Я потёр лоб рукой, чтобы скрыть наползающую улыбку. Зачёт завхозу по троллингу. Одно плохо: рыжим мудакам действительно никого не жалко. Судя по никуда не девшимся шаловливым огонькам в глазах, они не о Роне беспокоились, а о предстоящих неприятностях вроде выговора от матери.

— Перси, приводите их ко мне после ужина. Спокойной ночи.

Филч ушёл. Близнецы присоединились к какой-то компании. Рон направился ко мне. Когда же закончится этот день…

— Вот ты, Поттер, опять где-то пропадал, а мы с Фредом и Джорджем пытались пролезть в запретный коридор на третьем этаже.

— Какой же я эгоист. Цинично отбывал отработку, в то время как вы зарабатывали себе ещё по три.

— Ты не понимаешь! Там точно что-то очень ценное.

— Сундук галеонов, не меньше. Дамблдор врать не станет. Я бы тоже убил любого, кто к нему сунется.

— Вот! Целый сундук…

— И обязательно сообщил бы всем в Большом зале, где он стоит. Гриффиндорцам — дважды.

— Неужели тебе совсем не интересно?

— Надраивать ценный викторианский фаянс? Не очень. — Тут меня пронзила одна догадка, почему он так спокоен относительно завтрашней отработки. — Рон, ты понимаешь, что значит «ассенизация»?

— Да это просто сегодня немного не повезло, — мой вопрос он проигнорировал. — Мы почти открыли дверь. Если бы Фред…

Он вообще меня не слышит. Ладно, это его жизнь. Пора заканчивать разговор.

— Уизли, я же всё тебе сегодня сказал. Мне не интересно. Мы с тобой — разные люди. В библиотеку сходить не хочешь?

Рона перекорёжило. Он вскочил.

— Мудило ты, Поттер! А я ещё думал, что ты…

Досадливо сплюнув, рыжий ушёл к Дину с Симусом — наверное, на запах еды. Зря он плюётся. Плевок — не кровь, но отданный добровольно… Малефиков на вас нет.

— Как можно быть таким безответственным? Гриффиндор потерял сегодня столько баллов из-за них! — Грэйнджер вскочила, собираясь догнать Рона и высказать ему всё, что думает.

— Гермиона, не трать на это силы. Сосредоточься на собственных знаниях.

— Нет уж!

Удержать девчонку не удалось. Я вздохнул, глядя на её самоотверженную порчу аппетита трём отдыхающим парням. Ладно, пусть сама набивает свои шишки.

— Гарольд. Я хотел попросить, — раздался голос Лонгботтома. — Если будешь тренировать Гермиону, возьмите меня с собой.

— Невилл, я всего лишь пацан, которому месяц назад пришло письмо в магловский дом. Чему я могу тебя научить, если у тебя есть бабушка и родовая библиотека?

Невилл помедлил.

— Дафна Гринграсс… Не знаю, что там у вас произошло в конце урока, но смотрела она уважительно.

Я недоверчиво посмотрел на Невилла. Если так выглядит уважение, мне и вправду стоит поискать площадку в Гоби. Или у Королевы Мод.

— Загадочная коммуникация чистокровных, — произнёс я отстранённо. Невилл смутился. — А у меня до сих пор сопли в носу похрустывают. Хорошо. Помогу, чем смогу.

— Спасибо. Если у тебя будут вопросы по Травологии, то… хотя, это мало кому интересно.

— Знаешь, на самом деле будут. Но не по здешнему климату. Или вот, нужны консультации по выращиванию винограда.

— У тебя есть виноградник? — оживился Невилл. — Где?

— Ну… — настала моя очередь замяться. — Мой знакомый получил в наследство несколько рядов, а что с ними делать, не знает.

— Какой сорт? Сколько лет? Какой регион? Или хоть климат там какой? Зимы мягкие? — Невилл на глазах преображался. Место неуверенного, тщательно отмеряющего слова тихони занимал опытный профессионал, оседлавший любимого конька.

— Э… — определённо, наши роли поменялись. Пришла моя очередь заикаться и лепетать. — Сорт — не знаю. Есть белый, очень вкусный — вот он, кстати, — я достал гроздь столового винограда. — И есть тёмный. То есть, я подозреваю, несколько тёмных сортов. Ну и по мелочи кое-что.

— Как подрезаете? Сколько, когда? Как сформирована крона? — вместо того, чтобы попробовать на вкус, Невилл отщипнул и разрезал одну ягоду, начав что-то в ней рассматривать. — Зимы какие?

— Зим нет, есть короткие сезоны дождей. Это экватор. Но климат — похож на средиземноморский. Как на юге Италии.

— Да где же это чудо? Поди, два урожая в год… Хотя ладно. Летнюю подрезку делаете?

— Нет, вообще не делаем.

— То есть, только осенью… в смысле, после сбора урожая. — Невилл что-то рассматривал на черенке. — А чем вы…

— Ты не понял. Мы вообще ничего не подрезаем.

— В смысле? — Невилл аж отложил гроздь, у которой что-то соскребал с черенка ногтем. — У вас там просто дикий виноград, что ли?

— Ну… нет. Никаких зарослей. У каждого куста — столбик, и струны натянуты.