— Так это же из магазина его благородия. В центре, называется «Кузнецкие сласти».

— Спасибо. Обязательно зайду.

Конюх выводит Эклера. Скакун выглядит сытым, довольным и готовым к новым свершениям. Даже копытом бьёт, не терпится в дорогу.

Ну, мы и отправляемся галопом. Тем более что поместье губернатора за городом, можно скакать с какой угодно скоростью. Это на улицах городовые ругаются.

Добираюсь до места, называю себя, и гвардейцы без проблем проводят меня в поместье. Я действительно уже бывал здесь, на той благотворительной новогодней ёлке. Правда, в тот раз нас пускали только в бальный зал и туалетные комнаты для слуг. А в этот раз меня ведут на второй этаж, где располагаются, как я понимаю, рабочие помещения.

Когда гвардеец стучит, из-за двери доносится неожиданно мягкий мужской голос:

— Войдите.

Солдаты впускают меня, а сами остаются снаружи.

Сидящий за столом мужчина не похож на офицера. Невысокий, узкоплечий, с собранными в хвост длинными волосами. Смазливый какой-то. Я ожидал увидеть кого-то вроде Демьяна Мастифина.

Единственное, что выдаёт в нём военного, это мундир. И тот висит на спинке стула.

— Присаживайтесь, молодой человек, — не отвлекаясь от написания какого-то письма, говорит Мережковский.

По дороге, кстати, я спросил у гвардейцев, как имя-отчество капитана. Николай Павлович.

— Итак, что у вас за дело? — продолжая писать, спрашивает Николай.

— Так получилось, что у меня есть ваша расписка на семнадцать тысяч рублей.

— Я так и подумал, — говорит капитан.

Достаёт из ящика конверт с деньгами и бросает на стол. На меня даже не смотрит.

— Забирайте. Оставьте расписку и уходите.

— Так мне не нужны деньги, ваше… простите, как вас правильно?

Мережковский наконец-то обращает на меня свой взор.

— Я простолюдин, как и вы, хоть и занимаю высокий пост. Можете обращаться по имени-отчеству или «господин», как угодно.

— Хорошо, Николай Павлович. Полагаю, я вас заинтересовал? — позволяю себе нахальную улыбочку.

— Вы правы. Раз деньги не нужны, чего вы хотите?

— Да ничего, пока что, — пожимаю плечами. Достаю расписку и кладу на стол. — Забирайте. Но когда мне понадобится услуга, я к вам обращусь.

— Необычайно дальновидный подход для безродного, — капитан чуть опускает брови, постукивая ручкой по столу.

— Сочту за комплимент. Так вы согласны?

Мережковский недолго думает и кивает. Убирает деньги, расписку и откидывается на стуле.

— А хотите водки? — вдруг спрашивает он.

Киваю, хотя, вообще-то, не хочу. Водку я ни разу не пробовал, но слышал, будто это редкая гадость. Единственное её достоинство в том, что знатно даёт по шарам. Соглашаюсь только ради приличия, человеку такого ранга нехорошо отказывать.

Капитан зовёт слугу, и тот вскоре приносит нам запотевший графин с двумя рюмками и нарезанным лимончиком.

Николай наливает до краёв и берёт свою рюмку.

— За знакомство, Ярослав.

— За знакомство.

Я ж не представлялся… Должно быть, Кузнечиков назвал моё имя.

Опрокидываю рюмку и удивляюсь. Фу, гадость какая. Закусываю лимончиком, чтобы перебить мерзкий вкус.

— Расскажите немного о себе, — говорит капитан. — Чем занимаетесь, помимо участия в подпольных боях?

Кузнечиков, говнюк. Всё растрепал. Скоро весь город поймёт, что боец Рыжий Кот и Ярослав Котов — одно и то же лицо.

Впрочем, как уже говорил, я не стеснительный. Пофиг.

Рассказываю. Сирота, собираюсь стать охотником «Урагана», пойти в подразделение «Азъ». Особо и добавить-то нечего.

— А что насчёт вашего происхождения? — интересуется Мережковский.

Да блин…

— Это ещё не точно, Николай Павлович.

— Может, я могу как-то помочь?

— Может быть. У вас есть связи в Астрахани?

— У меня есть связи по всей России, Ярослав. Что конкретно вам нужно?

— Доказать, что я бастард барона Мурлыкина.

Решаю не скрывать. Всё равно капитан узнает, если захочет. А так, возможно, я заручусь его поддержкой.

— Не слышал про такого, — говорит Николай и снова наливает нам водки. — Попробую что-нибудь разузнать… Вы, значит, хотите отправиться в Астрахань?

— Хочу. Надо только закончить пару дел здесь.

— Понятно. Тогда позвольте подкинуть вам ещё одно дельце, — капитан поднимает рюмку.

Чокаемся, выпиваем, и Николай начинает объяснять:

— Как вы понимаете, Ярослав, у человека моего положения много врагов. Особенно учитывая, что я безродный. Одним из этих врагов был Бердыш. Он намеревался шантажировать меня, пользуясь распиской. Я, хм, одно время испытывал трудный период в жизни и пытался забыться в выпивке и азартных играх. Ставки на бои неплохо возбуждают.