— Шутите, полковник? — Тот недоверчиво покосился на меня. — Такого не бывает.

— Бывает, правда, очень немногие на Земле могут такое проделывать. Теперь вы понимаете, какую птичку мы поймали?

— Послушайте, товарищ майор, — внезапно вмешался стоявший в стороне молодой капитан, — сколько это все будет ещё продолжаться? Солдаты устали, не кормлены, пора в часть возвращаться!

— Они у вас что, барышни? — грозно нахмурился плешивый. — Считайте, что выполняете приказ Верховного Главнокомандующего! И без разговорчиков здесь, капитан!

— Да, Еремеев, — поддакнул майор, — это прямой приказ из Москвы. Будьте все время на связи и ждите моих дальнейших указаний. Пока я здесь командую.

— Вообще-то это не наше дело — гражданских ловить, — тихо проговорил тот.

— Эти гражданские представляют прямую угрозу для безопасности всей страны, капитан! — отрезал полковник. — Сегодня же вы получите письменное распоряжение на этот счёт.

— Оно должно было поступить ещё вчера, — упрямо проговорил капитан.

— Молчать! — взвился майор, — Выполняйте приказ! Под суд отдам!

— Есть, — еле слышно пробормотал тот, козырнул, развернулся и отошёл к солдатам.

— Распустились тут с этой демократией, понимаешь, — нервно бросил полковник. — Все, отправляемся. Шагай вперёд! — и подтолкнул меня дулом автомата к лесу.

Я шла впереди, за мной шагал полковник, а замыкал эту маленькую процессию майор. Нужно было пройти метров двести по кустам и траве, которые все были истоптаны и изломаны, словно здесь бродило стадо сумасшедших слонов. Двигалась я медленно из-за того, что руки были связаны и нечем было раздвигать ветки. Конвоиры поминутно чертыхались и били себя по щекам, отгоняя комаров. Вскоре показалось громадное дерево, и я прибавила шаг. Мне нужно было ещё успеть подготовить Захара, чтобы полковник не свалился на него в буквальном смысле как снег на голову. Я была уверена, что он сразу смекнёт, в чем дело, и правильно отреагирует. Не зря же он был в одной команде с боссом, в конце концов.

— Долго ещё? — со злостью спросил плешивый.

— Уже почти пришли.

Приблизившись к дереву, я пролезла сквозь густые кусты, окружавшие его, перешагнула через замаскированную яму, остановилась и громко, чтобы слышал Захар, сказала:

— Он здесь.

Они остановились у невидимого края ямы, у корня, и удивлённо завертели головами.

— Где? — наконец спросил полковник.

— Вон там, на дереве сидит. Оттуда не видно, вы подойдите сюда, на моё место, и посмотрите, товарищ полковник. Не бойтесь, он не вооружён. — Задрав голову вверх, я крикнула:

— Дорогой, не волнуйся, я привела майора с полковником, они обещали сохранить нам жизнь!

— Ну да, как же, — довольно проворчал плешивый и шагнул ко мне, направив автомат на дерево и всматриваясь в его густую крону.

В следующее мгновение земля под ним разверзлась, и он с треском полетел вниз, не успев даже вскрикнуть.

— Ой, куда же вы?! — в притворном ужасе воскликнула я и посмотрела на остолбеневшего майора. — Что это с ним, не знаете, товарищ майор?

Снизу послышался неясный шум, пыхтение и приглушённый крик полковника:

— Что здесь происходит, черт возьми?! — потом раздался смачный удар, и все смолкло.

Майор медленно передёрнул затвор, вогнав пулю в патронник автомата, и направил его на меня. Губы его задрожали, глазки заблестели, и он попятился, просипев:

— Тебе конец, сучка! Это все подстроено…

— Не торопись, майор! — послышался из ямы весёлый крик Захара. — Тут полковник хочет тебе кое-что сказать! Прошу вас, гражданин.

Опять послышался звук удара, полковник громко ойкнул и быстро прокричал:

— Не стреляй, майор! Меня держат на мушке, и я ничего не вижу! Делай, что скажут, иначе меня прикончат, слышишь?! И не вздумай что-нибудь выкинуть!

— Ты слышал, майор? — опять закричал Захар. — Если полковник погибнет, тебе грозит трибунал. Но у тебя есть ещё шанс этого избежать.

Майор не мог выговорить ни слова, он лишь тупо таращился в яму, откуда слышались звуки, и казалось, хотел уже сам в неё сигануть, чтобы покончить с этим кошмаром раз и навсегда. Его всего трясло.

— Для начала вытащите нас отсюда! — крикнул опять Захар. — Девочка, ты прихватила верёвку?

Мы специально не называли друг друга по именам, чтобы не оставлять никаких следов. Я прямо-таки почувствовала себя настоящей разведчицей.

— Верёвка-то есть, — ответила я громко, — но у меня руки связаны, а ключи от наручников у полковника в яме.

— Это не беда, — виновато затараторил плешивый, — только не нервничайте. Майор, привяжите верёвку к дереву и бросьте сюда один конец, слышите?

Но майор, казалось, уже ничего не слышал и не соображал. Его заклинило. Он безвольно опустил автомат. В голове его, видимо, набатом звучало — пугающее слово «трибунал», страшнее которого ничего нет для военного.