Шрифт:
– Давненько я такого не видела…
Бурчит опять себе под нос, и я не выдерживаю, подаюсь вперед и, несмотря на весь свой скепсис, спрашиваю:
– Что там, Анастасия Николаевна?
Бабуля прикусывает губу, смотрит в чашку с умным видом и глаза прищуривает. Мне кажется, что она специально нагнетает обстановку, но вот вторая часть меня замечает, как соседка немного бледнеет и, наконец, взгляд становится расфокусированным и растерянным.
– Мужчину вижу. Лера. Непростого мужчину…
Подает голос бабушка и я с надеждой спрашиваю:
– Папу?
Сердце пропускает удар, и я вся сжимаюсь.
– Отца тоже я твоего вижу, вон там, у основания, во тьме он… Болезнь вижу…
Киваю. Ну, конечно, бабушка будет видеть подобное, учитывая, что я тут битый час рассказывала о состоянии отца и, разумеется, упоминала про болезнь и лечение.
– Он завис у тебя между мирами. Не там и не здесь…
Отчего-то сердиться начинаю. Ведь я только что рассказала, что отец в себя не приходит, на аппаратуре его держат обеспечения жизнедеятельности. В глазах начинает колоть от обиды, ведь добродушная соседка сейчас обыгрывает все то, что я ей рассказала, и выставляет факты в таком свете, чтобы я поверила в ее способности какие-то…
Жестоко так играть на чувствах…
Хочу уже подняться, поблагодарить за чай и скрыться за дверью нашей квартиры, чтобы вдоволь наплакаться, как Анастасия Николаевна выдает:
– Нет. Не отца я твоего вижу. Тут другое… Тут такой мужчина…
Передергивает плечами, будто ей холодно становится.
– Такое ощущение, что он из цельного куска металла… золота… глыба сияющая…
– Золотой, что ли?! – спрашиваю и у меня с губ срывается нервный смешок. Кажется, соседка переигрывает.
– А вот не знаю. Мощь идет от него. Сила… Редкий мужчина… притягательный и отталкивающий… лед и пламя в нем… обжечь может…
– Ладно, – поднимаю руку и на губах пытаюсь выдавить улыбку, – спасибо вам за чай и варенье, но мне идти нужно.
Весь этот фарс мог бы показаться интересным, если бы не обстоятельства, в которые я попала. Вот и сейчас захотелось поверить в любую чушь и получить надежду, чтобы добродушна соседка по лестничной площадке сказала, что все у меня хорошо будет, что папа выздоровеет и деньги найдутся, но Анастасия Николаевна решила зайти с другого края и напугать меня еще больше…
– Я сейчас не в том состоянии, чтобы в моей чашке мужчины виднелись, – говорю с легкой улыбкой, чтобы не особо обижать пожилую женщину.
– А он тебя спрашивать не будет… Я даже представить не могу… Мощь там такая… Слов нет, чтобы описать, что именно я сейчас испытываю… Такой мужчина там, Лера… завидовать тебе будут, ненавидеть… а вот я… …
Ясно, что ничего не ясно. У соседки моей, видимо, деменция, или еще что-то на старости лет. Не виновата она, что рассудок подводит, поэтому я просто улыбаюсь нейтрально и пытаюсь аккуратно вынуть запястье из захвата бабушки, а она продолжает говорить и смотрит будто сквозь меня…
– Я пока только жалею тебя… девочка…
Обращаю внимание на Марсика, который выходит из-за угла, застывает и смотрит на меня своими зелеными глазами, распушив хвост. А у меня мурашки бежать начинают по спине холодные.
– Пойду я, пожалуй, Анастасия Николаевна, спасибо вам за гостеприимство…
Подняться хочу, но соседка вдруг прытко руку вскидывает и мое запястье ловит, сжимает немного, а я чувствую ее горячие суховатые пальцы и теплом отдает сразу же, когда бабушка вдруг выдает:
– Звонок тебе будет. Не бери трубку. Лучше не бери… Такое тебя ждет… Странное и неоднозначное… Я бы не взяла…
А потом отпускает мою руку резко и в глаза смотрит.
– Хотя… ой… Лерка… ведь ты уже ответила на этот звонок…
Киваю своим мыслям. Улыбаюсь и пытаюсь не обижаться на бабушку, которая явно не в себе.
– Пойду я. Спасибо за чай, – отвечаю ровно.
Мне бы хотелось, чтобы она мне хоть бы на словах сказала, что у меня хорошо все будет, дала надежду, но Анастасия Николаевна решила еще большего тумана нагнать.
В принципе, я знаю, как работают такого рода шарлатаны. Выуживают из тебя информацию, а потом сами ее и подают под соусом прорицательства, вот и тут, может быть, соседка не со зла, но все же…
Золотого мужчину мне напророчила…
Соседка меня больше не задерживает. Идет за мной к дверям и молча закрывает за мной. При этом выглядит очень усталой и выдает напоследок:
– Утомила ты меня, Лерка, поспать мне нужно, а ты потом приходи ко мне, подарочек свой приноси…
Дверь захлопывается за моей спиной, и я вздрагиваю, направляюсь к своей квартире и будто опоминаюсь, вспоминая, что мне встречу назначили, на которую я уже почти опоздала…