— Теперь прошу подойти глав клана Юрами.

Следующие несколько минут наш знак регистрировали в секторе. В конце поздравили и на этом закрыли заседание, не обращая внимания на желание адвокатов Финнаккар что-то сказать. В школу идти уже поздно даже Мивейне, не говоря обо мне, поэтому отправились домой. По пути просто болтали, и только дома начался серьезный разговор.

— Завтра все начнется, — задумчиво глядя на меня, произнесла Мивейна. — Мы получили много, очень большой кусок, с которым своими силами не управиться. Но главное не в этом — ты сделал то, к чему мы могли стремиться годами, но так и не дойти. Да, я не отблагодарила тебя за это. Выйдите!

Последнее слово относилось к женщинам, которые беспрекословно выполнили приказ. Она подошла ко мне и села на колени, провела рукой по моему лицу, и, глядя мне в глаза, наклонилась и поцеловала в губы. Мои руки обхватили ее, прижав к себе. Почувствовал сильное возбуждение. Еще сильнее прижал. Но она каким-то змеиным движением выскользнула из моих объятий. Правда, я и не пытался ее удержать.

— Не могу, — виновато произнесла она. — Ты выглядишь ребенком, хотя некоторые моменты совсем не детские. Например, как ты сражаешься, твоя скорость, и… реакция на женщин, — она хихикнула и посмотрела мне ниже пояса. — Вот сколько тебе лет?

— Не знаю.

— Ладно, — вздохнула она, — с момента нашей встречи будем считать, что тебе тринадцать. Слушай дальше. Сейчас нам будут делать много предложений о сотрудничестве. Каких? Не знаю. Но с производством того, что нам досталось, мы не справимся, да и не дадут нам нормально работать. Самое лучшее — это продать все и заняться производством индивидуальных щитов на нашей технологии. Но по закону еще в течение пяти лет мы не имеем права этого делать.

— Что, вообще ничего не можем продать? — удивился я.

— Нет, только то, что досталось нам по суду. В этом-то и вся суть. А нам достаточно регистрации клана. Думаю… — и девушка замолчала, окидывая меня взглядом. — Думаю, нам надо сообщить о помолвке и официально ее оформить. Этим самым мы избежим предложений о замужестве хотя бы для меня. Пусть ты еще маленький, но некоторые дети помолвлены чуть ли не с самого рождения. А в этом секторе максимальное количество жен — три. Придется завтра идти в храм и там все оформить перед ликом бога.

— А зачем это делать?

— Так положено, да и семья будет крепкая.

Вот это мне было непонятно. Ирсибы не ходят в храмы, не поклоняются никакому богу, но создаваемые прайды никогда не распадаются. Если погибает самец, то самки воспитают детей и становятся боевыми хищницами, воюющими наравне с самцами. Мне мой друг много рассказывал об этом, поэтому в последнем напутствии и говорил, чтобы я нашел таких самок, как ирсибы.

— А можно без храма?

— У аристократов так не принято, — она покачала головой, — хотя простые жители зачастую делают так. Но у них и семья может состоять только из одной жены или мужа.

— А что, где-то может быть одна жена и несколько мужей?

— У нашего народа, например. Еще у орков. Может быть еще где-то, но я этого не знаю.

— Тогда почему ты сказала, что от тебя здесь отстанут?

— Потому в этом секторе этого нет.

— Нет, не пойду я в храм, — я окончательно решил, так как эти служители бога мне категорически не нравятся.

— Ты словно из другого мира, — повторила девушка сказанную однажды фразу. — Где тебя только воспитывали.

О помолвке мы все-таки сообщили, но закреплять ее в храме не стали. Первые три дня ничего не происходило, возможно, по той причине, что я не ходил в столовую. На четвертый, когда двигался в это место, рядом со мной пристроилась Карина. Все это время она меня избегала и как мне показалось дулась на меня по какой-то причине. А сейчас вот решила заговорить, хотя выражение лица оставалось все то же.

— Это правда, что ты помолвлен с этой красноглазой?

А тон то такой, словно я совершил главную ошибку в своей жизни.

— Правда. А что?

— Ничего, — буркнула она, но не перестала идти рядом.

В столовой удалось занять старый столик, за которым я впервые принимал здесь пищу. И за которым, можно сказать, получил вызов на дуэль. Карина, что странно, устроилась на своем том же месте. А вот последний оставшийся стул оккупировала на этот раз какая-то старшеклассница. Карина же чуть ли не с ненавистью посмотрела на нее. Впрочем, незнакомка совершенно не обратила на нее внимания.

— Мое имя Жаклина. Я видела твою дуэль — это было потрясающе и возбуждающе, — она приоткрыла ротик, показав кончик язычка. — Я бы даже сказала потрясающе возбуждающе. Зверь, ты был великолепен.

Она наклонилась ко мне так, что я почти увидел ее выглядывающую из одежды грудь. Тело как-то само среагировало на это все той же частью внизу живота. Краем глаза заметил, что Карина пребывает уже в ярости, а сама покраснела. Еще заметил группу старшеклассников, внимательно наблюдающих за нами. И у всех на лицах были непонятные улыбочки.