– Юль, ты чего? – Полина потрясла ее за плечи и, увидев, бледность на лице подруги, не на шутку испугалась. – Тебе опять плохо.

Юля отрицательно покачала головой и положила мел на полочку у доски. Она слабо улыбнулась.

– Нет, всё нормально. Просто меня Рыжий взбесил, да еще я не знаю, как решать эту задачу. Спасибо небесам за эвакуацию.

– Ну смотри, я за тебя переживаю. Что я буду делать одна на уроках, если ты заболеешь надолго?

– Разве я могу тебя бросить на произвол судьбы? Страдать, так вместе.

Девочки посмеялись и тоже встали парой. Светлана Николаевна вернулась озадаченная. Она быстро достала из шкафа весеннее пальто, накинула его и бордо зашагала в коридор. Из других классов высовывались любопытные мордашки детей – все ждали, кто же самый смелый, кто решится пройти по коридору. Светлана Николаевна была не робкого десятка, поэтому она пошла первой, а класс поторопился за ней.

Но путешествие было недолгим. Возле лестницы со второго этажа на первый их поджидал завуч. Пятидесятилетний мужчина с черными пышными усами, одетый в строгий темный костюм, уже поймал рыжего Даню и ждал остальных. Вежливо поздоровавшись с учительницей алгебры и остальным классом, он объяснил, что произошла ошибка, и все должны вернуться и продолжить урок.

Разочарованию детей не было предела. Оказалось, что уборщица просто случайно задела ручкой от швабры звонок, чем и спровоцировала массовое желание учащихся эвакуироваться и прогулять пару уроков.

Девятый класс, уныло завывая, медленно-медленно развернулся и поплелся по коридору обратно к кабинету. Дети шли не торопясь, то и дело спотыкаясь друг об друга и усердно разглядывая всё, что их окружало: и полосочки между блёкло-голубой плиткой на полу, и мельчайшие черточки на крашеных коричневых стенах, и отваливающиеся подоконники на пластиковых белых окнах, и покрытые пылью зеленые листья растений в горшках на стенах. Пара человек демонстративно остановилась у окна и стала вглядываться в светлую даль, где за школьным двором ходили взрослые и свободные люди, которым не надо было возвращаться на урок алгебры.

Юля и Полина по привычке держались за руки. Они молча переглянулись, синхронно вздохнули и сейчас толкались в самой середине толпы вместе с одноклассниками. Тут Юля получила ощутимый толчок в спину – обернувшись, она увидела рыжего Даню, который сейчас ухмылялся своими черными зубами и делал шутливый реверанс.

– Простите, мадам, кажется, я вас случайно задел, – прохрипел он своим прокуренным голосом и гоготнул.

– Отвали от меня, – злобно ответила ему Юля и потащила Полину за руку поглубже в толпу одноклассников. Вслед им слышался противный хохот. Девочки понимали, что теперь им надо ждать какую-нибудь подлость от своего прекрасного одноклассника – он ни за что не стерпит прилюдное унижение, которое позволила себе Юля.

Наконец дети добрались до кабинета и расселись по своим местам. До звонка оставалось 15 минут. Юля тоже не стала вставать у доски, надеясь, что учительница забыла о том, что вызывала ее. Но кто мог бы знать, что Светлана Николаевна придумает кое-что похуже.

Сняв с плеч черное пальто и набросив его на спинку своего стула, Светлана Николаевна молча подошла к доске и, взяв мел, написала пугающие слова: «Проверочная работа».

– Что? Да ну нет… Не может быть! Ну какая проверочная, осталось пять минут, – послышались недовольные крики со всех мест.

– Совсем коротенькая проверочная, – ответила Светлана Николаевна, отряхивая руки от мела. – По теме домашнего задания. Так что если вы справились с домашними номерами… Сами справились, – учительница особо подчеркнула интонацией это слово, будто читала мысли Юли, – то и эта проверочная не вызовет у вас затруднений. Быстренько убрали всё с парты, оставили только ручку. Полина, раздай всем листочки, а я пока напишу на доске задание.

Полина закатила глаза, но все же быстро скинула одним движением тетрадку и учебник в портфель, а потом пошла раздавать листочки. Светлана Николаевна стояла спиной к классу и писала примеры. Юлю бросало то в холод, то в жар – как она напишет эту проверочную, если совсем не понимает тему? Что за дьявольские козни вечно строят эти учителя, хоть и прикидываются добренькими. Юля подумала, что это ее настигла карма за счастливый шанс избежать позора у доски перед всем классом. «Есть ведь маленький, просто малюсенький шанс, что Светлана Николаевна поставит эту оценку не сразу, а через пару дней, как раз в четверг вечером», – так думала Юля, а ее одноклассники усердно готовились к предстоящей умственной экзекуции.

Светка за первой партой целовала свои заламинированные скотчем шпаргалки с формулами и пихала их в карман штанов, сидящая рядом с ней Настя быстро строчила формулу на ногу. Другие переписывали шпаргалки карандашом прямо на парту, чтобы потом прикрыть листочком и подглядеть, когда учительница отвернется. Самые наглые фотографировали на телефон страницу учебника, а после просто бы положили телефон на стул между ног и списывали. Когда Юля вернулась в реальность из своих мыслей и увидела, что происходит, списывать что-то было уже поздно. Даже Полина раздала все листочки и села на свое место.

Юля хотела было переписать на парту номер, который ей решил Влад, но Светлана Николаевна уже развернулась к классу и сейчас строго осматривала парты, на которых еще остались учебники. Закусив губу, девочка убрала книжку с тетрадкой, пока на нее не зыркнула учительница. Ни к чему привлекать к своей персоне еще больше внимания.

До звонка оставалось уже 10 минут, и Юля решила всё же попытаться выполнить хоть одно задание. Она быстро подписала листок и перенесла на него задание с доски. Но вот дальше этого дело не шло. Девочка грызла карандаш, косилась в листок соседки, но там был другой вариант заданий, затем Юля посмотрела в окно, а закончила всё тем, что стала двигать листок по парте туда-сюда, поскольку в голову все равно ничего не приходило.