Уже на бегу отметил, что небо над головой стало сереть, за несколько минут оно вернуло свой закатный багровый румянец. Сейчас он казался мне более красным, чем обычно.

Мы петляли переулками и наконец прорвались к берегу реки. Только там я позволил себе выпустить руку Амелии и отдышаться. Сердце громко стучало в груди, заходясь от бега, дышать было больно. Нет, определённо пора подтягивать физическую форму, это ж никуда не годится! Никса, что ли, попросить, он ведь не откажет, только рад будет. Питание сейчас хорошее, будет на чём нарастить немного мышц, а то раньше при всём желании такой возможности не было.

Перевёл взгляд на Амелию: девушка чувствовала себя примерно на одном уровне со мной, разве что неловко придерживала грудь. Видимо, бежать с таким богатством было не особо приятно. Подруга вопросительно посмотрела на меня, как будто чего-то ждала.

— Что? — рвано выдохнул я.

— Ты… в порядке? — так же с перерывами на вдох, спросила Амелия.

Я сначала не понял смысла вопроса, а потом вспомнил, что у самой девушки после того заклинания шла кровь из носа. Рефлекторно провёл рукой по лицу, но кроме пота ничего на коже не осталось. Пожал плечами, отмахнулся.

— Всё в порядке.

— Да в каком порядке ты можешь быть?! — слегка противореча самой себе, почти закричала подруга, смотря на меня уже со злостью. — Это же невозможно! Ты уже должен был упасть без чувств от таких растрат магии!

Прислушался к себе. Тошнило — это да, в желудке странная тяжесть ощущалась. Но готовым упасть в обморок я себя не чувствовал, поэтому только поморщился.

— Радуйся, — хмыкнул. — Если бы я упал, ты бы меня не дотащила.

— Дурак, — буркнула Амелия. И всё-таки смотрела подруга на меня со смесью восхищения и подозрения. Только вот в чём она меня подозревала, я так и не понял. — Но как ты так…

— Не сейчас, — я резко оборвал её на полуслове.

Девушка послушно закрыла рот, как будто и сама ещё толком не знала, что же ей хочется у меня спросить. Мы молча вышли к дороге, я поймал первого же попавшегося извозчика, назвал адрес дома Амелии. В пути мы не проронили ни слова, смотря каждый в свою сторону.

— Спасибо, — сдавленно проронила девушка, когда повозка остановилась.

— Мне стоит говорить, что всё произошедшее не должно стать достоянием общественности? — витиевато спросил я, пытаясь ажурной формой слов скрыть некоторую их грубость. Но молчание Амелии было для меня необходимо как воздух. Срываться в академию было ещё рано, я здесь не все дела настроил.

— Да, конечно, — уж кем-кем, а дурой подруга детства не была никогда. — Мог и не говорить, я всё понимаю, — её голос дрогнул. Видимо, вспомнила, что именно я сделал. Но будь у меня шанс прокрутить время назад, поступил бы точно так же. Жизни эти твари точно не заслуживали.

— Сегодня был чудесный день, — решил я слегка смягчить свои слова. Глянул на девушку с некоторой задумчивостью. — И, кажется, пройдёт не так много времени до тех пор, как мы вновь встретимся, но уже в столице.

— Я тоже так думаю, — в глазах девушки что-то сверкнуло, но так быстро, что я не понял, что же это было за чувство. — Ну, а пока, до завтра.

Она потянулась ко мне, коснулась щеки горячими сухими губами. Я улыбнулся ей, помог спуститься с повозки. Проводил глазами, удостоверился, что она зашла домой. Только после этого приказал извозчику ехать к поместью.

Но стоило дому Амелии скрыться за углом, как меня накрыло. Резко бросило в пот, кисти рук обдало холодом, я задрожал. Перед глазами заплясали черные точки, желудок сжался, желая как можно быстрее расстаться с содержимым.

— Останови! — прохрипел я извозчику.

Как только карета замерла, я зайцем кинулся к ближайшей канаве, где меня вывернуло. Приступы рвоты продолжались, пока желудок не простился со всем, что в нём было, и немного больше.

Кое-как отдышавшись, я доковылял до повозки, тяжело опёрся рукой на дверцу.

— Господин, вы там как? — раздался обеспокоенный голос извозчика.

В сгустившихся сумерках я различил его блестящие глаза.

— Нормально, сейчас пройдет. Чего-то не то съел, — криво усмехнулся в ответ.

Чувствовал я себя отвратно. Как морально, так и физически. Те пятеро уродов не только убили моих родителей, но и сделали ещё одну отвратительную вещь — из-за них я стал убийцей. И лёгкость, с которой мне далось это решение, слегка напрягало. Не припомню за собой столь хладнокровного отношения в былые времена.

Из последних сил забрался в повозку, скомандовал ехать дальше. Дрожь усиливалась — судя по всему, пришёл тот самый откат, который так ждала Амелия. Всё-таки столь большой объем израсходованной магии не мог пройти для моего тела незаметно.

К поместью приехал уже совсем в темноте. И первым меня прямо около забора заметил стоящий там в гордом одиночестве Никс. От его сурового взгляда я не ждал ничего хорошего. В голове сама собой проскочила мысль о том, что, послушайся я его и возьми-таки воинов, то ничего бы этого не было. Но только на этот раз я был склонен считать, что текущий вариант событий был лучшим раскладом.