Шрифт:
– Ну и что, кофе не понравился?
– Не перебивай меня. Мой московский партнер долго искал, какой ресторан заказать, а он, в отличие от меня, специалист по женщинам и знает хорошие места.
– Петь, в чем проблема ресторан в Москве найти? Ты меня поражаешь!
– Для тебя все просто. А я человек другой, основательный. Так вот, звонит он смело и говорит: «Столик для Петра Ивановича, как всегда, приличный». Приезжаем на его машине в какой-то парк. Там охрана. Ресторан – два этажа. Рядом озеро.
– Что вы, купаться что ли приехали?
– Я тебе описываю объект. В общем, встречает приветливая женщина. Такая наша, чувствуется, деревенская. Добрая такая. Прямо с порога мне: «Здравствуйте, дорогой наш Петр Иванович, добро пожаловать!» Москва есть Москва, думаю, вот это культура, обслуживание! Поднимаемся на второй этаж, по лестнице заходим в комнату, а там один стол.
– Что здесь такого, Петь? Это кабинет вам заказали. В каждом хорошем ресторане такие есть.
– Не перебивай. Я снимаю с дамы пальто. У нее плохое настроение, сам понимаешь, да и ко мне отношение предвзятое. Не свадьбу помогаю организовывать. «Где повесить пальто?» – спрашиваю. «Да в спальне, как всегда», – отвечает хозяйка. Мы заходим в комнату, и оба остолбенели. Перед нами большая двуспальная кровать, на тумбочках свечки горят. Хозяйка на нас не обращает внимания, лепечет, откидывая покрывало: «Девушка, давайте я покажу вам, где ванна. Если что-то пожелаете, то нажмите, Петр Иванович, на эту кнопку». Всего, брат, не рассказать, но это был драматичный день в моей жизни… Трудно мне было убедить ее, что я не маньяк, завлекающий убитых горем женщин под благими предлогами в западню… Чуть большой заказ не потерял! Только мой талант убеждения и простодушие спасли. Какой я, Коль, насильник, посмотри на меня! Я девушек уже столько лет, так сказать, живыми не видел…
– Хороший деловой ужин ты провел, Петя. История, достойная Голливуда, – рассмеялся Николай. – Да, Петро, Москва – это мегаполис приключений. Зато у тебя-то общежитие кулинарного училища – дом родной. Там вахтерша, баба Клава, девушку ни за что не пустит, а тем более к тебе. Жалко ей калечить хрупкие женские судьбы встречами с тобой.
– Ты просто ничего обо мне не знаешь! Я живу один в двухкомнатной квартире в элитном доме в центре города, – брызнул слюной от удовольствия генеральный директор ГУПа.
– Чего-чего? – удивился Николай.
Петька хохотал и даже похрюкивал, как юный поросенок.
«Да, талант, – удивленно улыбаясь, думал Николай. – Смеется и хрюкает так весело. Сам худяк, а хрюкает, как толстяк. Как в одном человеке объединилось столько талантов? Не зря его на такую высокую должность назначили. Недооценивал я кадровую политику нашего государства».
– Коль, а у тебя как с девчатами? Ты ведь совсем еще молодой. О Таньке вспоминаешь, небось? Она родила второго. Счастлива с Затулиоблаком, – выпалил Петя.
– Что у тебя за друзья, Петро? Один – Затуливетер, другой – Затулиоблако. Я такие фамилии до встречи с тобой и не слыхивал, – раздраженно произнес Николай. Он не любил вспоминать о Татьяне…
– Нормальная красивая русская фамилия – Затулиоблако, – гордо, без тени обиды сказал Петя. – Вот один мой клиент был действительно с удивительной фамилией!
– Хватит о клиентах, о работе, вот, водочки выпей, – перебил его Николай.
– Нет, брат, не могу. Работа у меня не для пьющих – ответственная! – Петр многозначительно направил указательный палец вверх. Он все более и более поражал Николая своими новыми жестами важного начальника.
– Ну, да бог с ней, с твоей работой! – решительно перебил брата Коля. – Так ты говоришь, у Таньки уже двое детишек? А как же болезнь ее страшная, наследственная, на детей не передалась?
– Какая болезнь? С чего ты взял? – удивился Петенька.
– Ну эта болезнь, когда зубы выпадают, – поморщился Николай, – ты мне сам рассказывал и показывал протезы…
– А, ты про это, – Петр явно занервничал, заерзал на стуле и продолжил очень решительно: – Пойдем за вон тот столик присядем. Там меньше людей. Я перед тобой, брат, в большой вине. Ну, ты простишь. Ты благородный.
Они сели за маленький стеклянный столик около большого аквариума с золотистыми рыбками.
– Рыбки как-то символизируют философию жизни… – начал высокопарно Петя.
– Петро, если это очень долгий рассказ, то лучше мне заказать бутылку водки в баре, чтобы снять надвигающийся шок. Я его предчувствую, судя по тому, как ты ерзаешь на стуле, – улыбнулся Николай и спросил с шутливой тревогой: – Скажи, Петенька, шок будет?
Петя грустно кивнул.
– Ты помнишь, как я вас познакомил, Николай, с Танюшкой?
– Лучше бы не знакомил, – огрызнулся Николай.
– Ты сам, Колька, попросил найти самую красивую девчонку для занятий бальными танцами. Говорил, что девичий абонемент уже купил, а с крокодилом танцевать не будешь, – неловко оправдывался братик.
– К тому времени крокодилов уже не осталось! Ты их всех, Петя, охмурил! Ты мог бы стать гендиректором крокодильей фермы. Случайно, сейчас у тебя ГУП не этого профиля? – ерничал Николай. Спиртное быстро взметнуло ввысь его настроение.
– Кому что нравится, – хрюкнул тихо Петр, – мне – душа, а тебе – красота.