Посмотрел на неё внимательно. Вроде оклемалась. Опустил глаза — и застрял на уровне декольте. Ой, мама… Подруга, зачем ты столько ваты в лифчик напихала? Что за странные комплексы? Тут и через пару лет такое не у всех девчонок будет, а ты уже сейчас…

— Гарри, ты куда это пялишься? — подозрительно быстро отследила мой интерес Грэйнджер.

— Э-э… Мони, если тебе интересно моё мнение, то оно и до этого было вполне неплохо.

— Что… как ты меня…

— Гарри, ты что, головой ударился? — «приветливо» пошутил Уизли.

— В труп меня превращать уже передумал? — холодно отрезал я очередную попытку «подружиться».

— Гарри, пожалуйста, потише! — перековеркал моё имя хмырь с неизвестным мне именем. И этот туда же! Перестать, что ли, вообще отзываться на собачью кличку?

Я отвернулся от Рона и посмотрел на происходящее у шкафа. Перешёптывание сзади «Что это с ним — Не знаю» окончательно испортило настроение. Непонятно, что еще должно произойти, чтобы Гермиона перестала контактировать с рыжей компанией и влипать в эти авантюры. И нескольких дней ведь не прошло, как едва в тюрьму не загремела.

Пожалуй, настало время опустить руки и отступить ввиду полного бессилия. Пусть живёт, как хочет. Я сделал всё, что мог. Даже перед Дамблдором здорово подставился.

Вот только тот рисунок… Луна, что же ты со мной делаешь…

— Так, надеюсь, все придумали, как превратить свой главный страх в посмешище, — перешёл к практическим упражнениям преподаватель. — Теперь выходите сюда по одному, а я буду выпускать боггарта. Ну, кто первый?

Семнадцать процентов от сиклей досчитались. Профессор, вы же понимаете, что кнаты тоже счёт любят? Другие назовут это мусором, но для меня они — сокровище. Поэтому, раз уж вы ждали так долго, потомитесь ещё чуть-чуть… Тем более что вы, по-моему, уже и забыли, чем занята в фоне часть вашего разума.

Потянулись добровольцы. Парвати боялась мумий. Дин — бегающей по полу оторванной руки. Симус — какой-то бабы в балахоне… Детским страхом Рона Уизли, внезапно, оказался огромный паук, а не пустой сундук с надписью «Абыдна, да?»…

А вот Слизерин не спешил подходить к снаряду. И я их понимаю. Гниловатая, вообще-то, выходит тема у урока. И добытые штрихи к психопрофилям будущих лордов не стоят нескольких баллов, полученных за это занятие. Но провокации устраивают не для того, чтобы их можно было легко избежать.

— Так, ну а что же уважаемый Слизерин? Неужели не найдётся ни одного смельчака? — хмырь обвёл ряды зелёных мантий. — Малфой? Паркинсон? Гринграсс? Мисс Гринграсс, давайте покажем остальным, как надо бороться с иллюзиями!

Что-то такое было у Дафны в её глубинном страхе, чего не хотелось демонстрировать… Или с чем невозможно бороться превращением в посмешище… Или во что нельзя посвящать кого-либо постороннего. Я достаточно изучил её лицо за этот год, чтобы видеть: за ледяной маской сейчас бушевало смятение.

Поэтому, когда она собралась сделать шаг вперёд, я выдвинулся ей навстречу.

— Позвольте нагло пролезть впереди вас, мисс Гринграсс, — немного развязно произнёс я, на мгновение заглянув в глаза с серьёзным видом. Надеюсь, сегодня ты читаешь окружающее так же проницательно, как и всегда. Но отреагировать ей не дали.

— Э-э, Гарри, я думаю, тебе не стоит…

Да как же это задолбало…

— Профессор, неужели так трудно запомнить моё имя? — неприветливо огрызнулся я и занял место перед шкафом. — На выход, тварь!

Зеркальная дверца распахнулась от моего незаметного импульса. Наружу вывалилось…

— Га… Мистер Поттер, достаньте палочку!

— У меня от неё рука потеет, профессор, — я мрачно уставился на происходящую… фигню.

Передо мной висело буровато-серое облако, в котором с бешеной скоростью мелькало множество неузнаваемых образов. Перекошенные лица, щупальца, зубы… Тебя бы на пару часов в Хаос, тварюшка. Для обмена опытом, обогащения арсенала и принципиального расширения кругозора.

Установившаяся поначалу в зале тишина постепенно сменилась перешёптываниями, смешками и подколками.

— Гарри, ну ты монстр…

— Поттер, народ замерзает!

— Давай, не затягивай интригу!

Я театрально-сокрушённо вздохнул. Сунул руки в карманы. Отстучал ногой футбольный ритм. Посмотрел в окно. Вызвал «темпус». Народ начал смеяться. Облако продолжало свои мельтешащие метаморфозы, издавая тихий, похожий на хаотичное дребезжание стрекозиных крыльев звук.

— Потти! — каким-то мерзким ироничным голосом выкрикнул Малфой. — Ты настолько тормоз, что уже и страх себе придумать не можешь?