— «Растапливаю янтарь?» — Фонтана покачал головой. — «Как можно реже».

— «Да, а почему?»

— «Есть несколько серьезных недостатков использования энергии, необходимой для прожигания куска настроенного янтаря».

Она прислонилась бедром к углу витрины, позволяя разрезу зеленого платья распахнуться по длине бедра. — «Такие как?»

— «Ну, во-первых, это делает янтарь непригодным для использования, пока его не перенастроишь». — Он изучал ее бедро. — «Когда ты под землей, тебе не хочется терять хороший янтарь».

— «Что еще?»

— «Стадия дожигания длится недолго. Меньше часа».

Она понимающе улыбнулась. — «Час — это очень долго, когда дело касается некоторых вещей».

— «Да, но за хорошее времяпровождение приходится платить высокую цену. После дожигания наступает провал. Он может длиться несколько часов».

— «Ты имеешь в виду, что потом засыпаешь? Я слышала, что это довольно частое явление среди мужчин».

— «Это не обычный сон. Это больше похоже на потерю сознания. Ничто не может помешать тебе отрубиться». — Он осмотрел свой бренди. — «Когда ты на улице вот так, ты… уязвим».

— «Уязвим», — повторила она, пробуя на вкус слово. Ей больше не хотелось флиртовать. — «То есть, кто-то вроде Троя Паттерсона может подкрасться и убить тебя?»

— «Да.»

— «Хорошо, я понимаю, почему ты не хочешь часто плавить янтарь». — Она посмотрела на свой стакан. — «Думаю, теперь я могу пойти спать».

Он подошел к ней сквозь светящиеся тени галереи. — «Он выглядит органично в этой комнате», — подумала она— человек власти, окруженный объектами власти.

Она снова улыбнулась. — «Знаешь, ты самый сексуальный мужчина, которого я когда-либо встречала».

— «Постарайся вспомнить это утром».

Она надулась. — Ты думаешь, я пьяна?

— «Нет. Я думаю, ты вот-вот отключишься».

Он подхватил ее на руки и направился к двери. Она положила голову ему на плечо и вдохнула его запах.

— Ты также хорошо пахнешь, — прошептала она.

— И ты тоже.

Она смутно осознавала, что ее несут вверх по лестнице. Она прижалась ближе, гадая, отнесет ли он ее в свою комнату. Она не знала, испытывать облегчение или разочарование, когда он вошел в гостевую спальню.

Он поставил ее на ноги, развернул и расстегнул зеленое платье.

— «Ты меня раздеваешь», — сказала она, глядя на атласный бассейн у своих ног.

Он взял халат и аккуратно положил его на спинку стула. — «Это все, что я могу сделать».

— «О. Ну, я полагаю, это к лучшему».

— «Это то, что я говорю себе».

Она сбросила туфли и опустилась на кровать, зевая. Он натянул одеяло, чтобы прикрыть ее. Она закрыла глаза. Элвис прыгнул рядом с ней и уселся у ее ног.

— «Я солгала, когда сказала, что не знаю, почему так сильно испугалась после встречи с Паттерсоном», — призналась она.

Она не открыла глаз, но почувствовала, как Фонтана замер возле кровати.

— «Да?» — спросил он.

— «Причина, по которой у меня случилась эта маленькая паническая атака, была из-за тебя».

— «Я стал ее причиной?» — Его голос был совершенно нейтральным, совершенно лишенным всех эмоций.

— Ну, типа того. — Она повернулась на бок и натянула одеяло до подбородка. — «Когда я осознала, насколько огромной угрозой для тебя является Паттерсон, я поняла кое-что еще».

— «Что же?»

— «Как сильно ты меня привлекаешь, хотя я и поклялась, что никогда не буду связываться с мужчиной, который так похож на всех остальных в моей семье. Кажется, я ничего не могу с собой поделать. Желание Паттерсона убить кого-то не вызвало у меня паническую атаку. Именно осознание того, что он хотел убить именно тебя, сделало это».

— «Сьерра».

— Спокойной ночи, Фонтана.

Ей показалось, что она услышала, как он сказал что-то еще, но было уже слишком поздно. Она уже погружалась в теплые объятия Морфея.

Она проснулась от всплеска адреналина. Сердце колотилось, она села прямо на кровати, пытаясь избавиться от чувства дезориентации. Получить контроль. Дом Фонтаны. Вот почему комната не выглядит знакомой.

Но здравый смысл не оказал никакого влияния на ее интуицию. Все внутри нее кричало, чтобы она выбралась из комнаты или, если ничего не получится, то спряталась под кровать. Бежать.