– Вы Джейкоб Черчер?

«Ну, точно фанатка», – подумал я, а вслух ответил:

– Да.

– Рут Кэрол Черчер ваша мать?

– Да.

– Хорошо, – сказала она. – Меня зовут Рейчел Гарнер. Я… – она запнулась. – Простите, я немного волнуюсь. Я так долго пыталась кого-нибудь здесь застать и совсем не ожидала, что вы откроете дверь.

Я с недоумением смотрел на нее.

– Кого вы ищете?

– Я ищу маму. Ваша семья ведь живет здесь уже тридцать лет?

– Больше тридцати пяти, – уточнил я. – Я родился в этом доме.

Она кивнула.

– А вы не знаете, жила ли здесь около тридцати лет назад молодая женщина? Беременная?

– Беременная женщина? – удивился я. – Нет.

Рейчел опустила глаза, видно было, что она расстроилась.

– Может, вы просто забыли?

– Мне тогда было всего четыре, но такое я вряд ли бы забыл, по крайней мере, точно бы об этом знал.

Она расстроилась еще больше. Даже выглядела какой-то сокрушенной.

– Заходите в дом, – пригласил я ее. – На улице холодно.

– Спасибо.

Девушка вошла, и я закрыл за ней дверь. По выражению лица было видно, как удивил ее царящий в доме хаос.

– Извините, здесь жуткий бардак. Я не знал, что мать так захламила дом. Вот, навожу порядок. Предложил бы вам сесть, но… – я показал на гору коробок, скрывающих диван. – Но пока некуда.

– Ничего, – торопливо вставила она. – Я постою. Спасибо, что согласились поговорить. Знаю, вам сейчас нелегко.

– Почему нелегко?

Она нахмурила лоб.

– Разве ваша мама не умерла?

– Ах, да. Конечно, – я смутился оттого, что не веду себя, как убитый горем сын.

– Мне очень жаль, – повторила девушка.

– Мы не были так уж близки.

– И это тоже печально, – сказала она и потерла руки. – Как же в Солт-Лейке холодно.

– Вы не местная?

– Нет. Я из Сент-Джорджа. А вы?

– Родился здесь, но живу в Кер-д’Алене.

Она огорченно посмотрела на меня.

– Могу я взять вашу куртку?

– Да. Спасибо.

Я помог ей раздеться и положил верхнюю одежду на скамейку у пианино – единственную чистую поверхность в комнате.

– Вы вчера тоже заходили? – поинтересовался я, вспомнив следы на снегу.

Она кивнула.

– Днем. И вот решила, что стоит попытаться еще разок после вьюги.

– Откуда вы узнали о смерти мамы?

– Несколько недель назад увидела некролог в газете и подумала, что смогу здесь застать кого-нибудь, кто бы ответил на мои вопросы.

Было в ней что-то такое, что подогревало мой интерес. Может, беззащитность. А может, красота.

– В кухне уже порядок. Можем посидеть там. – Мы прошли, я выдвинул для нее стул, а сам уселся напротив. – Вас зовут Рейчел?

– Да, Рейчел.

– Почему вы решили, что ваша мама была здесь?

– Мне говорили, что, возможно, она жила здесь, когда я родилась.

– Вы уверены, что не ошиблись адресом?

– Уверена. Скотт и Рут Черчер?

– Так звали моих родителей.

– Мне кажется, что моя мать – моя биологическая мать – жила с ними. Меня удочерили в младенчестве, а несколько лет назад я решила навести о ней справки, попробовать ее найти. Обращалась в архив, но они не разглашают никакие данные. Моей матери отправили запрос: не хочет ли она со мной встретиться, но ответа так и не последовало. Я не знаю, жива ли она или просто не хочет иметь со мной дела.

Года четыре назад подруга познакомила меня со своим парнем, который работал в архиве. Я спросила, не сможет ли он мне помочь, и молодой человек обещал посодействовать, но через несколько дней позвонил и сказал то, что я знала и без него: это конфиденциальные данные. По его словам, за разглашение секретной информации грозит увольнение, уголовное преследование и гражданский иск. И я решила, значит, не судьба. Но потом он выяснил кое-что для меня новое. Мать родила меня в семнадцать и была на тот момент не замужем. Согласно архивным записям, она проживала с семьей по фамилии Черчер. Возможно, родители выгнали ее из дома, когда узнали о беременности.

Я с любопытством рассматривал свою собеседницу.

– В каком году это было?

– Я родилась в 1986-м.

Я на мгновение задумался, а потом сказал:

– Мне было всего три или четыре года. Я вполне мог что-то забыть. К тому же это были непростые времена. В тот год погиб мой брат.

– Мне очень жаль.

– Вы знаете, как зовут вашу мать?

Рейчел нахмурилась.

– Не знаю.

– Конечно же, не знаете, – опомнился я. – Моя мать наверняка знала. Как жаль, что вы не пришли раньше, когда она еще была жива.