— Ты случайно не видел, кто мог это сделать?

— Видел. Двое мужчин ехали на гравилете вон оттуда, — я показал на идущую вдоль реки дорогу. — Там дальше они выходили из машины и я их видел. А потом…

Я замолчал, так как хотел сказать, что унюхал здесь запах, но вовремя вспомнил, что люди имеют нюх очень плохой, поэтому не пользуются им. Это я со слов ирсиба отличаюсь от них в лучшую сторону.

— Что потом?

— Потом пошел гулять, почуял запах крови и нашел здесь мертвого человека, — я решил сказать, как все на самом деле происходило.

— Можешь описать машину и людей? Идент запомнил?

— Какой идент?

— Давай я тебе лучше покажу картинки.

И он начал на планшете показывать мне изображения. Да, я теперь знал, как называется это устройство, о котором внутренний голос мне ничего не сообщил. Сменилось несколько картинок и я узнал гравилет. Выяснилось что такое идент — это набор букв и цифр сзади машины, а я как раз по нему и узнал. Затем мне показали четырех людей, два из которых были мне известны. После этого мы поехали к месту, где я их видел.

— И где же ты сидел? Или лежал?

— Вон там, — я показал на окно, откуда наблюдал за ними. — Это моя территория, но я разрешаю вам ходить.

— Разрешаешь? — улыбнулся пожилой демон. — Хорошо.

Здесь мы пробыли совсем немного, и все это время старик с тем молодым человеком с кем-то разговаривали и спорились. В конце концов, пожилой демон предложил мне на время переехать к ним. Он говорил, что надо наказать убийц, а я буду свидетелем. И за это они мне даже заплатят деньги. Я уже знал, что такое деньги, как знал, что на них можно купить разной всячины. Естественно я согласился. Я бы дал согласие даже без денег, если мой рассказ поможет наказать убийцу. Я не понимал и не знал как живут люди, но мне показалось из рассказов, что убили того демона не в поединке, а из-за предательства. Среди ирсибов предательства не существует, но мой погибший друг сказал, что у людей это встречается часто.

Прилетели мы куда-то на другой конец города. Я думал, что там будут дома очень и очень высокие, но оказался не прав. Только в центре стояли десятиэтажные здания, а здесь они были в три или четыре этажа. Да еще и огорожены высокой стеной.

Выйдя из гравилета, я начал осматриваться. Дом в четыре этажа внешне мне понравился. Стены у него были не гладкие, как у всех виденных ранее, а украшены рисунками, барельефами, еще чем-то непонятным. К нам подошла женщина, за которой по пятам шли два домашних шакала. Они были крупнее диких, и более сильные. Я чуть не выпустил когти, когда их увидел, настолько их не люблю за то, что убили моего друга и учителя. Встретился глазами с одним из них. Какое-то время он просто смотрел на меня, а потом тихо зарычал, желая показать мое место. Я рыкнул в ответ, говоря, что пусть только попробует и я его порву.

На самом деле я не знал язык шакалов, но у нас, хищников, имелся набор универсальных рыков, рычаний и шипений для предупреждения и некоторого общения. Хотя мой друг говорил, что этот набор звуков составляет почти все слова шакалов. После моего ответа на меня посмотрели кто с интересом, кто с недоумением, кто просто странным взглядом.

— Тихо-тихо, Шико, — женщина погладила того по голове. — А ты не дразни его.

Это она мне. А еще я почувствовал от нее волну негатива. Задала вопрос старику на неизвестном мне языке и у меня снова голова взорвалась, а спустя несколько секунд я понял сказанную фразу. «Это что за нищий оборванец?». Старый демон начал говорить, что это я нашел ее сына и помог им установить убийц. У него тон был по-прежнему доброжелательный, чего нельзя сказать о женщине. У меня впервые появилась мысль, что, возможно, мертвец получил по заслугам. Хотел даже уйти, но появившееся чувство опасности заставило меня передумать.

— Марта, отведи его в садовый домик, — повысила голос женщина.

Сказала, кстати, на старом языке. То есть на том, на котором разговаривали до этого. Со словами «иди за мной» стоявшая позади женщины девушка развернулась и направилась к дому. Обойдя его, увидел небольшой домик, где и буду жить. Остановившись перед ним, девушка показала вправо.

— Там за кустами отхожее место, — и не глядя на меня развернулась и пошла обратно.

— А где мыться? — не удержался я от вопроса, так как до этого каждый день любил плескаться в воде.

— Вот кран, — зайдя за угол дома, куда-то показала рукой.

Я посмотрел, что это такое кран. Слово понял, а память даже показала картинку, но то, что я увидел, выглядело совсем иначе. В моем воображении кран — это толстая труба с ручкой, которую надо качать вверх-вниз, верх-вниз, и тогда пойдет вода. Здесь же из стены торчало что-то маленькое с совсем небольшой ручкой. Почему-то именно это несоответствие заставило меня задуматься о своем внутреннем голосе. Какие-то вещи он знает, некоторые нет, еще одни дает совсем другие. Также и с языком, которые я непонятным образом начал понимать — встречаются совсем неизвестные слова, которые я не знаю, что это такое. Если с краном различия, то планшет я не представлял, что это такое. Но более подробно задумываться не стал — наверное, внутренний голос не все знает и чему-то надо учиться самому.

Решил проверить, как работает этот странный кран. Взял и поднял маленькую ручку вверх, точнее, попытался, так ничего не получилось. Дернул сильнее, еще сильнее — ничего. Решил сдвинуть в сторону и все мои ноги оказались мокрыми, так как мощная струя воды ударила вниз. Понял — эти маленькие краники открываются поворот ручки в сторону. Разделся и начал мыться. Ну как мыться? Встал на колени и принялся направлять струю на себя. Получалось плохо — это не в реке купаться. Позади раздалось хихиканье. Я дернулся, отскакивая назад и… получил струю воды в живот. Не обращая внимания на раздавшийся смех, глянул на кран. Носик, который был направлен вниз, теперь смотрел прямо на меня и поливал. Я при отпрыгивании задел его и он повернулся! Удобно. Поплескавшись еще минуту, закрыл кран, стряхнулся и только сейчас посмотрел в сторону, откуда раздавался смех. Никого там уже не было. Надев одежду, зашел в свое новое жилище.