Сейчас же она надеялась найти еще что-то полезное в доставшихся ей от неизвестных личностей богатствах. Денежки она заботливо собрала и сложила в тот же мешочек с распустившимися завязками, с интересом рассмотрев незнакомые монетки.

– Ну, тратить их тут негде, да и все же деньги это, нехорошо. Еду съесть можно, все равно пропадет, вещи позаимствовать на время, а деньги надо зарабатывать. – Надежда решительно убрала кошелек в ящик стола, где уже лежала толстая книжка в заскорузлом шероховатом переплете.

Еще один источник знаний она открывать не стала, только сбегала наверх, в зал, за валявшейся там такой же старой потрепанной тетрадкой, переставшей светиться, и сложила их вместе, решив, что изучит потом.

Водичка из крана все текла и даже стала прозрачной, поэтому, найдя кружку, Надя рискнула попить. Все равно другого выхода не было, а кипятить пока непонятно как и на чем.

– О, булочки, и даже мягкие! – копаясь в вещах на столе, обрадовалась она как родным пухлым кругляшкам из разорванного бумажного пакета. – Видимо, отсюда и просыпались на свитер крошки. С вареньицем, ум-ням-ням.

Довольная, неожиданно умиротворенная, с кружкой воды в одной руке и аппетитной румяной булкой в другой, Надежда подошла к окну. Словно откликаясь на ее внутреннее состояние, кристаллический шар замерцал и засветился чуть ярче, сжавшееся пятно фронтирской заразы опять откатилось от башни. Из-за этого почуявший неладное и слетавший наверх проверить Киорензир О'Лоорген заскрежетал зубами и принялся ругаться на всех известных ему языках. Злобного духа Надя не слышала, а вот внезапный громкий рев кого-то огромного откуда-то сверху услышала очень явственно.

Причем башня внутри явно глушила звуки той жути, что заставила Крохалеву наверху почти сойти с ума, а вот эти сверху пропустила.

– Такое впечатление, что там стая тигров рычит в небе. Жуть какая, – поежилась Надя. Но башня, чуть подпитавшись ее положительными эмоциями и воспрянувшим духом, решилась опять потратить часть магии на помощь нечаянной попаданке, ставшей ее сердцем и надеждой на восстановление.

– Солнечный зайчик? Здоровенный какой! Откуда, интересно? – В поле зрения Наденьки на каменном полу игриво замигало пятнышко манящего света. – Как будто зовет куда-то? А это не опасно, ходить за неизвестно откуда взявшимися зайчиками?

Надежда оглядела кухню и не обнаружила источника света, а пятнышко на полу все настойчивее, как щенок, бегало от нее до двери, постепенно тускнея. Наконец наша попаданка все же решилась посмотреть и, отложив недоеденную булку, отправилась за «зайчиком».

– Ну, ожидаемо. Только как-то не очень хочется, – заключила она, оказавшись вновь в зале с рисунком и обнаружив пляшущее пятнышко света на люке, ведущем на крышу. – Там что-то рычит и ревет. Не думаю, что стоит рисковать и удовлетворять свое любопытство! Быть съеденной мне точно не хочется.

Башня и так потратила много магических сил, чтобы привести попаданку куда надо, и поэтому церемониться не стала.

– Ай! – В мозг Крохалевой вместе со вспышкой опять угасшего шара словно иголкой впилась мысль, что надо бежать туда, на крышу, и быстрее. Очень надо!

– Вот, блин, и пообщались, – хмуро погрозила кулаком помутневшему граненому кристаллу Наденька и прислушалась.

Рычание наверху стало какое-то тоскливое, словно зверь не мог тут больше находиться и собирался убраться восвояси.

– Была не была! – Решив, что древняя махина не должна желать ей зла, Надя опять стала карабкаться по узенькой металлической лесенке. Высунулась наверх она именно в тот момент, чтобы увидеть, как в пятачке синего неба посреди сжимающихся хмурых зловещих туч в настоящем, искрящемся молниями портале исчезает огромный фиолетовый дракон с крошечными фигурками двух седоков на спине.

А на крышу прямо с неба, окутанный разноцветным маревом крошечных частичек, сначала плавно спускается, а потом практически падает здоровенный ящик.

Круглыми глазами наша попаданка проследила, как испаряются радужные искорки странного груза на подлете к крыше. Метров с двух гигантская посылка с небес просто упала с громким «бам», «кряк» и «хрусть». Правда, не развалилась на части, а только чуть треснула сбоку.

Из этого квадратного ящика высотой почти с пол-Надежды, к ее безмерному удивлению и легкой панике, вдруг неожиданно послышался разговор.

– Похоже, прибыли на место? – раздался голос вроде как пожилого мужчины. – Ты как, мать?