Члены её делегации, почувствовав за своей спиной дуновение скорой осады, и практическую неминуемую смерть, были готовы на всё, чтобы спасти свои жизни, напирая всеми доступными методами на офицеров этого гарнизона. Которые, кстати не больно то и сопротивлялись им.

Когда в кабинете появился Григорий, и с ходу обрушился критикой на всех собравшихся, у Анастасии подступила к горлу тошнота и закружилась голова, от чего она на секунду закрыла глаза, а когда открыла, то звуки голосов умолкли, и она в испуге дёрнулась назад, угодив спиной в грудь своего телохранителя.

Перед ней стояли залитые кровью офицеры и статские советники. Их шеи были перерезаны, а лица и тела стали бледные как мел, пестря многочисленными ранами, создавая ужасающий контраст с ярко красной кровью, которой они были измазаны.

Повернувшись в испуге на своего телохранителя, Александра дёрнулась в сторону от него, закрывая рот руками. Ведь она увидела истекающего кровью из перерезанного горла и многочисленных ран на груди мужчину, который смотрел на неё всего лишь одним мёртвым глазом, так как второго не было, а была чёрная окровавленная пустая глазница.

А потом она обратила внимание на свои руки, которые были так же белые как саван, и испачканные кровью.

Пальцы девушки дрогнули и потянулись к шее, чувствуя под своим прикосновением глубокую рану на горле.

На грани истерики, Александра убрала руки от своего горла и бегло осмотрела себя, понимая, что она как остальные вся в крови и с многочисленными колотыми ранами.

И вновь разворот на людей, что собрались в этом кабинете, которые как оказалось не все были мертвы. Заместитель коменданта заставы со своими ближайшими офицерами стояли сейчас перед ней в парадных мундирах со связанными руками, и помятыми лицами.

Несколько человек из её делегации также были живы, а потом её взгляд попал на Григория, который стоял в дверях кабинета коменданта весь мокрый от крови. Вот только это была не его кровь, а за его спиной словно клубилась кроваво чёрная тень.

По щекам Александры потекли слёзы, а через пару секунд капитан первого ранга и Григорий протянули к ней каждый свою руку.

Тело само дёрнулось к опрятно одетому капитану, но в этот же момент, её тело охватил, словно кладбищенский озноб, и она шарахнулась в сторону, испуганно протягивая руку Григорию.

Молодой унтер-офицер сжал кисть девушки, и её кожа стала приобретать живой оттенок, а раны на теле и горле затягиваться. Но не успела Александра этому даже обрадоваться, как чёрно багровая тень, что была у Григория за спиной, поглотила их с головой.

Раскаты пушечных выстрелов и сотни криков оглушил девушку, и она поняла, что стоит на крепостной стене. Видя, как выстраиваются в боевом построении сотни солдат, которые кашляли кровью и склонялись к земле, находя опору в упирающихся прикладах ружей об землю, а возглавлял их человек, который был как две капли воды похож на Григория, только старше. Рядом с ним стояла белокурая и стройная как рапира женщина в военной одежде.

Не понимая, что происходит,Александра смотрела во все глаза как, пошли в атаку солдаты, неся вперёд знамёна и смерть врагам, что безрассудно пошли на них штурмом.

Ужасающая события предстала перед глазами девушки, которая видала словно картины из самых недр ада.

Всё смешалось в калейдоскопе образов, которые закручивались и представали перед глазами аристократки.

Разрывающиеся и реющие знамена на ветру, и нескончаемые смерти солдат, что даже лёжа ползли в атаку за тем, кто был точной копией знакомого её молодого унтер-офицера, которого называли мясником.

А потом круговорот битвы прекратился, и она увидела, как умирал тот, кто обрушил, словно сам гнев ада на своих врагов, заставив в страхе бежать те малые остатки войск, которые чудом выжили в этой бойне.

Слепой и обессиленный он шёл тропой из трупов в преисподнюю, а его солдаты следовали за ним даже после смерти, а воротами туда ему стали, одно единственное обгорелое женское тело.

И вновь тьма, и всполохи невероятно красочных образов.

Вот Григорий кружится в вальсе с утончённой белокурой девушкой в обворожительном танце, а над ними летают десятки глаз пристально смотрящих на их вальс, а из теней к ним тянутся скрюченные в пальцах руки.

Но стоило музыке прекратиться, как он отстраняется, и она видит распахнутую змеиную пасть, в которой виднелись многочисленные картины драк в помещениях и тёмных подворотнях. А уже через секунду пасть змеи, словно проглотив ее, перенося на улицы Петербурга, где текут реки крови, под музыку которую насвистывает Григорий, перед которым пляшет обезумевший мужчина, раскидывая при этом деньги, а толпы безликих людей стоя в стороне, также слегка пританцовывают под его мотив.

А через секунду ночное небо разрывается десятками, а то и сотнями выстрелов салютов и повсюду начинают слышаться звуки вылетающих пробок из бутылок шампанского, после чего Александру накрывает волна игристого напитка, унося прочь по улице.