— Итак, после того как вы охаяли мою выпивку, я готова слушать извинения. Почему это мне пришлось одной-одинешенькой сидеть в баре и ждать вас, словно собачка на вокзале?

Грейнджер хихикнула, вспомнив знаменитую историю. Большой градус алкоголя чуть ударил ей в голову.

— Ты прям как Хатико.

Две пары глаз уставились на нее с непониманием.

— О, Мерлин, подари волшебникам интернет и телевидение, — взмолилась Гермиона и, отмахнувшись от них, пошла за пледом, который лежал там же, где его и оставили.

Драко, проследил как далеко отошла Грейнджер и повернулся к Дафне.

— Умоляю, без сцен. Куплю все, что захочешь, — прошипел слизеринец, но тут же добавил: — В разумных пределах, естественно.

Гринграсс хмыкнула.

— Вот так дружба. Сплошные рыночные отношения. Ты, наверное, перепутал, я не Пэнси, меня не надо подкупать!

— Дафна! — настойчивее попросил Малфой. — У нас есть некоторые… эмм… в общем, у нас тяжелый период, много всего навалилось, и я хочу вытряхнуть все дерьмо из головы Гермионы.

Он ощутил, как непривычно с его губ слетело ее имя. Запомнив его на вкус, продолжил:

— Поверь, ей нужна поддержка и друзья, одна она свои тараканы не выкинет.

— О чем ты? — непонимающе спросила слизеринка, ни чуть не трезвея.

Драко оценил риски и вздохнул.

— Она сама расскажет, если посчитает нужным.

— Замечательно, вот так и помогай, когда даже не дают никакой информации.

Драко вздохнул. Что с этими женщинами не так? Почему так сложно?

— По твоему виду и не скажешь, что твоя ночь была плохой.

Дафна прищурилась. Класс, перевод темы разговора сработал.

— Ну такая, как я, не остается без мужского внимания, — уклончиво ответила слизеринка, облизывая губы. Она покачивалась, стараясь уловить тонкую нить равновесия. Гермиона, отряхнув плед от песка, аккуратно сложила его и, схватив их с Малфоем обувь, направилась в сторону двух слизеринцев.

— Тогда какие к нам могут быть претензии? — ухмыльнулся Драко и, краем глаза заметив движение, повернулся в сторону Грейнджер, забрал у той плед и свои кеды.

— Никакой секс на пляже не заменит общение с друзьями, — парировала Дафна, раскрывая подробности своего ночного времяпрепровождения.

— Если секс сопровождался оргазмом, то заменит, — равнодушно произнесла Гермиона, даже не краснея. От своего ее перестало трясти всего пару минут назад.

— Согласен, — хитро улыбнулся и кивнул Драко, наблюдая, как Гермиона усиленно поправляет сарафан.

— Ну, ребятки, вы-то так и сделали, променяли меня на обоюдный оргазм, — вскинула руки Гринграсс, строя обиженное личико.

Драко и Гермиона переглянулись. Да, выглядели они изрядно помятыми. Сон на пляже не был раем, как могло казаться. Тело ломило. Но со стороны наверняка можно было подумать, что всю ночью они занимались совсем не разглядыванием созвездий на небе. Что ж. Ночью, может, ничего и не было. Но утром…

— Это тебя уже не касается, — отметил Малфой и, взяв Гермиона за руку, повел ее к пальмовой аллее. — Иди поспи, Даф, и не заставляй меня тебя контролировать, — не повышая голос и не поворачиваясь, продолжил слизеринец.

Девушка в ответ только закатила глаза и, вздохнув, поплелась в свой номер вдоль береговой линии пляжа.

Гермиона и Драко расстались у ее бунгало, и девушка проводила своего недо- (нужное подчеркнуть) брата/мужа/друга/врага недолгим взглядом. Они вернулись с пляжа как раз вовремя, завтрак уже начался, поэтому теперь без опозданий успевали на него.

Главное здание отеля, в котором находился ресторан для постояльцев курорта, располагалось в другой стороне территории, поэтому девушке пришлось потратить лишних десять минут, чтобы туда добраться. Живот урчал, и она неосознанно хваталась за него рукой, прижимая ту ближе к телу.

Неужели утреннее плескание в океане так пробудило аппетит? Или аппетит пробудило нечто более приятное?

Настроение после новогодней ночи налаживалось как нельзя кстати. У них оставалось три неполных дня на то, чтобы повеселиться на прекрасном курорте Кубы и вернуться непойманными в Англию.

Они ведь даже и не видели толком эту страну и ее города, а не посетить столицу — вообще считалось невежеством. Гермиона на ходу обдумывала, надо ли ей звать с собой Малфоя или нет. Потому что их отношения запутались настолько, насколько это было вообще возможно. Те роли и маски, которые они на себя примеряли, казались тесными и надоедливыми. От этого состояния легче не становилось, а переживания по поводу вернувшихся в новогоднюю ночь панических атак усиливались.