вовка. Он видел, как друзья размахивали руками и что- то кричали, но что- Вовка не мог расслышать, пока они не подошли ближе к балкону. «Пошли на пляж!»— вдруг отчетливо услышал Вовка. «На городской?» — удивился Вовка."Да!" — ответили ребята. "Ничего себе новость!", — подумал Вовка. Уж чего- чего, а этого он не ожидал. "Это здорово!" — крикнул Вовка. — Но нас же одних не отпустят." «А нас папка ведёт.»— в один голос прокричали ребята. «Это другое дело! Сейчас спрошу»— с радостью крикнул Вовка, разворачиваясь в поисках бабушки. «Это кудай — то вы собрались?» — спросила бабушка, выходящая на балкон, услышав шум. На что дети хором ответили: «На пляж! Нас папка ведет!» «Ну, если хочешь, беги!" — с нежностью сказала бабушка Вовке."Сейчас выйдет! крикнула она ребятам, обязательно дав наказ: " Не балуйтесь там! Отца слушайтесь!" «Хорошо!» — в спешке сказал Вовка, меняя трусы на плавки. Дорога на городской пляж была через аллею из высоких деревьев, где можно было услышать пронзительные трели соловья. А иногда его можно было и увидеть: он был сереньким, размером с воробья, а когда пел, вытягивался на лапках, резко кланялся, захватывая клювом воздух. Вот и сегодня ребята шли на пляж под мелодичное пение соловья. Было очень жарко, поэтому все мечтали только об одном- быстрее бы окунуться в прохладную прозрачную воду. Поэтому, дойдя до речки и быстро побросав свою одежду, ребята с разбегу запрыгнули в воду. Счастью не было предела! Но тут отец Сашки, дядя Сережа, с казал: "Поплывем?" То, что Сашку научили плавать, стало для Вовки катастрофической новостью, потому что сам- то он плавать не умел. Сашка с отцом стали заходить всё глубже и глубже. Вовка шел за ними, пока вода не дошла ему выше подбородка. Настал момент — нужно плыть. Сашка с отцом уже поплыли. Вовка понимал, что если он сейчас не поплывёт, его авторитет утонет в этой речке раз и навсегда. "Что делать?" — с ужасом подумал Вовка. "Я же не умею плавать, но не плыть — катастрофа! Значит- нужно плыть!" — принял для себя Вовка очень смелое решение. Оттолкнувшись пальцами в «бездну», Вовка стал быстро грести под себя руками и ногами, пытаясь двигаться в направлении уплывающего друга. К его удивлению, не быстро, но он стал плыть, как говорили «по собачьи». Сашка плыл также. Репутация была спасена! "Сил больше нет!" — думал Вовка. "А еще плыть обратно. Когда же это всё закончится? " И тут Вовка услышал, как дядя Сережа крикнул спасательную фразу: "Всё! Назад!" Вовка грёб, что есть силы, периодически пытаясь ногами почувствовать дно, но дна всё еще не было. И когда, казалось, силы совсем его уже покинули, вдруг, Вовка почувствовал, как песок чиркнул по его пальцам."Урааа! — Можно стать!" «Вот это я сходил на пляж! Интересно, а еще раз у меня получится?! Отдохну и попробую» — решил Вовка, совсем уж обессиленный, выходя из реки. Чуть позже он решил опять попробовать свои силы, но для страховки плыть он собрался вдоль берега. Зайдя в воду по шею, он оттолкнулся, и стал грести руками и ногами. Вовка понял, что у него опять все получилось! Это были непривычные приятные ощущения свободы! Теперь на глубину реки он входил без опаски. «А ведь они научили меня плавать, даже об этом не подозревая» — идя, уставшим, домой, размышлял Вовка.

