Обеспокоенный Пимбертон с тревогой взирал на распростертого между столами человека.

— Боже мой! Барон, не могли бы вы…

— Конечно, могу, — мягко перебил его Рафаэль и, взяв кружку с пивом из рук хозяина, выплеснул ее содержимое в лицо Джонни.

— Это должно подействовать, — невозмутимо заметил мистер Пимбертон, — сейчас я пришлю свою хозяйку, она приведет его в порядок.

— Великолепно, я вам очень признателен, сэр, — ответил Рафаэль и, шутливо отсалютовав мистеру Пимби, бросил еще один взгляд на стонущего и беспокойно ворочающегося Джонни и вышел. Очутившись на улице, он заметил Дамьена, приближающегося к гостинице на своем великолепном гнедом жеребце. Дамьен был явно чем-то очень озабочен, потому что, задумавшись, он не заметил брата.

— Тебе не придется здесь скучать, братец, — тихо произнес Рафаэль.

Он не сожалел о своих угрозах в адрес Джонни на балу. Он был постоянно начеку, поскольку был уверен:

Раму придется действовать.

Виктория сидела на самом краешке койки в капитанской каюте «Морской ведьмы» и внимательно слушала Блика, излагавшего Рафаэлю намеченную им методику лечения.

— Я никак не могу предотвратить судороги и спазмы.

Однако, когда это происходит, Виктории нет необходимости мучиться так долго. Ваша идея с горячими полотенцами, капитан, превосходна. Однако в этом случае тоже уходит много времени на то, чтобы расслабить мышцы. Рафаэль улыбнулся жене:

— Я же говорил, что у Блика обязательно найдется какое-нибудь средство, чтобы облегчить боль. Что это? Какое-нибудь экзотическое растение с.., ну предположим.., южного побережья Китая?

— Извините, если я вас разочаровал, всего лишь из Вест-Индии. Я предлагаю использовать два растения в комплексе — чедах и ковапат. Мы можем пополнить наши запасы этих трав на Мартинике. Послушайте, Виктория, вы будете нагревать листья чедаха и применять их в качестве компресса, а из ковапата заваривать чай. Кстати, чедах имеет еще одно применение. Если Рафаэль когда-нибудь вам станет слишком уж докучать, подмешайте немного чедаха в его чай, и через несколько часов он получит великолепное прочищение мозгов и желудка и сразу станет паинькой. Рафаэль ухмыльнулся:

— Думаю, я сам буду наблюдать за приготовлением твоих зелий. Блик.

— Я вам очень признательна, — искренне сказала Виктория, протянув руку собравшемуся откланяться врачу.

— Мне было очень приятно с вами познакомиться и помочь вам. — Блик улыбнулся, на секунду задержав ее тонкие пальцы в своей руке. — Кроме того, мне очень отрадно видеть Рафаэля таким довольным. Он перенес столько, что вполне хватило бы на троих. И остался цел. А теперь он встретил вас. Конечно, ему повезло. Но и вам тоже повезло, моя дорогая. Он сильный, благородный, добрый человек. Увидимся за ужином.

— Я вполне удовлетворен, Виктория, — заявил Рафаэль.

— Не спеши радоваться, во всяком случае до тех пор, пока ты не расскажешь мне, где был «этот сильный, благородный и добрый человек» и что делал. Я жду, Рафаэль.

— Как с тобой тяжело, Виктория, — вздохнул он. — Ничего необычного не было. Случайно я нашел записку Дамьену от Джонни Трегоннета. Она лежала в потайном коридоре в кармане его черной одежды.

Виктория со вздохом кивнула:

— Я так и думала. Значит, Дамьен тоже замешан в истории с этим клубом. Хотелось бы надеяться, что он тут ни при чем. Элен будет здорово переживать.

— Боюсь, что дело обстоит именно так, — подтвердил Рафаэль. — Сложность в том, моя дорогая, что группу возглавляет человек, называющий себя Рамом. Я могу перечислить тебе всех до единого членов клуба. После бала, вновь познакомившись с приятелями моих детских игр, я понял, кто есть кто. Наверное, ты тоже можешь предположить, кто замешан в этом грязном деле. Но, черт побери, Рама не знает никто, даже члены клуба. Остается только ждать. Я разворошил осиное гнездо. Скоро Рам начнет действовать. Посмотрим, что будет.

— А где ты был сегодня?

— В маленькой гостинице под названием «У страуса». Я выдал себя за Дамьена и таким образом узнал, что никто из членов клуба не знает Рама. Проклятие!

— Итак, — медленно проговорила Виктория, — ты считаешь, что теперь Рам начнет действовать. Почему? Ты им угрожал?

— Да. Я пообещал уничтожить их грязный клуб, если меня в него не допустят. Разумеется, это ложь. И поверить в нее мог только такой дурак, как Джонни Трегоннет. Рама на эту удочку поймать не удастся. Он умен.

— Надеюсь, ты будешь осторожен. — Виктория нежно погладила мужа по плечу.

— А разве Блик и Ролло не говорили тебе, что я не горю в огне и не тону в воде? Я всегда возвращаюсь, так что вам, мадам, не удастся от меня отделаться. Можешь быть уверена, что я действительно буду соблюдать осторожность. Я недавно женился, очень люблю свою молодую жену, и она тоже обожает меня. Что еще надо для счастья? Наша будущая жизнь, если только нам хоть немного повезет, будет замечательной.

Слабая улыбка чуть тронула уголки губ охваченной невеселыми думами Виктории.