Бывший Старший агент поморщился.

— Как раз, чтобы её не похитили и не сделали игрушкой в чужих играх, я и не хотел, чтобы она родилась! — резко заявил он.

Ани презрительно усмехнулась:

— Не бери на себя так много. Её похищение не имеет к тебе отношения. От тебя вообще нужно было только семя.

Он всё-таки перевернул кружку и вино разлилось по яркому платку, тут же впитываясь в землю.

— Ну, конечно, вы со своей матушкой фрау группенфюрер СС всё хорошо просчитали, — ядовито заметил Хадар.

— Так. Остановитесь оба! — перебил их Владыка и взглянул на Ани: — Рассказывай всё по порядку.

Она откинула со лба длинные белые волосы и, обведя взглядом лесных, сказала:

— Я происхожу из древнего рода боевых драконов богини Оямото. Но в ходе войны между магами почти все они были уничтожены, к тому же вода в Реке стала для нас ядовита, как и для азарцев. А драконы не могут жить вне Реки. Оямото удалось сохранить одного малыша дракона и укрыть его. Путём долгих опытов она пыталась восстановить наш род и это удалось лишь после того, как она укрепила силу драконов людьми. Ибо в пророчестве сказано, что однажды родится девочка-дракон, которая соберёт в себе силу людей и драконов. И она станет погибелью для дома Отуа. Либо усилит его. Судьбе было угодно, чтобы именно я стала матерью этой девочки, но Оямото забрала дочь у меня сразу после рождения и спрятала от короля Отуа в пещерах острова Серой Хмари.

По лицу Хадара прошла судорога — ведь это он подстроил нападение на Остров Хмари, чтобы освободить его пещеры для кукров.

— Почему Оямото забрала у тебя дочь? — спросила Адель, глядя на Ани с чисто женским состраданием.

— Я отказалась убить его, — просто ответила Ани, указав на Хадара. — Такова наша традиция. Люди-мужчины нужны только для зачатия. Когда ребёнок родится, нужно убить отца и выкупать ребёнка в его крови. От этого он станет сильнее.

Ани поведала об этом так естественно, что если бы кто-то сказал ей, что это дикость, она бы, наверняка, сильно удивилась.

— Но я отказалась убить его и была наказана за неповиновение. Матерь Оямото запретила мне встречаться с дочерью, я могла только издалека наблюдать за тем, как она растёт среди островитян.

— Оямото всегда была стервой, — пробормотала Мира.

— Потом на остров напали, всех жителей перебили, но дочери удалось убежать. На некоторое время она нашла приют в Сухири в храме Оямото, но затем твои воины напали на Сухири и перебили сухирийцев.

Она без страха взглянула на лесного Владыку. Тот лишь развёл руками. Мол, такова жизнь.

— Атии опять удалось убежать, — продолжала женщина. — Но король Отуа на этот раз добрался до неё, увёз к себе и с тех пор удерживает. Благодаря её дару он смог стать сильнее, добраться до Оямото и убить её.

— Туда ей и дорога, — процедил Хадар сквозь зубы.

Краем глаза Мира заметила, что Найра поднялась и, пряча лицо, торопливо скрылась в крепости. Видимо испугалась, что Ани узнает в ней ту, кто упустил девочку.

— После смерти Оямото оковы моих запретов упали, и теперь я сделаю всё, чтобы спасти дочь, — заявила Ани. — Но в одиночку победить короля Отуа я не смогу. Вы должны помочь мне, — она поочерёдно посмотрела на Владыку, Вилюна, Хадара и опять на Владыку. — Чем дольше Атия у короля, тем сильнее он становится. Отуа он хочет уничтожить Азар, потому что...

— Мы знаем, почему он хочет уничтожить Азар, — оборвал Владыка. — И собираем силы для сражения с ним.

Он нахмурился и некоторое время молчал. Вилюн наклонился к нему и что-то сказал. Мира изо всех сил попыталась расслышать, что же советует лесной маг, но ей не удалось.

— Да будет так, — громко сказал ему Владыка и вновь повернулся к Ани.

— То, что ты сейчас поведала, очень важно для нас, — сказал он. — Я благодарен тебе за то, что ты набралась смелости прийти к нам и высказать нам всё в лицо.

Мира поняла, что имеет в виду обвинение в том, что лесные убили жителей Сухири.

— Мы постараемся помочь тебе спасти дочь, — продолжал Владыка. — И не только потому, что нам всем угрожает опасность от Абрахаза. Нас тронула твоя история.

Ани молча кивнула.

— Ты знаешь, как добраться до Отуа? — внезапно спросил Хадар.

Все повернули к нему головы, удивлённые тем, с какой интонацией был задан вопрос. Глядя на Хадара в тот момент, верилось, что он даже слепой удавит Абрахаза голыми руками.

— Я могу попробовать запустить летающий храм, хотя моя кровь и не такая сильная, как у дочери, — ответила Ани. — Но король Отуа не один. Ему на помощь придут другие великие дома. Поэтому лететь в его мир нужно только с сильным войском.

Судя по лицам лесных и равнинных, они ничего не поняли.

— О каком летающем храме ты говоришь? — спросили сразу несколько голосов. В их числе, Хадар.

Тут Миру осенило. Части головоломки с храмом, крепящимся на цепях к небу, встали на свои места. И письмена, которыми были испещрены стены храма, тоже стали ей теперь понятны. Это не храм, а корабль, который может доставить прямиком к Абрахазу и для его запуска нужна кровь дракона Отуа. В идеале — кровь Атии, но от её матери возможно тоже подойдёт.