Ровно в девять часов утра распахнулась дверь, и в комнату №222 вошла девушка с сияющим лицом и потрясающей фигурой. Антон сидел за столом, и что-то набирал на своём ноутбуке.

– Вы Антон, – сказала девушка и протянула руку. – Я Мари.

Антон пожал её мягкую ладошку и улыбнулся. От девушки исходил запах свежести и молодости.

Мари была в лёгкой белой майке и голубых джинсах. "Насколько голубые джинсы превосходят синие, особенно на такой классной попке", – подумал Антон. Но главной достопримечательностью Мари была её очаровательная грудь. Развитая, красивой формы, с огромными коричневыми сосками, хорошо видимыми под лёгкой белой майкой, и торчащими, как покрашенные боеголовки на кончиках стратегических ракет. Перед таким убойным оружием, нормальный мужчина, устоять не может. Мари это хорошо знала. Она училась уже на четвёртом курсе филологического факультета…

Но, самое удивительное, и приятное для Антона, было то, что она не курила! Тугая русая коса, неотводимые, серо – зелёные глаза с бесстыжей поволокой, завершали образ очаровательной Мари.

Она стояла в метре от Антона, и наслаждалась произведённым собою впечатлением.

Антон смотрел на её набухшие соски перед собой и улыбался. «Это главное оружие, и нет ему равных в арсенале женщины, – думал он. – Каждый помнит, как у мамки сиську сосал, хотя бы в подсознании…»

– Это вы нашу Lovely Blondy смотрите? – сказала Мари, развернувшись на центральный монитор. И, не дождавшись ответа, добавила: – Стерва ещё та…»

– Отчего вы так думаете? – спросил Антон.

– Знакомые девочки с ней работают. Хотя, постоянно быть в центре внимания, это напрягает, согласись, – просто и легко Мари перешла на ты.

– Это да, – согласился Антон. – Кстати, открой холодильник, и угощайся. Это первый гонорар. Его, традиционно, в новом коллективе, надо пропивать.

Мари засмеялась и открыла холодильник.

– Ого! Ну ты классный, – сказала она. – Давай "Martini", за знакомство.

– Давай, – сказал Антон, и достал новенькие рюмки.

Мари села на диван. Lovely Blondy продолжала улыбаться с монитора, хлопая, как кукла, своими большими глазами.

– Слишком красивая, чтобы быть нормальной, – сказал Антон, поглядывая на телезвезду.

– Ты угадал, – Мари засмеялась.

– Счастливо оставаться, – произнёс Антон, и чокнулся с Мари. – У меня ещё дела через полчаса, – соврал он, и покинул, как принято говорить, «девушку без комплексов». Ему захотелось остаться одному…

––

Антон пришёл на свою съёмную квартиру в совершенно новом настроении, чем вышел из неё сутки тому назад. Ему не надо было вспоминать прелестную блондинку – она стояла у него перед глазами. Ему казалось, что он всегда знал о существовании этой женщины, но увидел её в своей жизни только позавчера. Её лицо было ему не только хорошо знакомым, но и очень близким. Антон вспомнил, что почувствовал это сразу, ещё тогда, когда первый раз увидел её в коридоре с планшетом на коленках. «Это, кажется, называется – с первого взгляда» – думал он. Антон чувствовал себя счастливым и даже умилённым просто от того, что она есть в этой жизни, её можно легко увидеть, и даже заговорить с ней. Её образ быстро и глубоко проник в его сердце, даже не спросив об этом разрешения, и прочно закрепился там. И всё это произошло не более чем за два дня!

––

Антон, несмотря на суточное дежурство, был полон энергии и приподнятого настроения. Время продолжало свой ускоренный бег. Lovely Blondy не выходила у него из головы, и ему тоже хотелось, чтобы она знала о его существовании. Антон чувствовал небывалый творческий подъём. Он заварил кофе, и открыл ноутбук. Там, он уже начал писать фельетон, направленный против повсеместно распространившегося в последнее время женского курения. Антон, со свойственным ему стёбом в этом жанре, писал от первого лица «… На одних шикарных именинах после того, как гости плотно закусили, и, как о команде, полезли за сигаретами, одна, довольно импозантная особа, заметив мой неприязненный взгляд на вытащенную сигаретку в своей руке, скривила своё бледное личико, и спросила меня кокетливым и удивлённым тоном:

– Вы, что же, не любите, когда курят женщины?

Я, с присущей мне врождённой любезностью, ответил:

– Курящая женщина – это всегда second hand. . Все гости, до единого, почему-то замерли. А потом, молча, покинули комнату, давая мне понять недопустимость таких высказываний… Человек незыблемых принципов, я оставил этих людей наедине с их задымлённым сознанием…

Один мой приятель, весьма скромный молодой человек, как-то рассказал мне печальную историю своей недавней любви…

Они работали в одном здании, и часто встречались в коридоре. Девушка постоянно выходила на лестничную площадку, чтобы покурить. Молодой человек не курил, и не любил табачного дыма, но влюбился в эту девушку. И она, чувствуя это (девушки всегда это чувствуют), улыбалась при его появлении, выражая тем самым свою благосклонность. Но, молодой человек, потупя взор, проходил мимо с нахмуренной физиономией, так как эта девушка всегда находилась в табачном дыму, в обществе курящих подруг. И так продолжалось то тех пор, когда молчать и смотреть стало уже неприлично. И вот, наконец, ему представился случай с ней заговорить. Она одна находилась в курилке, и, нервно и элегантно стряхивала пепел в мусорное ведро. Молодой человек увидел её одну, и сердце его заколотилось до шума в ушах. Девушка тоже заметно нервничала, и глубоко затягивалась. Юноша остановился перед ней, словно заворожённый. Он видел только одно: как стремительно выходит дым из её ноздрей…

Конец ознакомительного фрагмента.