Сильный, волевой подбородок, такой как у Люка, мог показать наличие характера и властных качеств. Люк не должен был кричать на нее во время стихийного бегства буйволов у Минерал Спринте. Служащие не орут на хозяев. Кричал, что только идиот будет пытаться повернуть это стадо буйволов. Ариэль нетерпеливо дернула вожжи и забормотала про себя:

— Откуда я знала, что весь коричневый холм покрыт буйволами? Любое разумное животное должно было повернуть в сторону после нескольких выстрелов. Люк действовал возмутительно. Прискакал как какой-нибудь дикарь и схватил меня, как цыпленка. Это не придало мне чувства собственного достоинства. Я деловая женщина с ценным грузом. Как посмел он кричать на меня?

Это единичное происшествие подхлестнуло решимость Ариэль игнорировать некоторые факты!

Слабость в объятиях Люка была заметна, как яркий свет маяка в сильном тумане.

Она никогда не превратится в глупо улыбающуюся, фыркающую, беспомощную дамочку, как он ожидает. То, что в момент желания она была сжата в этих сильных, успокаивающих руках, настраивало еще решительнее. Мрачный взгляд Люка, когда она приказала отойти ему в сторону, пока сама вела упряжку по опасному склону, позволил ощутить Ариэль дрожь победы.

Она упивалась этим мрачным взглядом. Ариэль изо всех сил тянула лошадей, увлекая их вверх по тропе. Поведение с Люком явилось просто вопросом балансирования между двумя обстоятельствами. Он был ее служащим и, к несчастью, законным мужем, пока она не получила развод. Почувствовав однажды сильную руку, он будет более благоразумным.

Высокая фигура Люка появилась на вершине склона, рубашка пропиталась потом и прилипла к телу. Ариэль закрыла глаза и сглотнула слюну. Она не поддастся очарованию его красоты, мужественности и изящества. Тадеус нуждается в ней. Ей нужна спокойная устойчивость мужчины, которого она знала как друга, а не буйная страсть, точнее, безумное желание, вызываемое в ней. Стабильность в стремлениях — вот цель Ариэль. Тадеус обеспечит хорошо организованную жизнь, к которой она стремилась.

Девушка ошиблась насчет Тадеуса! Камень выскользнул из-под ботинка, и она едва удержалась на ногах. В колесе сломалась спица, и фургон резко накренился. Ариэль кричала, ругалась, угрожала, и шесть тяжеловозов все-таки вытащили фургон на вершину.

— Они, черт побери, доволокут этот фургон до луны, если она попросит, — проворчал Смитсон, обращаясь к Люку. Капитан погонял свою двойную упряжку волов. — Вот такая она маленькая негодница, на которую вы положили глаз, Наварон. Эгей, вперед, резвее!

Большой валун сорвался со скалы, пролетев мимо них, и молодой бычок упал на колени.

— Вставай! Анна, подхлестни их! — крикнул Люк, налегая плечом под бок вола. Когда животное поднялось, он похлопал его по сильной спине.

— Благословенны мои бриджи, — крикнула в ответ Анна, тяжело дыша.

— Я на пути к моему будущему муженьку. Этот маленький бычок ни за что не задержит меня!

Остальные женщины, одетые в брюки, несли ящики, чтобы облегчить груз. Третий фургон, нагруженный товарами, был последним. Четыре вола тяжело переставляли огромные копыта и громко ревели. Темный худой Омар понукал их своей палкой. Люк и Сиам начали спускаться с холма вместе с другими мужчинами, и Ариэль крикнула:

— Осторожно, камни!

Шесть тяжеловозов осели на задние ноги, осторожно начав спуск. Ариэль шла позади них и крепко держала поводья. Люк повернулся, чтобы идти к ней, сердце сжалось от страха за нее, Сиам толкнул его в сторону. Оба упали на каменистый склон, но Люк быстро вскочил на ноги.

— Стой, — Сиам ухватился за него и встал.

— Пусть она сама, — тихо сказал Смитсон. — С отъезда из Ларами она с чем-то борется. — Этот хулиганский рот маленького генерала был слишком спокоен. — Она перестала шуметь. Пусть попробует сама. Она крепкая и выносливая, как раз такая, чтобы карабкаться по опасным тропам. Тем более без юбок, которые мешали ей. Эти огромные бестии повинуются ее легкому шепоту. С ней все будет в порядке.

Люк заметил какое-то необычное движение позади фургонов и услышал, как вскрикнула Лидия. Она скользнула вниз по маленькой насыпи, сжимая в руке крошечное растение. Когда Люк добрался до нее, Лидия улыбнулась ему навстречу, не обращая внимания на длинные царапины на руках и кровь, проступившую сквозь чулки.

— Посмотри. Прекрасный маленький экземпляр шафрана. Он вырос с открытой жестянкой, выброшенной каким-то незадачливым переселенцем. Неизвестный ботаник, должно быть, оплакивает потерю своих драгоценных семян. О, как он переживет это горе? — торопливо спросила Лидия, ее очки вопросительно блеснули.

Она протерла их, когда Люк помог ей подняться на ноги.

— Что это делает Ариэль? — нахмурившись, поинтересовалась Лидия, вглядываясь вдаль, на шесть лошадей у подножья холма.

— Пытается убить себя, старается сделать это со времени отъезда из Форта Ларами, — сквозь зубы сказал Люк. Он осторожно выбирал путь между камней. — С тех пор, как она открыла темные пятна на сияющем образе Тадеуса.

— Оставайся здесь.

— О, боже. Ты уверен, что я ничем не могу помочь? — озабоченно спросила Лидия. Когда он тряхнул головой, она села, спрятала свою находку и посмотрела на Ариэль.