Элли даже не задумалась о том, что ей надеть к ужину. Она почти машинально выбрала темно синий брючный костюм, который стоил примерно столько же, сколько Элли потратила на свой гардероб за последние три года. Потом вставила в уши маленькие золотые сережки с лазуритом, чудесно подходившие к костюму. Около восьми вечера она подошла к большому дому Вудвортов.

Валери произвела на нее огромное впечатление. Это была высокая, красивая молодая женщина из Техаса. Интересно, почему все женщины, родившиеся здесь, именно такие — без страхов и сомнений? Или, может, стеснительных девочек определяют еще до рождения и тут же отсылают в другой штат?

Черные шелковые брюки прекрасно облегали стройные ноги Валери. Волосы пшеничного цвета крупными волнами спадали на спину. Зеленые в крапинку глаза приветливо улыбались Элли из-под густых черных ресниц. Валери взяла Элли под руку и повела в столовую.

— Я ушам своим не поверила, когда Вуди сказал, что встретил Александрию Фаррел. Я безумно люблю ваши романы! И все мои друзья их прочитали. Надеюсь, вы не возражаете против небольшой вечеринки в вашу честь?

Услышав это, Элли побледнела. Что женщина из Техаса может иметь в виду под небольшой вечеринкой?

Когда они с Валери подошли к столовой, двери распахнулись, и Элли увидела комнату с огромным столом. Сейчас за ним, очевидно, собралось пол Калифорнии. Пока Элли ходила по магазинам, Валери превратила тихий семейный ужин в пышный официальный банкет.

Едва Элли переступила порог, она тут же перестала быть Элли Эббот. Ее мгновенно окружили толпы незнакомых женщин. Они протягивали ей книги, чтобы Элли их подписала, и уверяли, что страшно любят ее романы. Элли даже поесть толком не удалось. Ее беспрестанно о чем-то спрашивали. В основном это был один и тот же вопрос: «Откуда вы берете сюжеты для ваших книг?» Она его слышала очень часто и всегда старалась честно на него ответить.

Писательница была почетным гостем, и поэтому люди, сидевшие с ней рядом, менялись вместе с блюдами, которые приносила и уносила прислуга.

Элли не сводила глаз с Вуди и Валери. Она любила подолгу наблюдать за людьми, оценивать их и размышлять над тем, какие они на самом деле. «Она от него без ума», — решила Элли, уже в шестой раз рассказав меняющимся возле нее поклонникам, откуда она берет сюжеты. Элли смотрела, как Валери легко касается руки Вуди, а тот глаз не сводит со своей жены, и вдруг почувствовала себя очень одинокой и несчастной.

Наконец, в половине десятого ужин закончился, и гостей пригласили выйти наружу, чтобы выпить и поплавать при луне в бассейне с подогревом. Элли была рада получить передышку. Она стояла, не зная, куда пойти.

— Почему вы не со всеми? — спросил какой-то мужчина, оглянувшись на Элли. — Лунный свет и теплая вода — что может быть лучше? — Его глаза блеснули.

Элли чуть не закричала: «Оставьте меня в покое!», но сдержалась. Она сейчас Александрия Фаррел, известная писательница, а не Элли Эббот, так что нужно вести себя соответственно. Поэтому, мило улыбнувшись мужчине, она сделала неопределенный жест рукой, показывающий, что с удовольствием пошла бы с ним, если бы не мешали неотложные дела. Мужчина вздохнул, пожал плечами и вышел к великолепно освещенному бассейну.

А Элли выбежала через боковую дверь и пошла к своему уютному домику для гостей. Сейчас он казался ей воплощением тишины и спокойствия.

Оказавшись в одиночестве, она почувствовала огромное облегчение, но ей все время казалось, что скоро обязательно что-то произойдет. Элли разволновалась, немного постояла на веранде и пошла вокруг дома. Скоро глаза привыкли к темноте.

Прошло полчаса, горный воздух стал холоднее. Элли почувствовала, что замерзла, и вошла в дом. Она попыталась сделать запись в своем дневнике, но вскоре отложила его в сторону: ей было трудно сосредоточиться. Она все еще чего-то ждала. Или кого-то… Она злилась на себя. Ей уже почти сорок и… Да нет, до того дня рождения еще целых три года. Хотя если ее перенесут в будущее так же быстро, как она попала в прошлое, то…

Сорок… Не нужно метаться по комнате, как тигр в клетке. Нужно… Что? Пойти на курсы вышивания?

В одиннадцать Элли приняла душ и заставила себя успокоиться. Она сказала себе, что ведет себя как подросток, что она замужем, и наступил тот возраст, когда нужно думать о рецептах и будущих внуках, которых у нее не будет — ведь у нее нет детей.

Элли забралась в постель и попыталась читать, но не смогла. Тогда она выключила свет и закрыла глаза. К своему удивлению, Элли почувствовала, что очень хочет спать, но внезапный звук снаружи заставил ее быстро сесть на кровати. Раз, два, три, четыре… Четыре глухих удара о деревянный пол. По широкой веранде, окружавшей дом, медленно шла лошадь. Элли слышала стук копыт и звяканье уздечки.

Элли ни над чем не задумывалась. Да, конечно, уже прошел тот возраст, когда вылетают из дома непричесанными и без макияжа, но сейчас Элли не вспомнила о том, как она выглядит. Или о, том, что одета всего лишь в тонкую ночную рубашку.

Она откинула пуховое одеяло и босиком выбежала на веранду. Кругом была непроглядная тьма, и только сквозь деревья иногда проглядывали огни большого дома.

А вдруг ей лишь померещился стук копыт? Она пробежала по веранде к черному входу в летний домик. Там он ее и ждал. Луна светила у него за спиной, и Элли видела лишь темный силуэт. Он был весь в черном и сидел на черной лошади.