– Не уродство, конечно, но кринж! – вытянул руку приемщик чуть не отобрав планшетку обратно.

– Нет, – дернула я, – не буду чинить. Передумала.

– Так она ж не включается даже! А я скидку дам, десять процентов.

– Не надо, – сунула я планшет в сумку.

– Шестьсот пятьдесят плати в кассу. Оценка ремонта бесплатно только с услугой ремонта.

Оставив тысячу без сдачи, я убежала из торгового центра, прижимая сумку к своему боку так, словно там не битая планшетка лежала, а десяток яиц без скорлупы. Лишь бы не разбить глаз, уставившийся на меня из отражения меня самой, лишь он не вытек плазмой, ну или что там внутри «глазного яблока преисподней»?

Вечерами, когда опускались сумерки, я подходила к окну и заглядывала в битое стекло планшета. Отражение каждый раз успевало послать мне улыбку, хоть уголком губ, хоть мимолетным изгибом. Решив, что больше не могу, я решила вышвырнуть планшетку в окно и забралась на подоконник. В комнату вошел брат, застав меня с подвешенной через форточку рукой.

Конец ознакомительного фрагмента.