Хозяин таверны быстро что-то крикнул слуге и тот поспешно принёс бутыль лучшего имперского вина.

Ким наполнил три стакана, но белый лис настолько погряз в своих думах, что даже не обратил на свой полный стакан внимание.

Подавится мне ядром! — воскликнул Ким, толкая Шоко локтем в бок. — Капитан то мрачнее тучи и я бы не хотел сейчас очутиться на месте имперцев. По правде говоря, только храбрец осмелится прийти сюда, а он, видать, совсем ничего не боится.

Вдруг внимание Кима привлекла пятёрка зверей, вооружённых складными ножами-навахами, которые пристально его разглядывали.

— Сдаётся мне, что они нас слушают, — сказал лис медведю. — Кто они такие?

— Баски, что на службе у губернатора Кайбо.

— Пираты, которые решили переметнутся под имперский флаг? Если они считают, что могу запугать меня своими навахами, то они очень ошибаются!

Тогда звери, побросав сигары, которые они курили и промочив горло несколькими стаканчиками вина, стали переговариваться между собой так громко, что все слова отчётливо доносились до столика Кима, Шоко и Деона.

— Видали повешенных? — спросил один из них, пятнистый гиен с круглой, посеребрённой серьгой в ухе.

— Я и сегодня вечером ходил взглянуть на них, — ответил другой, серый хорёк с острой мордой. — Как не полюбоваться на этих каналий?! От одного из них, того и гляди, помрёшь со смеху! У него язык висит чуть ли не до груди.

— Это у Лорна красного? — спросил третий, крупный одноглазый волк. — Ему сунули в пасть сигару, дабы был ещё смешнее.

— А я намерен дать ему зонтик, чтобы завтра у него было чем укрыться от солнца. То-то ребят повеселимся!

Громкий удар кулаком по столу, от которого задребезжали стаканы, прервал говоривших.

Не в силах больше сдерживаться, Ким ещё до того, как Деон белый успел вмешаться, вскочил на ноги и со всего маху обрушил на соседний стол, свой мощный кулак.

— Много ли надо, чтобы издеваться над павшими?! Куда лучше посмеяться над живыми! Лучше — но не безопаснее, верно же, мои дорогие кабальеро?!

Пятеро собутыльников, пораженные внезапным взрывом ярости незнакомца, поспешно встали, держась лапами за навахи. Затем один из них, тот самый здоровый, одноглазый волк, спросил у Кима сердито.

— А вы кто будете?

— Добрый лис, почитающий мёртвых, которому нечего не стоит пропороть брюхо живому!

При этих словах, показавшихся пустым бахвальством, пятёрка зверей громко рассмеялись, чем ещё больше вызвали гнев у Кима.

— Ах так? — сказал Ким, закипая как вода в котелке над огнём.

Бросив взгляд на неподвижно сидевшего белого лиса, которого, казалось, ничуть не трогала ссора, Ким с силой толкнул одноглазого, крикнув ему в морду.

— Готов потерять второй глаз, ублюдок?!

Волк от толчка повалился на соседний стол, но тут же вскочил на ноги, выхватил наваху из-за пояса и мгновенно раскрыл её. Он готов был бросится на Кима и разорвать его на куски, но тут Шоко, до той поры остававшийся только зрителем, по знаку Деона, бросился между противниками угрожающе размахивая тяжёлым стулом, на котором он сидел.

— Стой, или я размозжу твой череп! — крикнул он вооружённому, одноглазому волку.

При виде бурого медведя, пятеро басков попятились назад, дабы не оказаться в пределах досягаемости стула, описывавшего угрожающие круги. Толпа посетителей таверны, находившихся в соседних комнатах, сбежались на шум. Впереди всех оказался крупный, высокий енот, вооруженный шпагой. У него был поистине разбойничий вид: на ухо съехала шляпа, а грудь прикрывал потрепанный кожаный панцирь.

— Что тут происходит? — грубо спросил он, обнажая шпагу.

— А то, мой друг, — ответил Ким, склоняясь в шуточном поклоне, — что вас это совсем не касается.

— Ну как бы не так! — воскликнул енот. — Видимо вы не знайте кто я такой? Я Миранд — дворянин и виконт…

— … преисподней? — перебил его Деон белый, внезапно поднимаясь и пристально глядя на разошедшегося енота. — Не так ли, кабальеро, граф, маркиз, герцог и тому подобное?

Енот дворянин, оскалив клыки, стал тяжело дышать, от охватившего сознания ярости и гнева.

— Клянусь кровью Персеваля! — воскликнул он срывающимся голосом. — Вряд ли я удержусь от того, чтобы не отправить вас к праотцам, дабы этому лису, Лорну красному и его девяти прохвостам, что болтаются на площади, не было так скучно.

Мановением лапы, Деон белый удержал Кима, готового кинуться к проходимцу, сбросил с себя плащ и шляпу, откинув лапой назад свои пепельного цвета короткие волосы и резким движением обнажил шпагу.

— Выходи на дуэль! — сказал белый лис дрожащим от ярости голосом, — сегодня твоей душонки уготована судьба отправится развлекать повешенных!