Я снова вздохнул.

– Дай свистнуть, – сказал Санёк.

– Чего?

– Свистнуть дай, – для большего понимания он показал на мою честно заработанную свистушку, которую я продолжал сжимать в руке.

– Да иди ты, – огрызнулся я и от обиды изо всех сил свистнул сам.

И что тут случилось – я совершенно не понял. Всё, что до этого меня окружало, исчезло в один миг. И Сани не было рядом, и клуба, и даже зимы с минус восемнадцатью. Вместо этого меня окружали деревья с розовыми цветами. И вся земля тоже была усыпана розовыми лепестками. Вверху низко-низко нависало насыщенно-голубое небо. И ни души. Один только я стою и ничегошеньки не понимаю. И пахло как-то по-особенному. Не навозом уже и не мандаринами, а чем-то кисло-сладким, похожим на вишню.

– Саша, – раздалось у меня из-за спины.

Я обернулся. И глазам своим не поверил. Метрах в пятидесяти от меня, прячась за стволом одного из деревьев, стояла Вероника. На ней было тоже розовое платье, сотканное как бы из этих же лепестков.

– Саша, – повторила она, звонко рассмеялась и побежала, скрывшись в розовой дымке сада.

Не подумайте, что я какой-нибудь там сопливый романтик и мечтал о чём-то подобном. Мне все эти розовенькие побрякушки вовсе и ни к чему. Я не любитель подобных картинок, потому что это всё девчачье. Но я решил, что стану писать честно, поэтому признаюсь, что в тот момент, забыв обо всём на свете, я был очарован. Вот.

Я даже было дёрнулся, чтобы пуститься за Никой вдогонку. А потом подумал, да какого чёрта тут происходит?! Это же не взаправду. Такого не может быть. Я посмотрел на свистушку, прижал её к губам и дунул…

И снова стала зима, знакомые жёлтые колонны балкона перед входом в клуб, и Саня. Но в Сане что-то всё-таки изменилось. Потому что он был удивлён, судя по его виду, не меньше моего. Нет. Не тем, что я побывал в розовом саду, этого он видеть не мог, а тем, что и у него в руках появилась точно такая же свистушка, как и у меня.

– Это чо? – спросил он и посмотрел на меня.

Я показал ему свою.

– Откуда? – продолжал недоумевать он.

Я пожал плечами, всё ещё не в силах переварить пережитое и не зная, следует ли об этом рассказать своему другу.

– Я тут ни при чём, – сказал я, решив пока не делиться случившимся со мной чудом.

– Бред какой-то, – прошептал Саня и тихонько дунул в свою свистушку.

Я, честно говоря, снова испугался. Подумал, что он исчезнет. Но Саня продолжил стоять на месте, морща лоб под мохнатой ушанкой.

***

На целых четыре дня я заперся у себя дома. В сам Новый год родители мои ушли в гости и вернулись только в шестом часу утра. Так что я успел по полной программе насвистеть себе приключений.

Сначала, перед тем как пробили Куранты, я свистнул на кухне и тут же оказался в Китае. Ну, так я подумал, потому что видел несколько фильмов с Брюсом Ли и мог отличить китайский пейзаж от какого-либо другого. Китай предстал передо мной в виде огромного базара, больше похожего на посёлок. Там ходило множество людей в поисках чего бы себе купить. А накупить можно было всякого барахла, от экзотической еды до вееров, зонтиков и цветастой одежды. Я бы, может, тоже потратился на что-то для доказательства моего здесь пребывания, но, во-первых, у меня не было китайских денег, а во-вторых, стоял я возле вонючей рыбной лавки, а не у прилавка с сувенирами. Да и видок у меня к тому же был довольно престранный: трусы и майка без рукавов. Что-то я совсем не позаботился об одежде. Наверное, от излишнего желания снова оказаться в каком-нибудь интересном месте. Мне думалось, что все эти переходы случаются только у меня в голове, что я сам выдумываю как-то подсознательно места и людей, и что на самом деле меня никто по-настоящему там не воспринимает, если даже и присутствует помимо меня на сцене. Но оказалось, что очень даже воспринимает. Мой необычный и растерянный вид привлёк внимание какой-то женщины. Та начала что-то у меня спрашивать. На китайском, само собой. Я не понял ни слова, а только отчего-то рассмеялся. Речь её и интонации мне показались забавными. Вот уж не думал, что можно так говорить, то повышая, то понижая тон голоса. Пришлось свистнуть прежде, чем я смог освоиться и что-либо рассмотреть по-настоящему. Слава Богу, вернулся на родную кухню. До этого засёк на секундомере время. Сравнил. Оказалось, что в реальном мире моё путешествие не заняло ни одной лишней секунды. Это стало вторым моим открытием. Ах, ну да… Первым-то было то, что сбывались мои желания. Небольшие, правда, не выходящие за рамки здравого смысла, если таковой вообще можно было найти во всём этом. Это я понял ещё в тот раз, когда в руках у Сани оказалась вторая свистушка. Я ведь перед этим как бы между прочим пожелал, чтобы он оказался на моём месте – вот так это моё желание и вылилось в форме дубликата ракеты-свистушки (правда, уже не волшебного).

Конец ознакомительного фрагмента.