Мужчина прикрыл глаза и склонил голову.

— Вам нет нужды просить об этом, Такеши-сама. Моя жизнь и жизнь моего сына — ваши.

— Я ведь не просто подыскал Мамору удобную для клана невесту, — Минамото скривил губы. — Девчонка — настоящая дочь своей матери… Поэтому я прошу.

— У вас уже есть мой ответ, — отозвался Яшамару с присущей ему простотой.

— Спасибо. Осенью проведем церемонию. Пока я буду встречаться с главами вассальных кланов, ты передашь Хеби Токугава от меня письмо и привезешь ее с дочерью в поместье.

Такеши не говорил — цедил сквозь зубы. Ему не нравилось собственное же решение, но лучше было не придумать.

— Наоми-сан знает?.. — Яшамару, должно быть, прочитал его мысли.

Минамото невесело усмехнулся и покачал головой. Наоми о том, что ее мачеха и сводная сестра будут жить поблизости, он расскажет позже.

— Я дам Мамору земли и крестьян. Все же за дочку главы некогда великого клана полагается достойное приданое.

— Мне рассказать ему обо всем?

— Я скажу ему завтра.

— Теперь мой сын будет преумножать вашу славу. Я уже слишком стар и для этого не гожусь, — Яшамару отводил взгляд, избегая смотреть на Такеши.

— Кто-то должен быть с Наоми, — жестко ответил Минамото. — Теперь я не могу оставлять ее без защиты, — он выразительно посмотрел на Яшамару, без слов донеся до него свое недовольство и разочарование.

Однажды его отец не увидел дурного в том, чтобы забрать с собой в поход почти всех самураев клана, и оставить свою жену лишь под защитой стен родового поместья. Эту, возможно, единственную ошибку своего отца Такеши никогда не повторит.

— И как ты представлял? Наоми провела бы недели в поместье Асакура в одиночестве? Чтобы Дайго-сан решил сделать ее своей пленницей? — приподняв бровь, спросил Такеши.

Яшамару склонил голову, поскольку у него не было ответов ни на один вопрос. Своим неосторожным замечанием он задел что-то в господине, отчего и последовала столь яркая вспышка эмоций.

К поместью они шли в неуютном молчании, которое Такеши прервал лишь раз:

— Утром собери всех юнцов на поляне для тренировок. Хочу на них посмотреть.

Он знал, а, услышав сегодня разговор Мамору, еще раз убедился в том, что в головы многих закрались сомнения. Так ли хорош их господин теперь, с отрубленной рукой? До своего плена Такеши не было равных во владении катаной. Он бился одинаково хорошо обеими руками и уверенно побеждал в схватке против четырех самураев разом. Теперь же он не мог ни обороняться, ни нападать левой рукой, и каждый в бою норовил ударить его именно с этой стороны.

Пока он сражался, в поместье подросли те, кто был еще мальчишками, когда он уходил. И они не должны сомневаться в своем даймё. Завтра он посмотрит, сможет ли кто-нибудь из них одолеть его, пусть даже и без одной руки.

Слуги суетливо бегали по двору и коридорам поместья c подносами еды и бутылями саке. Легкое недопонимание Такеши разрешила Наоми, оказавшаяся на крыльце как раз в тот момент, когда он с Яшамару подходили к главному дому.

— Это трапеза для твоих людей, — она нахмурилась, уловив подавленность Яшамару и недовольство мужа. — Я подумала, нам всем есть, что отпраздновать чашечкой саке.

По лицу Такеши было невозможно определить, пришелся ли ему по нраву ее замысел.

— Ты собирался поговорить с Масато-саном и остальными, и я подумала, что совместная трапеза придется к месту, — добавила Наоми, разгладив невидимую складку на светлом шелке кимоно.

— Спасибо, — взгляд Такеши потеплел. — Ты к нам присоединишься?

— Я буду лишней, — она улыбнулась. — И потом, у меня есть занятие намного важнее. Я должна убаюкать нашу дочь.

— Госпожа! Слуги говорят, что не достает рыбы… — к ним через двор спешила — едва ли не бежала — одна из помощниц Наоми. — Но всего должно хватить, мы же проверяли.

— Я сейчас разберусь, Аки, — строго отозвалась она. И бросила на мужа одновременно извиняющийся, но и лукавый взгляд. — Надеюсь, трапеза вам понравится.

Изящно обогнув Такеши на ступенях, она спустилась с крыльца и заспешила навстречу служанке. И он обернулся ей вслед, чтобы зацепиться взглядом за струящийся подол кимоно, прежде чем успел подумать.

В детстве он частенько подглядывал вместе с другими мальчишками за отцом и старшими самураями, когда они собирались вечерами для общей трапезы. Тайком и ползком они подбирались к окнам и заглядывали в них, рискуя быть пойманными, а после — наказанными. Когда отец взял уже подросшего Такеши на такое празднество впервые, то со смехом поведал ему, что ни одна его детская вылазка не оставалась незамеченной. И Такеши знал, что, когда его сыновья станут подсматривать за ним в окна, он, как и его отец, отвернется и притворится слепым.