Теперь нам с боссом предстояло решить одну очень трудную задачу: как убрать Светиного мужа так, чтобы тот сам ни о чем не догадался, а жена подумала бы, что он мёртв? Конечно, проще всего было бы пойти к нему в офис, выложить всю правду и договориться с ним разыграть собственную коварную жену. Но тогда бы нам уже не светила не то что вторая половина денег, а этот окружённый телохранителями крутой бизнесмен постарался бы у нас отобрать и первую. Нас с боссом это не устраивало ни по каким параметрам. Нам нужны были деньги. К тому же по всем этажам нашего офиса бродил неприкаянный бомж Майкл, гладко выбритый, в чистой одежде от Родиона, но все равно с разбитой физиономией, и что-то все время бурчал себе под нос, злясь, что мы не посвящаем его в свои планы и не выпускаем на улицу. Он тоже мечтал о деньгах. А не выпускали мы его потому, что он мог одним махом все испортить, растрепав всей округе о своём контракте с солидной сыскной фирмой. Лишние неприятности нам были ни к чему.

– А что, если забросать его «Мерседес» гранатами со слезоточивым газом, – строила я планы, сидя напротив босса в его кабинете, – а потом вытащить ополоумевшего Олега из машины и увезти в неизвестном направлении. Телохранители очнутся, подумают, что его наверняка убили, и побегут докладывать жёнушке. Пока то да се, мы получим с неё денежки, а потом представим пред её лживые очи живого муженька – пусть сам с ней разбирается.

Босс, задумчиво постукивая карандашом по столу, проговорил:

– Смотрю я на тебя, Мария, и думаю: что ты здесь у меня вообще делаешь?

Тебе нужно сидеть дома, цветочки вышивать или романтические стишки пописывать, а ты тут заживо гниёшь. Как ты это себе представляешь: забросать бронированный «Мерседес» средь бела дня в центре Москвы гранатами? Ладно, гранаты не проблема, достанем, но кто их метать будет – ты или я?

– А мы Майкла попросим, – пролепетала я. – Он своих дружков бомжей возьмёт…

– Ага, все правильно. Завтра во всех газетах напишут: «Президент известной коммерческой фирмы подвергся неслыханному нападению со стороны вооружённой банды озверевших от голода бомжей Центрального округа столицы. Они забросали его машину найденными на свалке гранатами, похитили тело и скрылись в неизвестном направлении». Остынь, Мария, дай лучше подумать спокойно…

Но у меня уже созрел другой план.

– Тогда давайте я запишусь к нему на приём, войду в кабинет, достану из сумочки пистолет и выстрелю ему в сердце ампулой со снотворным.

– Ну а потом что? – кисло поморщился тот. – Сунешь бизнесмена в сумочку и вынесешь на улицу? Не смеши меня – и так тошно…

– Ну зачем же в сумочку, босс, – не унималась я. – Потом я оболью его красной краской, нарисую на лбу рану и уйду. Все подумают, что он умер, вызовут «Скорую», а по дороге в больницу мы нападём на неё и похитим тело! Все шито-крыто.

– Любой врач сразу же поймёт, что он не мёртв, а всего лишь спит. Нет, Мария, нам нужна полная достоверность. Чтобы все, включая самого Олега, поверили, что его убили. И эта иллюзия должна продержаться в мозгах Светланы не менее суток. Все должно быть разыграно по всем правилам современных бандитских разборок. Иначе все сразу подумают на жену. Уверен, что в его окружении каждый второй знает, как она хочет его смерти. Все тут же побегут к ней, возьмут её клещами за горло, она признается, что наняла киллера, и мы останемся с носом.

– Ну тогда я не знаю, – сдалась я. – Это у вас голова гениальная, вот вы и думайте.

– Вот я и думаю. А ты иди вызванивай то ателье. Нам нужно срочно сделать ей звонок. А то, не дай бог, Фикса захочет выяснить, звонили или нет, или телохранитель что-то заподозрит и проверит – нет, мы должны предупредить все их шаги. На всякий случай. А там посмотри по ситуации. Скорее всего, если и будут проверки, то только на уровне звонков, и мы можем легко проскочить.

Перебери все возможные варианты с другими цифрами, но найди мне эту киллершу Люсю живой или мёртвой. Не так уж и много там этих вариантов…

– Ну конечно, – усмехнулась я, – никак не больше миллиона…

И вышла из кабинета, обиженная на весь свет, что меня в очередной раз не поняли и не оценили. А ведь в моих предложениях явно что-то было…

Битых два часа я перебирала, меняя каждый раз по одной цифре, эти проклятые варианты. Но ни Люси, ни ателье нигде не было. Я попадала в квартиры, в организации, в фирмы, или вообще никто не снимал трубку, или было занято. В телефонном справочнике бесчисленное множество всякого рода ателье, я полистала страницы и поняла, что делать это бесполезно – на самом деле по нужному номеру могло вовсе и не быть никакого ателье, а название использовали для отвода глаз.

И продолжила поиск методом тыка пальцем в кнопки на аппарате. Наконец, когда уже возненавидела телефонный аппарат и бомжа, скорбно наблюдавшего за моей работой с дивана напротив, я услышала приятный женский голос. Женщине было не меньше сорока, ничего подозрительного в её интонации не наблюдалось.

– Здравствуйте. Это ателье? – без всякой надежды спросила я.

– Да, добрый вечер. Что вас интересует? Сердце моё зашлось от волнения, я подобралась и севшим голосом сказала:

– Меня интересует Люся. Могу я с ней поговорить?