Вот это была более чем интересная информация. Мало того, что в Хогвартсе раньше преподавали некромантию, так ещё и существовали специально отведенные для практических занятий помещения с мощной защитой. Возможно, что двусторонней. Теперь понятно почему директор распорядился централизовано распределять аудитории между студентами для самостоятельных занятий. Видимо, далеко не везде даже он сможет пройти, если учащиеся захотят окопаться и забаррикадироваться.

– Думаешь, по этой причине мои артефакты и разрушаются?

– Уверена в этом, - хмыкнула Джулия, - К тому же, в этом помещении я не смогу находиться в виде теней, да и в целом мои возможности будут очень ограничены… Даже физические.

– Плохо, - задумчиво пробормотал я, - Интересно, почему Дамблдор выделил им именно это помещение?

Усмехнувшись, Джулия покачала головой:

– Давай подумаем… Есть в замке один мальчик, что имеет привычку убивать неугодных профессоров, химер, уничтожать ценные артефакты да ещё и разит магией смерти… Только не надо отвечать сразу – подумай как следует, ведь вариантов настолько много, что глаза разбегаются…

– Давай без сарказма, - скривился я, - И так ощущение такое, будто скоро проблемы начнутся.

– Можешь считать, что уже начались, - фыркнула вампирша, - Эти детишки всё думают как тебя к себе затянуть. Я смогла кое-что узнать из их разговоров в вашей гостиной и в коридорах. Но… Этот вопрос поднимался, будто бы, сам собой. Полагаю, что не просто так Дамблдор периодически посещает выделенное им помещение. Возможно, что оставляет там какие-то артефакты, но не факт.

– Кстати, а как системы замка пропустили действие ментальных артефактов в прошлом году? – поинтересовался я у вампирши.

– Точно так же, как и меня, - пожала плечами Джулия, - Кто-то создавал их с учетом своего знания о возможностях оборонительных и наблюдательных систем крепости…

– Ладно. Тогда как нам получить информацию? – задумался я, - Ну не «языка» же брать и устраивать экспресс-допрос?

– Это куда безопаснее и реалистичнее, чем пытаться проникнуть в подобные помещения, - хмыкнула Джулия.

Покосившись на неё, я усмехнулся:

– Безопаснее говоришь? Ты сможешь закрыть от контроля и наблюдения коридор и пару аудиторий рядом с ним?

– Что? – удивилась Джулия, - Я пошутила!

– А я нет! Так сможешь?

Вампирша возмущенно замахала руками:

– Ты псих! Никаких пленников и допросов!

– Джулия, - улыбнулся я девушке, подходя как можно ближе, - Ты же высококлассный специалист.

– Не старайся! Я на это не поведусь! – возмутилась вампирша.

– Джулия, если ты не станешь мне помогать, то я займусь делом сам. Думаю, если меня на этом поймают, Селина тебя по головке не погладит.

– Ты придурок! – прошипела вампирша, - И сволочь! Ладно, Поттер, Тьма с тобой… Что ты задумал?

* * *

Гермиона пребывала в далеко не лучшем настроении. Всё шло совершенно не так, как она хотела. В группу, организованную её усилиями, пришли не те, кто хотел стать коллективом, объединённым общей целью, а совершенно другие личности, ищущие лишь силы и знаний, но не более. И, возможно, со временем их отношение и удалось бы поменять, но беда заключалась именно в отсутствии времени. Ни ей самой, ни остальным членам только зарождающейся организации не удавалось найти в библиотеке материалы, что позволили бы им всем совершить рывок в своем развитии как волшебникам. Методичка, которую дал Поттер, тоже имела свои подводные камни и без его помощи, как предполагала Грейнджер, с ними не разобраться.

Да и потом, этот материал тоже не бесконечен. Стоит окончательно освоить содержимое тонкой брошюрки, как новоиспеченный коллектив распадется. А знания, способные не дать этому произойти, есть у Поттера. Он же, после возвращения с каникул, окончательно замкнулся в себе, почти не общался с окружающими, ограничиваясь компанией Невилла, парочки человек с Когтеврана, да студентов Слизерина – Гринграсс и Забини.

Порой девочка задумывалась о том, почему вообще решила организовывать эту группу, приносящую одни лишь проблемы. И если в первые недели данный вопрос мучал её во время каждого собрания, то теперь почти покинул разум Грейнджер. Данный факт беспокоил её, как и тот факт, что она стала достаточно спокойно относиться к Уизли, Томасу и Финнигану, которых ещё несколько месяцев назад попросту презирала.

Однако, стоило начать задумываться об этом, как начинала болеть голова, а сознание затуманивалось. Через пару часов всё приходило в норму и она возвращалась к рутине своей жизни – учебе и собраниям группы. В первые разы Грейнджер даже умудрялась добрести до Больничного Крыла, но мадам Помфри лишь пожимала плечами и выдавала наборы зелий, говоря о переутомлении.

Редкие мысли о том, чтобы обратиться за помощью к Поттеру вызывали ещё большую боль, а порой и тошноту, доходящую до рвоты. После каникул ситуация поменялась и девочка вообще перестала замечать за собой странности, а всё происходящее стало почти нормой.