Существо под ударом начинало рушиться, а волны от напора силы разлетались по всему залу.

— Сссзади, конунг!… на пять часссов!… девять… — это Дрейк корректировал меня во время забега.

И надо признать, ни одно щупальце, ни один морской зверь так и не достиг своей цели. Но под конец на меня выкатился огромный осьминог. Вот это был настоящий монстр! Хоть мне и не запрещали использовать магию, но я до последнего тянул с ней. Однако в какой-то момент, попав в ловушку из щупалец, я понял, что сейчас или никогда!

Жетон на скорость нервной активности [1], удар сердца и ещё жетон броска кобры [2] и я взмыл над чудищем, а потом обрушился ему на голову, разрубая его пополам. Приземление было жестоким. Всё же я не в воде, а прыжок под усилением костюма вышел более десяти метров. Перекат и кое как я встал на ноги. Тяжело дыша я сорвал шлем, а когда освещение стало вновь привычно для глаз, я обернулся. Все присутствующие застыли в немых позах, лишь Вова сразу отмер и махнул мне приблизиться.

— Беру! — сходу объявил Михаил из альф.

— Э. не, на! Он наш, на! — отшил его Вова.

Ко мне подходили, шлёпали по плечу и поздравляли с каким-то рекордом.

— С тебя проставиться, Лёш! — под конец подошла Катя и ткнула мне в плечо. — ты теперь местная знаменитость.

Я уже вылез из костюма, так что стоял на своих двоих и принимал поздравления.

— Хорошо, если ты мне расскажешь, что за рекорд я побил! И да, Катюх, приглашаю тебя в бар.

— Замётано. А рекорд был у твоего тёски, тоже какой-то Леонов, только Фёдор. Сам глянь в статистику арены.

Я тут не местный, так что технические штучки всё никак не найдут своё место у меня в мозгу, но, когда меня подвели к монитору, я безошибочно определил имя своего отца. И пазл у меня в голове сразу начал складываться…

Позже, в эту же ночь…

Серена заорала уже под утро, когда началось настоящее нашествие тварей. Теперь я будучи полноценным гаммой был в рейде. И нас второй волной после альф и бэт кинули на передовую.

Передо мной открылся живописный вид на Уральский барьерный риф. Эта природное образование возвышалась над морем словно непреодолимая преграда, прекрасно отделяющая уральские горы от бескрайних зеленых вод, поглотивших некогда цветущий пермский край. Само это место, по прихоти природы, казалось благоволило к людям, помогая им сдерживать неугомонных созданий из глубин моря от проникновения в плодородные долины Урала.

А сравнить риф можно было с булочкой для хот-дога — это две длинные береговые полосы, разделённые между собой глубоким протоком. Где внутренний берег прикрывал мощными оборонительными сооружениями уральский хребет, а внешний берег этой «булочки» был изрезан горным рельефом и его ответвления в данном случае выступали естественными волнорезами. В добавок внешняя береговая полоса прерывалась посередине живописной бухтой, превращая всё пространство в естественную эшелонированную фортификацию и идеальное поле битвы с тварями из водных глубин.

Снаружи зубчатые скалы рифа покрыты крошечными светящимися водными организмами. А венчают всё это зеленовато-голубые волны моря, создавая поистине завораживающее зрелище во время наката и отката волн. Именно эти организмы, непонятно откуда взявшиеся тут, и стали лакомой кормовой базой для морских гигантов, которые с маниакальным упорством лезут сюда в поисках вкусненького. Чего им безусловно не хватает для насыщения и поэтому они в стремлении лёгкой наживы неизменно идут дальше, дабы расширить свой рацион ещё и двуногими.

Про водные организмы учёные выдвигают робкие гипотезы, что всему виной заброшенные угольные шахты Гремученска, коих осталось множество в старом бассейне реки Гремучки. По их мнению, что-то такое находилось в штольнях, а когда пришла большая вода, то окаменелости странным образом ожили и расплодились в этом месте подобно кораллам Австралии.

Однако в народе поговаривают про закладку или специальную высадку корма для тварей в этом месте. Что в общем не лишено здравого смысла, но и выглядит каким-то неправдоподобным.

Неважно кто прав, ведь несмотря на магию и красоту, обильно испускаемую рифом, он стал местом, где магия и ужас переплелись воедино, где среди величественных природных явлений из глубин стабильно прут всё новые и новые твари, зачастую совершенно неизвестные человечеству. По факту делая это место исследовательским раем для биологов любого толка.

Всё это во время нашей высадки поведал мне Гога, наш штатный исследователь.

А вот за альфами было любо дорого посмотреть. На берегу рифа на море развернулась эпическая битва. Крупнокалиберные пулемёты изрыгали во тьму моря за рифом сотни выстрелов, но тварям было будто всё равно. Они непрерывной тёмной массой поднимались из глубин моря, принимая сверкающие формы опасных тварей в лучах мощных прожекторов. Но их устрашающие чешуйчатые тела и ледяные глаза лишь усиливали темноту вокруг.