– Я приобрёл бесценный цветок севера!

Бахир изобразил пальцами распускающийся цветок и причмокнул губами.

– Какой ещё цветок? – Раид сам не понял, почему так насторожился.

– Прекрасная Инас. Я женюсь, друг мой! – улыбнулся Бахир во весь рот.

– А она всё-таки ответила согласием? – уточнил Раид, а в груди у него вдруг стало холодно и пусто.

– Пока нет, но женщины любят подарки. А я – очень щедр, – Бахир снова посмотрел в иллюминатор.

– А зачем мы тогда улетаем? – надавил Раид. – Как же ты будешь проявлять свою щедрость?

– Ну, ухаживать за дамой мне сподручнее дома. В России всё-таки холодно, – поморщился эмир.

Раид пожал плечами и отвернулся, намереваясь продолжить неспешный разговор, но вдруг все его инстинкты завопили об опасности. Фраза, брошенная Бахиром, показалась ему странной. Раид наклонился вперёд и внимательно вгляделся в довольное лицо эмира. Он долго рассматривал Бахира, и вдруг его посетила страшная догадка. Раид подобрался на сиденье, всё ещё не веря в то, о чём подумал. Но Бахир, увидев неприкрытое беспокойство на лице Раида, только ухмыльнулся.

Раид вскочил на ноги и бросился в спальню эмира. До этого он ни разу не позволял себе такой вольности, но сегодня… Раид рванул дверь в спальню и застыл на пороге, споткнувшись, будто ударился в стену. На роскошной кровати, застеленной тончайшим белым бельём из лучшего египетского хлопка, лежала девушка. Она была без сознания. Её глаза были закрыты, она была полностью одета, толстая коса вилась по постели, как змея. Поза её выглядела нарочито строгой, будто её уложили так специально.

О Аллах! Это была Инас.

Глава 6

Сознание возвращалось медленно. Мозг вертелся в черепной коробке вокруг своей оси. Было дурно. Инесса попыталась открыть глаза и упёрлась взглядом в низкий сводчатый белый потолок. Свет резанул глаза, в ушах гудело, комната поехала куда-то в сторону, и Инесса снова зажмурилась. Тошнота подкатила к горлу.

Первыми пришёл страх. Даже увидев комнату мельком, Инесса поняла, что она не дома и не у родителей. А больше ей нигде быть не полагалось. Память никак не хотела выталкивать на поверхность события, которые бы логично оканчивались её сном в этой странной комнате. Вот она выходит из башни в Москва-Сити в составе группы провожающих, а потом – просыпается здесь.

Инессе мучительно хотелось пить и выплюнуть свой желудок одновременно. Она предположила, что именно так ощущается похмелье. Но она не пила алкоголь, она не могла напиться по доброй воле. И подсунуть алкоголь ей было невозможно. Этот запах она знала отлично.

Зрение никак не хотело фокусироваться. Вторая попытка открыть глаза тоже ничего не дала. Инесса решила ощупать себя с закрытыми глазами. Она была одета. Уже хорошо. По ощущениям, одежда та же, что была на ней, когда она вышла из дома. Ещё лучше. Насильники обычно не особенно заботятся об одежде жертв. Почему-то мысль о насилии пришла первой. Возможно, потому, что Инесса искренне его боялась.

Она похлопала руками вокруг себя. Кровать. Она лежала на кровати. А вот это – плохо. Страх был иррациональным. Если бы кто-то собирался причинить её вред, то ему было бы всё равно, на кровати это делать или на голой земле. Но всё равно покрывало и подушки под головой напугали Инессу едва ли не сильнее ощущения интоксикации.

Инесса заставляла свой мозг работать. Она постаралась прислушаться, раз уж не может осмотреться. В голове стоял странный громкий гул, за которым слышались мужские крики. Двое мужчин переругивались, но разобрать слова Инесса не смогла, узнала только знакомые арабские модуляции. Ей стало плохо на работе? Девушка попыталась сесть на кровати и тут же со стоном рухнула обратно на подушки.

Этот гул, наполнявший её голову, страшно раздражал, и Инесса поморщилась. Как в самолёте, честное слово! Она открыла глаза и уже более внимательно осмотрелась. Комнатка, в которой она очнулась, была маленькой и странной, буто её обустроили в туннеле. Или в самолёте… Под потолком горели неяркие светильники. Девушка увидела только большую кровать и маленькие прикроватные тумбы с каждой стороны. По обеим сторонам комнаты тянулись ряды небольших овальных окон. Как в самолёте…

Инесса похолодела. Это какой-то абсурд… Она не может быть в самолёте! Это нелепо! Но интерьер комнаты странным образом напоминал именно самолёт. И этот гул, ну точно, как от двигателей. Нужно посмотреть в окно. Вдруг это всего лишь имитация! Бывают же рестораны и отели в списанных самолётах!

Девушка свесила ноги и нащупала пол. Обувь с неё всё-таки сняли. Она нащупала ногами ковёр. Инесса напряглась и села. Её тело тут же повалилось вперёд, и она наклонилась, уперевшись локтями в колени. От смены позы её чуть не вырвало. Девушка посидела немного, справляясь с головокружением и тошнотой. Когда комната перестала плясать вокруг неё, она встала и, потеряв равновесие, врезалась в стену.

Тем не менее, это приблизило её к цели. Инесса протянула дрожащую руку к пластиковой шторке и дёрнула вверх. Комнату залил яркий свет. Облака. За окном под ней были облака. Девушка вытаращилась и начала отступать, невольно качая головой. Так, мелко перебирая ногами она дошла до кровати, споткнулась и с размаху села на неё.