— Syraya mat zemlya, udershi ty ego!

Кристофер погрузился в землю по бедра. Кэрран схватил его за правую руку, в то время как Барабас обхватил его левую.

— Это должно подействовать, — сказал Роман. — Греки и их крылья. Летают сюда, летают туда, орут во все горло, пугая лошадь.

Модное подразделение клана проворных зааплодировало с порога. Мило с их стороны помочь.

— Кристофер, — позвал Барабас. — Кристофер!

Кристофер проигнорировал его.

Иногда обоснованное предположение — лучшее, что у тебя есть.

— Деймос?

Лицо Кристофера резко повернулось ко мне.

— Деймос? — спросил Барабас, его голос достиг высокой ноты.

— Сын Ареса, греческого бога войны, и Афродиты, богини любви.

— Бог? — спросил Барабас. — Он что Бог?

— Ужаса.

Кристофер уставился на меня. Если бы взгляды могли убивать, я бы лежала на земле, испуская свой последний вздох.

— Как? — спросил меня Кэрран.

Боги не могли проявиться, кроме как во время вспышки.

— Понятия не имею. Деймос, должно быть, был внутри Кристофера, и он увидел Тедди Джо, узнал в нем Танатоса и потерял рассудок.

Психиатр из Университета Джона Хопкинса действительно сказал, что Кристоферу понадобится стимул, чтобы захотеть исцелиться. Это было не то, что я имела в виду.

Тедди Джо оттолкнул два джипа друг от друга, вышел и ударил Романа кулаком в челюсть.

Ладно. Мир действительно сошел с ума.

Волхв, спотыкаясь, отступил на пару шагов.

— Какого черта это было?

— Ты знаешь, из-за чего.

— Я его не брал.

— Нет, но он да.

— Я вообще к этому не причастен. Это твоя вина. Если бы ты не гонялся по ночам за обнаженными женщинами, ты бы не попал в такую переделку.

— Я думал, она в опасности, — выдавил Тедди Джо.

— Конечно, ты так думал. Продолжай говорить себе это.

Тедди Джо сделал еще один шаг вперед.

Темные брови Романа нахмурились.

— Смотри, птичка, пока я не обломал тебе крылышки. У меня уже есть один. Я без проблем добавлю еще одного.

Приятно знать, что в кризисных ситуациях его русский акцент исчезает. Я встала между ними.

— Что происходит?

Тедди Джо замахал руками.

— Дело в том, что я летел сюда, чтобы встретиться с тобой, а ты натравила на меня сына Ареса. Я полубог. Этот же полноценный аватар. Как он не исчезает?

— Никто не знал, что он аватар. Ты вызвал его трансформацию. Я не виновата, что ты оставил свой меч дома.

— Я его не оставлял, черт бы все это побрал в Тартар!

— Детка, — позвал Кэрран, его голос был пропитан контролируемым напряжением. — Забирай Тедди Джо и уходи. Кристофер не успокоится, пока ты не уйдешь.

Я не хотела уходить. Я хотела остаться и выяснить, что происходит с Кристофером. Но он был прав. Кристофер не успокаивался, пока Тедди Джо не исчезнет из поля зрения и не окажется на расстоянии удара.

Я вбежала внутрь, стянула платье, швырнула его Фионе и побежала наверх. Две минуты спустя я вернулась, одетая в свою обычную одежду, с «Сарратом» на спине.

Тедди Джо протянул кожаные качели на цепях.

— Садись.

— Ты сказал упряжь. Это не упряжь. Это качели с детской площадки.

— Что, если она упадет? — спросил Роман.

Глаза Тедди Джо немного выпучились. Его терпение было на исходе.

— Если она упадет, я поймаю ее.

— Вот. — Роман ткнул в меня посохом. — Держи его. Я приду. Я все равно понадоблюсь для переговоров.

Тедди Джо закатил глаза.

— Я не собираюсь рисковать этой свадьбой. Она собирается пойти к алтарю, и я поженю ее с Кэрраном.

Тедди Джо посмотрел на меня.

— Ты пригласила его поженить вас? Ты знаешь, что он делает?

— Не могли бы вы, пожалуйста, провести это обсуждение в другом месте? — спросил Барабас.

Роман вытянул руки и вытянул шею, словно собирался поплавать.

— Позаботьтесь о моей лошади, пожалуйста. — Он расставил ноги, сделал глубокий вдох и выдохнул. — Я ненавижу эту часть.

Хрустнули кости. Роман бросился на землю. Черные перья взметнулись и легли плашмя, а ворон размером с человека уставился на меня карими глазами.

Срань господня.

Я обняла Кэррана, который все еще держал Кристофера-Деймоса в захвате.

— Люблю тебя, я скоро вернусь. Не позволяй ему пить кровь.

— Садись на качели, — сказал Тедди Джо.

Кристофер напрягся, крича сквозь кляп. Я вклинилась между Барабасом и Кэрраном и обняла его.

— Я вернусь. Не волнуйся.

Он продолжал бороться с хваткой Кэррана. У него было лицо Кристофера и волосы Кристофера, но кроме этого больше ничего не осталось. Кристофер был нежным. Существо, которое сражалось так усердно, что мышцы Кэррана вздулись, сдерживая его, было каким угодно, только не нежным. Я действительно надеялась, что не наблюдаю, как человек, которого я знала как Кристофера, умирает во время трансформации.