Приняв это решение, Мейс глубоко вздохнул, успокоился и вернулся в палатку.

— Давай забудем об этом разговоре. Я — прежде всего врачеватель. Адельядо мне голову оторвёт, если я не вылечу тебя. Ты должна вернуться в Академию в полном здравии. Так что, давай-ка продолжим лечение.

Илонна закрыла глаза. Мейс принялся водить над ней раскрытыми ладонями, примешивая к жизненной энергии чуточку того, что называется животным магнетизмом. Пусть не сразу, но это подействует. И тогда уже Илонна не будет вспоминать при каждом случае рыжего Дилля.

Придя в сознание Дилль понял, что вновь не владеет собственным телом. В который уже раз он испытывал это ужасное ощущение. Впервые это случилось, когда Тринн вознаградила его драконьим даром — тогда ему пришлось разбираться с драконьей магией. Затем, когда хивашская магия сделала его рабом пакостного заклятья. И вот теперь снова.

Его организм работал — он дышит и слышит звуки. Глаза, наверное, тоже функционируют, но проверить это Дилль не мог — веки отказывались подниматься. Как отказывались сгибаться руки и шевелиться пальцы. Он снова ничем не мог управлять.

Он постарался успокоиться и размышлять трезво. В первый раз, по словам Тринн, он определялся с принадлежностью магии и выбрал огонь. Соответственно, сейчас ему тот способ ничем не поможет. Во втором случае ему помогла драконья магия, заблокировавшая хивашское заклятье на время, необходимое ему для схватки в астрале. Значит, всего-то и нужно, что пробудить в себе драконью ярость.

Дилль услышал мелодичный женский голос. Неведомая женщина говорила на каком-то хивашском наречии — или на другом языке, очень похожим на язык пустынников. Она предлагала кому-то доставить ей удовольствие, и тогда она отпустит пленного. Послышались звуки шуршания одежды и падающих на камень доспехов, затем пара куда-то удалилась. Вскоре послышались лёгкие шаги, а до обоняния Дилля донёсся тонкий аромат. Женщина ушла. Одна. А куда делся её… э-э-э, любовник? Отпустила, должно быть, как и обещала.

Кто она? И чем таким она пригрела Дилля, что он не только отключился, но и стал беспомощным пленником? Ответов на эти вопросы у него не было. Разве что всплыло в памяти предупреждение Эмгерея о какой-то пустынной деве. Вот же невезуха! Похоже, именно к этой деве Дилль и угодил.

Хотя, что в том страшного? Судя по всему, эта дева так страдает от одиночества, что готова совокупляться с первым попавшимся путником. Дилль уже сообразил: тот, кому она предлагала доставить ей удовольствие, один из хиваши, что едва не нашпиговали Дилля стрелами. Интересно, скольких она заграбастала? И когда очередь дойдёт до самого Дилля?

Сколько времени прошло, он не знал. Вновь послышались шаги, вновь до него донёсся тонкий аромат. Неподалёку раздалось лёгкое потрескивание — словно в воздухе летала одна из тех крохотных молний, которыми так любил швыряться в учеников покойный мастер Китан. А потом послышались грубые хивашские ругательства.

— Мерзкая нежить, ты не получишь мою душу!

— Тогда я получу твоё тело.

Звуки короткой схватки, продолжительный стон, странное шипение. И падение чего-то. Кто победил? Дева или воин?

Снова потрескивание.

— Надеюсь, ты будешь благоразумнее своего товарища.

Всё ясно, воин был повержен. Однако, что за дева такая, если за пару секунд убила мужика?

— Госпожа, отпусти меня, — послышался прерывающийся мужской голос. — Три жены и восемь детей ждут меня.

— О-о, три жены? Тогда ты должен знать толк в плотских удовольствиях. Покажи мне, что умеешь.

— Госпожа, я всего лишь воин.

— Я отпущу тебя на свободу.

— Но ведь… ты убиваешь всех.

— А тебя отпущу, если не разочаруешь меня.

— Я постараюсь, госпожа.

Дилль услышал, как они ушли. Одержимая какая-то, эта дева. Любовь ей подавай!

Похоже, этот воин оказался ещё худшим любовником, чем первый, потому что незнакомка вернулась обратно очень быстро, при этом ругаясь и шипя, как вскипевший чайник. Дилль понял так, что бедолага её разочаровал.

— Вонючее пустынное мясо! Вы ни на что не способны — только скакать на косматых конях и махать своими жалкими мечами.

Снова потрескивание неведомой магии, и ещё один пленник удостоился чести оказать любовные услуги. Им, к изумлению Дилля, оказалась женщина — видимо, одна из хивашских колдуний. Деву ничуть не смутило, что предполагаемый партнёр одного с ней пола.

Послышался резкий свист, грохот, и сквозь закрытые веки Дилль увидел яркую вспышку. А потом послышался голос девы:

— Какая глупая затея. Забыла, что теперь твоя магия — это моя магия? Всё, что ты направишь против меня, обернётся против тебя. Желаешь продолжить?