Подозрительно быстро, кстати говоря. То, что у Наты стоит «игра», я знал, но неужели она есть и у Лины?

Я продолжал драть ее, а она двигала тазом мне навстречу, она уже не стонала, а тонко выла на одной ноте, но я взял темп и не собирался его сбавлять. В таком темпе я мог трахаться сколько угодно долго, даже без резинки. Честно говоря, я уже не помню, когда в последний раз занимался сексом в презервативе, разве что в подростковом возрасте. Сейчас, когда все заболевания, передающиеся половым путем, включая ВИЧ и гепатит? научились вполне успешно лечить, бояться оставалось только незапланированной беременности. Ната принимала колеса, уверен, что ее подруга тоже. В крайнем случае, можно будет купить что-то для экстренной контрацепции.

Минут через пять Лина вновь заорала, да так, что, наверное, подняла на уши всех соседей. Она кончила во второй раз. Ната выгнулась и застонала одновременно с ней. Она определённо проигрывает своей подруге. Наверное, дело в том, что я не участвую в процессе.

Я схватился руками за бедра девушки, так, что от них наверняка останутся синяки, она закричала уже не только от удовольствия, но и от боли. Еще бы, я не до конца научился контролировать свои новые киборгизированные руки, так что допускаю, что вцепился в нее слишком крепко. И уже не двигался сам, а только натягивал ее на свой член, раз за разом, погружаясь все глубже и глубже, засаживая ей по самые яйца.

— Сзади хочу! — крикнула она.

Решив, что в этот раз желание женщины для меня закон, я вышел из нее, перевернул, встал на кровать коленями, чтобы оказаться примерно на одной высоте, и снова вошел. Ната, продолжавшая яростно мастурбировать, теперь оказалась прямо перед лицом своей подруги. Ну, вернее, ее промежность оказалась там. И тогда я слегка наклонил Лину, чтобы она могла доставить удовольствие и моей девушке.

— Стой! — крикнула она, повернула ко мне голову. — Ты что делаешь?

— Ну, я…

— Мы не лесбухи и лизать друг другу не будем, понял? — она вдруг усмехнулась. — Придержи свои фантазии!

— Понял, принял, обработал, — пожал я плечами.

— Раз понял, то продолжай! Ну!

И я продолжил. Схватился за ее ягодицы, ущипнул, а потом шлепнул. Не что было сил, с моими новыми руками это могло закончится плачевно, но красный след от моей ладони на ее попке все равно остался. Она тонко взвизгнула и вдруг попыталась вывернуться, но я не дал ей его, и принялся драть, но уже сзади. Сок стекал по ее ногам, и на постельном белье уже образовалось влажное пятно.

Скоро она кончила два раза подряд, визжа, что было сил, но я на этом останавливаться я не собирался. Обычно, когда я беру девушку сзади, то кончаю достаточно быстро, но сейчас я работал как заведенный, и даже еще не был близок.

Навык эротического искусства повышен на 1.

Приятный бонус. Хорошо, когда твои усилия ценят.

— Все, я больше не могу! — вдруг простонала Лина. — Я вся обкончалась уже! Ты вообще собираешься заканчивать?

Впрочем я в этом вопросе не нуждался, потому что двинулся еще несколько раз и стал кончать. Мощно, так, что даже запульсировало в ушах, прямо в Лину, даже не пытаясь вынуть свой член. Плевать, что там будет.

А потом я толкнул ее от себя, и она завалилась на кровать. Перевернулась, дотронулась до промежности, собрала немного моей спермы и сунула палец в рот.

— Горькая, — сказала она. — Сразу видно, ЗОЖ — это не про тебя. Ты бы хоть ананасы ел бы что ли.

— Да я его только на картинках видел, этот ананас, — проворчал я, уселся на кровать, а потом и лег так, что моя голова оказалась у Наты между ног.

Подо мной было влажное пятно, еще одно расплывалось под Линой, из нее вытекало мое семя. Придется кому-то заказывать клининг.

— У тебя, что, «игра» стоит? — спросил я.

— А ты думал, — ответила за нее Ната. — В нашем отделе из тринадцати девчонок только у двух ее нет. Но одна из них лесбиянка, а вторая замужем, с двумя детьми, и ей муж не разрешает.

Она наклонилась над прикроватной тумбой, открыла ее и достала бутылку текилы. Приложилась сама, передала Лине. Та сделала глоток, а потом отдала бутылку и мне.

— Да вашу ж мать, — проговорил я, качая головой, и выпил этой мексиканской водки. Крепкая аж слезу выбила. — Вы и любовь сделали насквозь синтетической.

— О какой любви ты говоришь? — спросила Лина. — Это просто трах, и все, ничего больше.

— Ничего больше? — я повернулся к Нате. — А у нас с тобой тоже ничего больше?

— Можно я не буду отвечать на этот вопрос? Если не заставишь, я сделаю тебе лучший минет в твоей жизни.

— А я присоединюсь, — ухмыльнулась Лина и ткнула локтем мне в бедро.

От этих слов у меня снова встал. Хотя, честно скажем, у кого не встал бы? Ната это заметила, потянулась.

— Давай теперь меня? — предложила она, сделала еще глоток из бутылки и провела языком по губам, слизывая остатки текилы. — А она пускай посмотрит…