Сразу пришло облечение. Но солёная морская вода всё равно щипала обожжённую кожу. Только вот живая водоросль совсем не забыла про меня и снова потянулась зелёными щупальцами. Резать её второй раз я бы не решился.

Увернулся вбок. Ощутил в гигантском растении огромный источник воды. И представил, как она замерзает.

Лёд начал подниматься с самого дна, постепенно покрывая тело водоросли. И пока он не дошёл до верха, я уворачивался, как мог. Но вот спиной врезался в обшивку корабля. А водоросль не сдавалась, и со всех сторон ко мне подступали её зелёные отростки.

Я направил свою силу к растению, чтобы ускорить процесс заморозки. И водоросль заледенела в сантиметре от моей ноги.

На это ушла добрая половина накопленной маны, а мне ещё предстояло с магами биться. Теперь я начал сомневаться, что мне хватит на это сил.

Была возможность уплыть. Но я не привык отступать. Тем более, если этот поступок может навлечь беду на ставших мне близкими людей.

Поэтому я всплыл на поверхность. Но стоило высунуть голову, как в меня прилетел огненный шар. Еле успел увернуться и нырнуть обратно.

Чёрт, а если они молнией решат по мне шандарахнуть? Тогда вода станет мне могилой, а не спасением.

Нужно было действовать быстро. Пока враги не додумались до чего-то по-настоящему смертоносного.

Я нагнал под собой воду и создал высокую волну, и вместе с ней вытолкнул себя к поверхности.

Очередной огненный шар размером с мою голову утонул в водной оболочке. А следом прилетело ледяное заклинание, но я успешно нейтрализовал его, лишь думая о тепле. И, кажется, только сейчас начал осознавать, насколько велика моя сила. Да во мне бушевал целый океан, чёрт возьми!

Заметил, как ладони одного из магов искрятся. Он формировал молнию.

Я действовал быстро. Опустился обратно в море и создал очередную волну. Мощную и разрушительную. И обрушил её на пирс. А после всплыл, чтобы взглянуть, что из этого вышло.

Пирс был пустой, не считая стекающей с него воды. Крайние доски проломило. Да и кораблям досталось, которые каким-то чудом не снесло в море при откате волны. А вот моих обидчиков смыло. Причём на целый километр, но звук по воде распространялся хорошо, так что их вопли доносились даже досюда.

Можно было добить их и утопить, навсегда погрузив тела в морскую пучину. Но это мешали сделать защитные артефакты магов. Тогда я не нашёл ничего лучше, чем натравить на своих врагов всех акул в радиусе десяти километров.

И я бы остался наблюдать, что из этого выйдет, если бы не услышал истошные крики Виктории:

— Сергей! Ты где? Что происходит?

— Да здесь я. Искупаться решил, — прокричал я в ответ.

— Какой искупаться! Совсем сбрендил? Вылезай давай!

С помощью той же воды я подтолкнул своё тело к пирсу, где стояли девушки. Поднял своё тело вместе с небольшой волной и опустил на деревянный настил. Ощутил опору под ногами и опустил воду.

— На тебя напали? — продолжила расспрашивать Вика. — Что с лицом?

— Да. Черепахов. Всё в порядке.

— И где он?

— В море плавают, — насмешливо ответил я.

— Серьёзно? Ты оставил их в живых?

— Так было проще, — я пожал плечами. — Но, возможно, их навестят акулы.

А сестра ударила себя ладонью по лбу.

— Они же снова нападут.

— Да, они бы напали, даже если бы я их убил. Правда, другим составом. А так, считай, я отсрочил клановую войну. А это для нашей семьи сейчас главное. Ты это понимаешь?

Я рассуждал логически на основе тех знаний, что успел получить в этом мире. Пролистал свод законов для аристократии и сделал свои выводы. Ведь там были прописаны причины, из-за которых род мог объявить войну другому роду. И одной из них была кровная месть.

— Да, — стушевалась Вика. — Ты прав, прости. Чем быстрее ты их перебьёшь, тем скорее Черепаховы отправят в Москву запрос на клановую войну. А мы к такому пока не готовы.

Сестра попыталась осмотреть рану. Но рядом оказалась Юля, которая уже доставала из сумочки какую-то волшебную мазь зелёного цвета.

— Да не брыкайся! Надо нормально намазать, иначе шрам останется, — приговаривала Юля, нанося мазь на мои ожоги.

Она сильно преувеличивала. Я морщил лицо, но и не думал брыкаться. Благо, что кроме лица и рук, ничего не пострадало, и экзекуция быстро закончилась.

— Шрамы красят мужчин, — усмехнулся я, силясь отвлечься от жгучей боли. — Ты, кстати, не знаешь, что произошло у меня с его братом?

— Не знаю, свидетелей нашли уже мёртвыми.

Сестра осмотрелась, высматривая врагов, ну или то, что от них осталось.