– А ты, оказывается, умеешь льстить. Ладно, оставим лирику для нашей встречи. Когда тебя ждать?

– Завтра.

– Где?

– Раз ты мучаешься желудком, так сиди дома и держи под кроватью горшок.

Я приеду в полдень и привезу тебе отличное снадобье.

– Отравить хочешь? – засмеялся он.

– Я выпью то же самое на твоих глазах.

– Ну, ты известная фокусница! – не переставал смеяться Вах. – Кстати, вчера звонил Дон. Для тебя тоже есть кое-какие новости, но не телефонный разговор. До завтра.

«Если это не блеф и Дон действительно звонил ему, то шеф вполне мог сообщить мой телефон. Они теперь с Вахом компаньоны. Должны доверять друг другу. Если дача принадлежит Ваху, тогда он в курсе моего разговора с Борзым. А значит, мог передать его содержание Донатасу. И тогда надо сматывать удочки, ехать во Львов, идти под венец, разливать в бутылки дешевое венгерское вино».

Иван ночевал в гостинице, и она не стала его дожидаться. Зарядила пистолет, бросила его в сумочку. Быстро приняла облик Инги и спустилась вниз.

Она направлялась к Летнему саду. Ноги сами несли туда, где можно уединиться, пошептаться с беломраморной Талией. Это всегда поднимает ей настроение, особенно, когда она гуляет по Летнему в парике и с мушкой на носу.

Но сегодня она нарядилась не для того, чтобы потешать богов и богинь.

Аида смотрела на часы. Половина двенадцатого. Скоро полдень. Завтра в полдень она встречается с Вахом. Завтра может быть поздно. Тот, кто устроил ей ловушку на даче, должен бы поторопиться. Пошли четвертые сутки, а она все еще ходит по этой земле. И не просто ходит, а замышляет ответный удар. Он не может об этом не догадываться.

Не дойдя до Летнего сада, она взяла такси я бросила шоферу:

«Литовский!»

Знакомый лифт с деревянными дверками доставил ее к массивной двери, обитой черной кожей.

Еще никогда ей не приходилось действовать так, на авось.

«Мадьяр пришел бы в восторг. Это слишком на него похоже, а я, кажется, начинаю заражаться его глупыми мальчишескими выходками!»

Ей открыла пожилая женщина в строгом черном платье с длинными рукавами.

У нее были широко расставленные глаза, наполненные теплым светом.

– Валентин Алексеевич дома? – спросила Аида.

– Валя болеет, – тихо сказала женщина. – Вы по важному делу?

Получив утвердительный ответ, она вздохнула, как бы говоря «что ж теперь поделаешь», и впустила Аиду в прихожую.

Девушка осмотрелась. Похоже, что в квартире, кроме хозяина и пожилой дамы, больше никого не было. И во время первого визита к Ваху ее тоже поразило отсутствие охраны. Это озадачивало. На верном ли она пути?

– Валя, к тебе девушка! – услышала Аида. – Блондинка. Очень красивая.

В ответ раздалось что-то малоразборчивое, после чего женщина опять появилась в прихожей и пригласила ее войти в комнату, а сама удалилась на кухню.

«Неужели мать? – пронеслось в голове у Аиды. – У Ваха очень милая, интеллигентная мамаша? Только этого мне не хватало!»

– Вот не ожидал! – удивился хозяин. Он развалился в широком кресле. На нем был черный махровый халат.

«Они заранее вырядились в траур!»

– Мы же, кажется, договорились на завтра.

– Ты меня расстроил своей болезнью. Я чувствую себя немного виноватой.

– Такая девушка, как ты, беспокоится обо мне? – засмеялся Харитонов. – Не верю!

– Зря смеешься! – Она по-прежнему стояла, хотя он предложил ей сесть в кресло напротив. Она раскрыла сумочку и коснулась холодной рукоятки пистолета.

– Просто я тебя заинтриговал информацией от Донатаса. Вот причина твоей поспешности.

– Я не любопытна. – Она закрыла сумочку, выудив из нее пузырек с какой-то мутноватой жидкостью. – Вот лекарство, которое я обещала.

– Убери! – взмолился Вах. – Я уже не могу смотреть на лекарства. И тебе не надо ни в чем себя винить. У меня всего-навсего открылась язва.

– У тебя язва желудка?

Он громко выпустил изо рта воздух, запрокинул голову к потолку и воскликнул:

– Господи! Почему с такой красивой девушкой я вынужден говорить о своих болячках?! Садись и давай поговорим о чем-нибудь другом!

Она наконец приняла приглашение и тоже развалилась в мягком, уютном кресле.

– Вам кофе сварить? – заглянула к ним в комнату пожилая дама.

– Спасибо, не стоит. Я вполне обошлась бы стаканом воды.

– Тогда минералки!

От Аиды не укрылось сильное волнение женщины.