Зелёная дама

Шли первые дни учёбы. Вовка постепенно привыкал к новой жизни, ведь теперь он носил гордое звание — первоклассник! В школе для него было непривычно всё: длинные широкие коридоры, большие светлые кабинеты, парты, доска, одноклассники, школьные переменки. Но, пока, здесь ему нравилось больше, чем в детском саду с кроватями и ненавистным тихим часом. Во время переменок Вовка с интересом и, в то же время, с большой настороженностью, наблюдал за учителями- ему даже показалось, что их было больше, чем нужно. Знаком он с ними не был, а знал лишь только свою классную руководительницу — Марию Петровну и директора школы — тетеньку среднего роста со светлыми кудрявыми волосами, имя которой он не запомнил. Все учителя казались ему очень строгими, потому что важно ходили по коридору и делали замечания ученикам. Но особенно Вовка опасался крупную рыжеволосую даму на высоких каблуках, с огромной прической на голове в виде пушистого облака и в зеленом платье, с большими пуговицами, похожими на иллюминаторы корабля. Вовке она напоминала домоправительницу из мультфильма про Карлсона. Проходя по школьному коридору, она, как огромный лайнер, среди бушующего океана учеников, рассекала их на пути, а они, останавливаясь, робко ее пропускали. В глазах Вовки она выглядела очень суровой и величественной, и казалась ему самым большим начальником. "Такой только попадись!" — думал Вовка, глядя на нее, — "Нужно от этой «зелёной дамы» держаться подальше!" При освоении школьного пространства у Вовки была только одна проблема- он не мог найти туалет, а спросить у одноклассников или у классного руководителя- стеснялся. Поэтому ему приходилось терпеть до самого дома или до ближайшего дерева, закрытого от глаз прохожих. Но вот, однажды, проходя по коридору, он увидел приоткрытую дверь, а внутри нужный белый стульчик. "Нашёл! " — с радостью подумал Вовка. Только вот незадача — он не доставал до выключателя. Поэтому свои вопросы вынужден был решать при блеклом свете, проникавшем через дверные щели. Как- то раз, во время урока, Вовка решил посетить это заведение. После шумной перемены, школьные коридоры наполнялись какой- то особенной тишиной. Вот и сейчас, проходя по пустынному коридору, Вовка слышал только приглушенные голоса учителей. Когда же он зашёл в нужную комнату и закрыл за собой дверь, воцарилась полная тишина и темнота. От этого Вовке стало даже жутковато. Он стоял, ожидая, когда его глаза привыкнут к темноте и начнут улавливать хотя бы небольшой лучик света. Но, вдруг, дверь стала открываться. Дверная щель начала увеличиваться, а комната наливаться ярким, ослепляющим светом. От увиденного, Вовку охватил ужас — в дверном проёме стояла «зелёная дама». Никогда еще Вовке не было так страшно! Ему казалось, что его поймали за совершением страшного преступления. «Сейчас эта дама, испепелит меня одним своим взглядом!»— жмурясь от света, с ужасом подумал он. «Что ты тут делаешь?»— к его удивлению, довольно добродушно, спросила «зеленая дама». Но у Вовки от страха так пересохло в горле, что он ничего не смог ответить, лишь только виновато опустил голову. «В этот туалет ученики не ходят, он для учителей. Ты знаешь, где туалет для учеников?» — продолжала говорить она. «Нет», — немного успокоившись, тихо промолвил Вовка. «Пойдём, я тебе покажу!» И тут Вовка впервые увидел ее улыбку. Зеленая дама аккуратно взяла его за руку и повела по длинному коридору. Расслабившись и доверившись судьбе, он шёл с ней, как маленькая лодочка рядом с большим кораблём. Когда они подошли к белой деревянной двери, на которой была нарисована буква «М», она произнесла: «Это туалет для мальчиков, ходи теперь сюда. Понял?» «Понял» — ответил Вовка, кивая головой. «Вот и молодец!», — сказала она, грациозно поплыв, держа курс в обратную сторону. Вовка даже хотел помахать ей рукой на прощание, но человеческие потребности напомнили о себе, и он побежал обследовать новое помещение. И к Вовкиному разочарованию, вместо белого стульчика, он обнаружил два отверстия в полу, тщательно засыпанные дурно пахнущим белым порошком. Всё было предельно просто и понятно. «А она — ни чё так… хорошая тётенька. Добрая! Как всё-таки внешность бывает, обманчива!»— открыл для себя Вовка, направляясь обратно в класс.

Скалолаз

Предисловие

Вдоль нижней части крутого высокого склона, заросшего молодыми деревьями ивы, двигался мощный желтый бульдозер, оставляя за собой срез около метра высотой. Он пыхтел, выбрасывая вверх чёрный дым, грохоча гусеницами, по школьной бетонной площадке.

Скалолаз.

Май. Конец учебного года. Пятница, уроки закончились, впереди два выходных, а на улице: пение птиц, молодая зелень, безоблачное небо — всё это создавало у Вовки прекраснейшее настроение. Домой идти совсем не хотелось, поэтому вместе со своими одноклассниками он бегал по школьной площадке, выплёскивая радость весны. Только Ромки с Лехой, двум парням крупнее своих сверстников, было не до веселья. Они ходили вдоль площадки и о чем-то серьёзно беседовали. Видимо их разговор был важнее весенней беготни. Вовке же было не до разговоров. Он в очередной раз покорял одну из горных вершин. Горной вершиной он себе представлял высокий склон, который был во всю длину школьной площадки. Для его покорения нужно было разогнаться и запрыгнуть на метровую отвесную стену, зацепившись за свисающие молодые ветки ивы и как по скалолазным канатам, перехватываясь, взобраться на вершину склона. «Так… на Эльбрусе и Пике Коммунизма я уже был… Пусть это будет теперь — Эверест»— фантазировал Вовка. Разбег. Прыжок. И вот он уже на склоне. Крепко ухватившись обеими руками за ветки и приняв горизонтальное положение, он стал привычными движениями, как профессиональный альпинист, подниматься вверх. Один перехват веток, второй, третий… «Вершина близка!»— радовался Вовка. Но Эверест на то и самая высокая вершина, что, как правило, с первого раза не покоряется. Ветка предательски обрывается, и Вовка начинает падать вниз головой на бетонное поле площадки. Находясь в свободном падении и ощущая невесомость, Вовку охватил ужас. Он понимал, что сейчас будет резкий удар с сотрясением всего тела, с треском в голове и острой болью до тошноты. У него уже был горький опыт падения зимой на лыжах с трамплина. Но тогда он падал на снег в тёплой мягкой одежде. А удар о бетон в школьной форме, с высоты уровня второго этажа, не предвещало ничего хорошего. «Не долго я пожил…» мелькнуло в голове у Вовки.