Я побледнела, потому что впервые в жизни реально задумалась о доставшейся мне фамилии. Внезапно, по какой-то дурацкой причине, мои женские прелести напомнили мне две булочки для гамбургеров. Я почувствовала себя так, словно вернулась к своему детскому прозвищу: Чизбургер. Обычно для восьмилетнего ребенка Бергер ничем не отличалась от «бургер».

Срань господня. Мое имя легко может сойти за порнушное.

— Бергер, — униженно прохрипела я. Серьезно? Кэт, твою мать, Бургер. Теперь я отчетливо видела это имя на обложке DVD с видео для взрослых, которые продаются ниже по улице от моей квартиры. Мало того, что я росла выслушивая, как меня называли чизбургером, гамбургером и кошачьим бургером (Примеч.: Кэт называли kitty burger). Так еще и во взрослом возрасте Джош называл меня козявкой после того, как наш профессор исковеркал мою фамилию и целый семестр, в течение трех с половиной долгих месяцев, называл меня не иначе как Кэтрин Бугер. (Примеч.: Booger с англ. «козявка», «сопля») Но это отдельная история. Я уже спокойно относилась к тому, как Николь говорит, чтобы я съела свой бургер.

Сначала улыбка на его лице была едва заметна, а когда до него дошел смысл моих слов, она становилась все шире и шире, пока не стала настолько большой и яркой, что вокруг нас пропала всякая необходимость включать хоть какой-то свет. Парню было невероятно весело, а потом он залился смехом.

— Очуметь, — сумел сказать он между приступом смеха. — Уверен, твои родители не собирались давать тебе такое рабочее имя.

Мы снова пошли вперед, но он продолжал посмеиваться.

— Ты не сталкер или кто-то в этом роде? Мне следовало подумать об этом, прежде чем называть тебе фамилию.

— Нет, я покончил с этим через несколько дней после того, как на меня выписали судебный запрет. — На его губах появилась кривая усмешка, когда он слегка повернул голову, чтобы посмотреть на меня. — Моя фамилия Кинг, если тебе от этого станет легче. Ты ведь тоже не сталкер?

Я не могла удержаться и пожала плечами, подыгрывая ему. Я все время напоминала себе не думать о том, какой он милый во всем, потому что он уже признался мне, что был здесь с другом. Кто этот друг я понятия не имела, но одно знала точно — я не разрушила семью. Я отбросила эту мысль, ведь, если бы у него была девушка, и она пришла сюда с ним, он бы ни за что не стал расхаживать здесь в одиночестве.

— Нет, не сталкер, — ответила я ему.

Из кармана его толстовки раздался высокий, резкий звук, который был похож на голос робота. Тристан вытащил телефон и, нахмурившись, посмотрел на экран. Его взгляд метнулся ко мне, но в том месте, где мы стояли, было настолько темно, что я видела лишь одну сторону его четкого, ровного овала лица.

— Я должен кое с кем встретиться, — вздохнул он. Казалось, что телефонный звонок его расстроил, но я не позволила себе зациклиться на языке его тела.

— Окей, — заставив себя улыбнуться, сказала я.

Тристан отступил на шаг. Он повернулся к свету, и, несмотря на то что козырек кепки закрывал большую часть его лица, я видела, что он усмехается.

— Подай сигнал Бэтмена на случай, если снова потеряешься в попытке найти туалет, и я приду на помощь, хорошо?

— Хорошо, — повторила я, и теперь на смену той улыбке, которую я выдавила долей секунды назад, пришла очень даже настоящая.

Он сделал еще один шаг назад, продолжая смотреть на меня.

— Пока, Кэт, — чуть ли не промурлыкал он, а затем повернуться и пошел в другом направлении.

Кто знает, как долго я стояла посреди прохода, глядя ему вслед. У меня не получалось собрать мысли в кучу до того момента, когда жгучая боль в затылке не вернула меня из параллельной вселенной, которую я только что посетила. Та вселенная состояла исключительно из меня и Тристана, а не была целиком и полностью посвящена порно.

— Какого хрена ты так долго? У тебя опять понос, что ли? — спросил сзади слишком знакомый голос Николь, пока эта демоница дергала меня за хвост.

— О-о-о, я ненавижу бегать по большому в общественных местах, — вздрогнула Зои, стоя передо мной.

— Нет у меня никакого поноса, — прошептала я так громко, что это ни за что нельзя было назвать шепотом.

Николь закатила глаза, схватив меня за запястье.

— Ладно, идем. У нас осталось несколько часов, и Зои больше не будет порнозвездой до конца дня.

Я посмотрела на циферблат, и поняла: мы не пробыли здесь и пары часов.

Что-то подсказывало мне, что это будет самый длинный день в моей жизни.

Я чуть не обделалась, когда увидела Сару Лав — давнюю подругу из средней школы — раздающую автографы в палатке, мимо которой мы проходили.

В школе Сара была одной из тех девочек, которая старалась держаться особняком. Я, конечно, тоже не была одной из самых популярных, но у меня было несколько друзей, с которыми я регулярно общалась, в то время как застенчивость и спокойный характер Сары обеспечили ей узкий круг знакомых. Она была милой девушкой, и в последний раз, когда я видела ее на выпускном, она сказала, что собирается в Калифорнийский колледж.