Выйдя на улицу, девушка втянула полной грудью морозный воздух, выпуская большое облако пара. Она на мгновение замерла, рассматривая хрустящий снег под ногами, но затем нашла в себе силы, чтобы двигаться дальше. Пока не было понятно только в каком направлении.

Приближаясь к воротам, Наташа обратила внимание на автомобиль. Она удивилась, когда из него вышел Антон и выжидающе посмотрел в ее сторону.

— Почему вы еще не уехали? — спросила Наташа, подойдя ближе.

— Решил подвезти тебя домой. Наряд, смотрю, ты поменяла…

— Да. Нашлись добрые лкади, — улыбнулась Наташа.

— Садись в машину, холодно ведь…

Антон продрог. На нем было одето только черное пальто, а на ногах красовались туфли, скорее всего, демисезонные. Наташу позабавило, как мужчина переминался с ноги на ногу, держа дверцу пассажирского места открытой. Она не стала спорить и села в машину. Скоро рядом с ней оказался Антон и включил печку на высокую мощность. Он завел двигатель и посмотрел на Наташу.

— Куда поедем?

«Все будет хорошо», — постаралась успокоить себя Наташа.

По кухне разносился приятный аромат замороженной пиццы, разогревающейся в микроволновке, и свежесваренного кофе. Наташа сидела за столом, грея руки о чашку, из которой медленно поднимался пар. Антон следил за пиццей. Было забавно наблюдать за мужчиной, занимающимся «женскими» делами. Улыбка появилась на лице, но тут же сползла, едва пара льдисто-голубых таз пронзила девушку. Сглотнув, Наташа опустила взгляд. Она поднесла кружку к губам и сделала глоток кофе. Мягкий напиток обладал насыщенным вкусом с едва уловимыми нотками жасмина и цитруса. Следовало отдать должное человеку, приготовившему его, но девушка не решалась заговорить первой. Она чувствовала себя в особняке Антона не в своей тарелке из-за нелепого знакомства с ним, чуть не закончившегося плачевно.

Писк микроволновки заставил вздрогнуть. Наташа подняла взгляд на мужчину, достающего пиццу и ставящего ее на стол. В животе все свело от голода, заставляя вспомнить, что ничего не ела со вчерашнего дня. Громкое урчание только подтвердило острую потребность в еде. Наташа виновато улыбнулась.

— Приятного аппетита, — произнес Антон, присаживаясь за стол напротив

— Приятного аппетита, — ответила, не глядя в таза.

ОТ первого кусочка довольно быстро ничего не осталось. И если раньше готовая еда вызывала ряд вопросов — стоит ли ее употреблять, или насколько полезной она окажется, то сейчас было все равно. Утолив голод, Наташа посмотрела на Антона. Он не сводил с нее внимательного взгляда, словно они находились на допросе, и одно неправильное движение может вынести приговор. И от этого становилось не по себе.

— Спасибо. Было очень вкусно, — прошептала Наташа, вытерев губы салфеткой.

— На самом деле это дрянь еще та, но я разогреваю ее, когда не успеваю приготовить что-нибудь нормальное… Или не хочу.

Наташа удивленно посмотрела на Антона: он не был похож на человека, умеющего готовить. Раньше она, вообще, считала, что на кухне место женщинам, и если речь заходила о том, чтобы приготовил Денис, то он просто отнекивался и бежал в магазин за пельменями или заказывал пиццу.

— Впрочем, обсуждать пиццу я сегодня не планировал, — произнес Антон и покосился на свой недоеденный кусочек. — Нам следует поговорить об условиях сделки. Я заплачу десять тысяч за две недели, которые ты должна будешь изображать мою девушку.

Наташа не смогла сдержать смешок, так некультурно слетевший с ее губ.

— Десять тысяч? Серьезно? Извините, но я на чаевых больше заработаю… Адель сказала, что денег хватит на… — Наташа поперхнулась: говорить Антону об операции бабушки и тем самым вызывать жалость не хотелось. — В общем, неважно. Я думаю, мы оба неправильно поняли друг друга.

— А мне кажется, что неправильно понимаешь меня ты… Я говорю о десяти тысячах долларов, но если этого мало, я готов увеличить размер гонорара. Однако тогда я ужесточу условия…

Наташа снова сглотнула, чувствуя, как широко распахнулись таза. Она была шокирована и не мота произнести и слово. Стало стыдно за свою изначальную реакцию.

— Нет-нет… Я думаю, что сумма очень большая… Вы могли бы чуть

— Сначала ты говоришь, что этого мало, теперь много…

— Сначала я подумала, что речь идет о рублях, мы все-таки не за границей живем, — прошептала Наташа и почувствовала, как вспыхнули щеки от смущения.

— Ну да, извини, что не уточнил, — с сарказмом произнес Антон. — Мне нужно, чтобы ты изображала девушку, которая без ума от меня. Я сказал родителям, что мы любим друг друга, поэтому это должно выглядеть правдоподобно.

— Я должна буду в их присутствии целовать вас?

— Нет! — повысил голос Антон. — Извини. Мои родители исключительно правильного воспитания, и поцелуи на глазах у других неприемлемы, поэтому нам повезло. Жить ты будешь в моей комнате. Разумеется, я буду спать на полу. Пока это весь план. Родители прилетают уже через неделю, за это время мы сможем получше узнать друг друга и обсудить мелкие детали.

Наташа кивнула и облизнула пересохшие губы. Ее пугало ближайшее будущее. Она боялась, что не справится.