Когда камера отъехала, чтобы показать, как языки пламени поднимаются к небу, я наконец увидел скорые, загруженные ранеными пожарными. Я не мог сказать, кто был первым, но моё сердце остановилось, когда я увидел второго.

Это не он. Это не может быть он.

— Двигайся, — пробормотал я, будто люди на экране могли меня слышать. У парня были короткие, тёмные волосы, но я не видел его лица, пока он лежал на носилках, уже сняв шлем и куртку.

Но потом… там был он. Его лицо было испачкано сажей, и он вроде был в сознании и мог кивать на что-то, что говорил медик, но это определённо был Киран, его погружали во вторую скорую.

Я перестал двигаться, когда меня пронзил укол боли, какую я не испытывал никогда, практически опуская меня на колени.

Он жив…

Но в порядке ли он?

Что случилось?

Насколько сильно он ранен?

Куда его везут?

Как быстро я могу туда добраться?

О боже, пожалуйста, пусть он не будет серьёзно ранен, и не будет никакой внутренней травмы.

Чёрт. Чёрт, чёрт, чёрт.

Было очевидно, что он едет в больницу, но в таком большом городе, как Чикаго, их должно было быть несколько. Как узнать, в какую?

Когда новости вернулись от репортёра обратно к Александру, я вспомнил о визитке, которую он дал мне после нашего интервью. Он практически был членом семьи Кирана; может быть, он будет знать, куда его отвезут.

Я побежал за своим портфелем, в который убрал визитку. Достал её, чтобы набрать его номер в телефоне, и заметил, что у меня трясутся руки. Я отправил сообщение, надеясь, что он держит телефон где-то поблизости, чтобы проверять его в перерывах на рекламу.

«Привет, Александр, это Себастиан Вогель. Я смотрю твой репортаж о пожаре и увидел, что Киран был ранен. Куда его отвезут?»

Минуты тянулись, пока я по очереди смотрел на телефон и в телевизор, пока наконец не увидел на телефоне три точки.

«Я слышал, что он едет в больницу при университете, но ранения не опасны для жизни».

Я вздохнул с облегчением, но то, что его вообще везут в больницу, означало, что он не совсем в отличной форме, и мне нужно было ехать туда.

«Спасибо».

«Пожалуйста, — появились ещё точки, исчезли, затем появились снова, будто он решал, что ещё хочет сказать. — В таких ситуациях лучше позволить больнице о нём позаботиться, пока он не выйдет на связь сам. С ним всё будет в порядке».

Я прочитал сообщение дважды, а затем засунул телефон в карман. Может, Александр привык иметь дело с экстренными случаями и мог спокойно к этому относиться, но я никак не мог просто сидеть здесь, ничего не делая, если Киран нуждался во мне. Или нуждался в чём-то другом, не конкретно во мне.

Я уже отправил своего водителя домой на ночь, и понадобится слишком много времени, чтобы вызывать его обратно, поэтому я быстро открыл приложение Убера и вызвал машину.

Водитель уже припарковался у обочины и ждал, когда я вышел на улицу, и я был благодарен, что а) он не был разговорчивым, и б) он был быстрым.

Возле Университетской больницы творилось сумасшествие, скорые выстроились по кварталу, парковки были заполнены, и возле входа толпилось больше людей, чем я ожидал увидеть в такой поздний час. В городе случилось что-то ещё масштабное? Люди на складах были бездомными, и я не мог представить, что многие их близкие вообще знают, что они были внутри, или вообще поддерживают с ними связь.

— Можете высадить меня здесь, — сказал я, не в настроении видеть в пробке, когда мог пойти пешком и добраться туда быстрее.

Не дожидаясь, пока водитель припаркуется, я открыл дверь и побежал через парковку. Внутри бурлил адреналин, необходимость увидеть Кирана во плоти и собственными глазами подгоняла меня двигаться быстрее. Я протолкнулся через небольшую толпу людей у входа, но как только оказался внутри, понял, что они блокировали холл, и это была очередь.

Чёрт. Это займёт вечность.

Они не пропускали много людей, разворачивая большинство из них, и я даже не понимал почему, пока не оказался следующим.

— Я могу вам помочь? — охранник окинул меня взглядом.

— Да, мне сказали, что сюда скорая отвезла Кирана Бейли. Он пожарный и был ранен.

— Вы близкий родственник?

— Нет, меня зовут Себастиан Вогель, и я…

— В это время разрешается входить только близким родственникам.

— Но…

— Только родственники, — снова сказал он, а затем посмотрел мимо меня на следующего в очереди человека, эффективно меня отгоняя.

Ого. Ладно, я не ожидал, что меня прогонят. Тогда, был ли здесь кто-то из братьев Кирана? Я не хотел думать о том, что он один и ранен.