После ее слов, я вспомнил свою первую встречу с местными жителями. Я же там как раз передвигался вдоль забора. Сказал ей об этом и мы направились в ту сторону.

— Надо бы зайти и попросить бога помочь нам в нашем начинании, — произнесла девушка, когда мы проходили мимо храма.

Она решительно двинулась к нему. Я же остался, так как не видел никакой в этом необходимости. Еще Ли пыталась объяснить мне, кто такой бог и что он может, но так и не убедила ни в чем. Довольная Мивейна вернулась и вскоре мы пришли к окраине города.

То, что я предлагал, она забраковала, сказав, что слишком большую территорию придется выкупать, да и не нужна она совсем. Прошлись между разрушенными домами и в одном месте нашли то, что нужно. Небольшая территория была огорожена стеной, в некоторых местах разрушенной. Ограда здесь была металлической, но создалось впечатление, что некоторые части просто отрывали. Внутри огороженной территории находились три здания, которым девушка очень обрадовалась, а после осмотра сказала: «то, что надо». После этого мы отправились к администрации города.

Я хотел было отказаться от всех этих посещений, поскольку совершенно не представлял о чем надо говорить, с кем встречаться, как говорить. Но Мивейна все равно потащила меня за собой, говоря, что я тоже должен все это знать. Но причину почему-то раскрывать не собиралась. По зданию администрации она шла настолько уверенно, что можно подумать она здесь живет или работает. Вскоре мы вошли в рабочий кабинет с табличкой «Отдел городского имущества».

— Что вам угодно?

Интересно, что за столом сидел полукровка. Даже не так — в этом мужчине смешалась кровь демонов, хуманов и орков, причем, это как минимум. Я знал, что этот сектор, Колхайн то есть, изначально был заселен именно демонами и только после Большого Бума, когда исчезли границы между секторами, заселился другими расами.

— Мы бы хотели приобрести землю для клана, — лицо мужчины сразу потускнело. — Клан зарегистрирован в другом секторе.

После этих слов улыбка у него стала от уха до уха. Он деловито достал большой планшет, куда вывел карту города.

— Что именно хотите приобрести?

— Вот эту огороженную территорию, — чуть наклонившись, Мивейна ткнула пальцем.

— В заброшенной части города? — удивился мужчина.

— В другой нам просто не потянуть.

Он достал толстую тетрадь или тонкую книгу и пролистнул несколько страниц.

— Тысяча за квадратный метр. Если дорого, то можно обсудить, как уменьшить стоимость.

— Дорого, конечно, но что же делать, если таковы цены. Клан же не зарегистрирован, а те скидки только для них.

Я увидел мимолетную улыбку на лице мужчины, который набрал в легкие воздуха, чтобы что-то сказать, но девушка, как мне показалось, посмешила вставить свое слово.

— Давайте терминал, мы сейчас оплатим.

У полукровки на лице на краткий миг появилось полнейшее разочарование, но в следующее мгновение он уже улыбался. Расплатились. После этого он выдал нам небольшую пластиковую пластину, которую Мивейна внимательно осмотрела. И толь после этого достала клановый знак, с улыбкой глядя на изменившееся лицо мужчины. Целых три секунды он не мог совладать со своим лицом. Поднявшись, он подошел к стенке, на которой небольшая панель ушла в сторону. Достав оттуда какой-то прибор, поставил его на стол. В его центре я заметил углубление, точь в точь по форме совпадающее со знаком клана. Проделав некоторые манипуляции с регалией, он с натянутой улыбкой поздравил нас с великолепным приобретением. И только когда мы вышли из здания, девушка облегченно выдохнула.

— Надо же, прокатило.

— Что? — я посмотрел на нее. — И почему ты не захотела уменьшить стоимость? Мне показалось, что он мог это сделать.

— Мог, но нам этого не надо. Он просто-напросто хотел взятку за уменьшение стоимости.

— Взятку? — переспросил я, так как внутренний голос не объяснил суть этого слова.

Девушка в очередной раз удивленно посмотрела на меня, покачала головой, но продолжила объяснение.

— Хотел, чтобы мы заплатили ему денег за то, что он уменьшит нам стоимость. Это неправильно и является нарушением закона и в дальнейшем вылилось бы в огромные проблемы. Когда мы подадим заявку на регистрацию клана в секторе, этот момент вылезет наружу и нам откажут. Либо разрешат, но фактическим главой клана будет кто-то другой, а не мы. Поэтому я поспешила вставить, что оплатим. Этот чиновник очень прожженный в подобных делах и мог затянуть с покупкой земли на очень длительное время, все время что-то уточняя. Я понадеялась, что он воспримет нас как малолеток, которые внезапно стали богатыми, что, по сути, является правдой, и захотели почувствовать себя родовитыми. Ведь покупка земли кланом другого сектора и обыкновенным человеком, что местным, что нет, отличается. Он выдал нам документ, — она провела рукой по карману, куда спрятала выданную карту, — а через некоторое время или сразу же там сказал бы, что мы обманули, но он может это дело замять. И тоже за приличное вознаграждение. Поэтому в конце он и удивился очень, когда я достала клановый знак. И по этой же причине мы пошли без моих телохранительниц.

— И откуда ты это все знаешь? — изумился я.

— Меня этому учили с пяти лет, — вздохнула девушка. — А вот откуда появился ты — для меня полная загадка. Ты, кстати, учись и запоминай все, чтобы не попасть впросак.

— Да не собираюсь ходить по этим администрациям. И в другие кланы не спешу идти в гости.

— Через день мы идем в школу. И тебе, и мне надо получить образование, — видя полнейшее непонимание на моем лице, добавила: — Как начнешь учиться, то все поймешь. А сейчас просто поверь мне на слово.

Я ведь, в самом деле, не понимал для чего это нужно. С другой стороны, я знал об этом мире настолько мало, что не имело смысла спорить с девушкой. Она уже доказала, что разбирается в этой жизни очень хорошо. Я с тоской подумал о вольной жизни ирсибов, где все ясно и понятно, где нет обмана и лжи, где не убивают друг друга за добычу. Да, сойтись в схватке это можно, но если кто признал свое поражение, то его не добивают. К тому же со спины не нападают. Вот добычу — ту да — выслеживаем, выжидаем и нападаем из засады. Но я сейчас уже понимал, что мое место здесь, с людьми. К тому же прекрасно помнил свой последний сон, когда приснилась мама, и очень хочу выйти за переделы нашего мира-шара.