— Ну, не у меня же и не у Мэгги, не так ли?

Входная дверь захлопывается с такой силой, что дребезжат все окна. Голос Анджело гулко разносится по фойе.

— Ну всё, довольно, — он появляется в дверях гостиной, принося с собой холодный воздух и враждебность. — Я неделю терпел это дерьмо, теперь вставай.

Я смотрю на него, кладя мармеладку в рот.

— Нет, спасибо, — я поворачиваюсь к Рори. — Неожиданный поворот сюжета: кажется, это арбуз.

— Оооо, — визжит она, роясь в куче конфет в поисках такой же.

Испепеляющий взгляд Анджело мечется между мной и женой. Он опирается ладонями о подлокотник дивана и стискивает зубы.

— Вставай, прими душ, побрейся, надень что-нибудь без эластичного пояса и жди меня в моей машине через двадцать минут.

— Не могу.

— Почему?

— Ким собирается обвинить Кайла в краже ее чертова дома.

Рядом со мной Рори одобрительно кивает.

— Мы ждали этого весь сезон.

Его яростный взгляд обжигает мою кожу, но мне итак слишком больно, чтобы обращать на это внимание.

— Я же сказал тебе составить план.

— И мой план: взять перерыв, — рычу я в ответ.

— Перерыв от чего?

Мои задние коренные зубы скрежещут друг о друга. Перерыв от всего. От того, что я Рафаэль Висконти, от должности младшего босса и генерального директора, от того, чтобы быть братом, другом, чертовым джентльменом, от всего, что требует от меня выйти из этого дома в мир, где ее нет. Сквозь скучающий взгляд я снова смотрю на него. И внезапно его раздражение смягчается.

— Не делай этого со мной, — тихо говорит он. — Габ снова исчез с лица чёртовой планеты.

— Хорошо. Этот мудак чуть не убил меня.

Его глаза вспыхивают.

— Ты же знаешь, он не хотел этого.

Габ в свое время натворил много безрассудного дерьма, но замена убийцы кошки на Данте превзошла все ожидания. Не знаю, дал ли он ему заточку из стекла или он разбил что-то, просто знаю, что она застряла у меня в животе на глубине восьми сантиметров, едва не задев главную артерию.

Я потерял много крови, но, в конце концов, это была довольно поверхностная рана. Мне удалось хорошенько ударить его по голове острой стороной молотка, прежде чем он ударился о пол. Последнее, что помню, был хриплый голос Габа, бормочущий что-то о том, что он больше не может этого выносить и что он сходит с ума.

Я опускаю взгляд на свои ноги. Счастливые носки не сработали, что подтверждает то, что уже знал: пока Королева Червей в моей постели и в моем сердце, я буду гореть, пока от меня ничего не останется.

Впрочем, это не мешает мне носить эти чертовы уродливые носки.

— Просто дай ему еще несколько дней, детка, — говорит Рори, одаривая мужа самой милой улыбкой. — Он хандрит.

— Раф не хандрит, — ворчит Анджело.

— Сейчас он хандрит, потому что он маленький дурачок с разбитым сердцем.

Глаза Анджело переходят на мои, сужаясь в отвращении. Мне все равно, если он сочтет меня жалким. Я просто знаю, что если он попытается стащить меня с этого дивана, я сделаю шейный захват, независимо от того, есть ли рана в животе или нет.

— Отлично, — огрызается он, поднимаясь во весь рост. — Я встречусь с Тором в Бухте один, а затем обязательно принесу коробку тампонов и мороженое.

Он вылетает в прихожую.

— С шоколадной крошкой, — кричит ему вслед Рори.

— И не ванильное, — бормочу я, засовывая в рот Jolly Rancher23.

— Раф? — мое внимание переключается с меню закусочной на обеспокоенные глаза Рори. — Либби спросила, что ты хочешь заказать? — шепчет она, бросая взгляд на официантку, но обращается ко мне: — Ты в порядке?

Нет, я не в порядке. Свет слишком, блять, яркий, а в моей груди слишком, блять, пусто. Такое чувство, что внутри меня недостаточно энергии, чтобы поддерживать мои кости, и я могу взорваться в любую секунду. И чьей, блять, гениальной идеей было купить бургеры?

Ее громкий смех, мокрая шуба, капающая на клетчатую плитку. Выкладывай деньги, папик.

Меня охватывает ярость, и я сметаю все со стойки. Рори ахает и отступает назад. Взгляды устремляются на меня поверх спин диванов, и тишина потрескивает, как электрический ток.