Фадж задумался, крутя между пальцами «Паркер». Зато слово взял Гонт.

– Возможно, есть смысл создать штаб на острове-горе Бееренберг? Местность трудно доступная для маглов. Местных жителей нет… Тайно расположить там системы наблюдения не выйдет… Во всяком случае, простецам.

Ярослав задумался, а затем фыркнул:

– Тогда уж подойдет и остров Медвежий или, если так хочется промерзнуть, Северо-Восточная Земля… Там точно вы не найдёте никого, кроме белых медведей.

– Это уже слишком… радикально, - покачал головой Марволо.

– Знаете, мне кажется, что Бееренберг и Медвежий куда лучше подходят для размещения штабов, - вздохнул Фадж, - При всём моём уважении, но размещать столь важные объекты на территориях маглов, где они смогут выявить нас с помощью своих детекторов…

– Вы же смогли испортить им игру, - усмехнулся русский, - Впрочем, вариант с безлюдным островом и мне кажется куда более выгодным. Учитывая численный перевес простецов, нам лучше делать ставку на скрытность…

Дальнейший разговор шёл уже в куда более конструктивном русле. Во всяком случае, Корнелиус и Ярослав, а так же присоединившийся к ним Марволо, обсуждали детали грядущего строительства в полярных условиях, требования скрытности и безопасности…

Наблюдая за ними, Сириус не мог избавиться от ощущения надвигающейся беды. Нет, не той, что уже стучится в двери, а нечто более далекого, но не менее опасного.

В целом, ситуация с маглами сейчас выглядит практически патовой. Проведенные невыразимцами ритуалы, привели к тому, что энергетический фон стал постоянно расти. Причем, эти меры оказались применены не только в Британии, но и на континенте. Русские, как выяснилось, первыми осознали степень угрозы и начали действовать на упреждение. Они не стали мендальничать и воспользовались гражданской войной, охватившей их страну. Из-за этого почти десяток миллионов маглов оказались на их алтарях, а магический фон в России скакнул в десяток раз. Из-за этого страну захлестнула волна прорывов низшей нежити и мелких демонов, принявшихся вселяться в простецов, а затем начались и самопроизвольные поднятия мертвых. Понятно, что не всех, а лишь свежих, ибо голый скелет сам по себе двигаться не сможет, сколько его энергией не накачивай. Однако, этого хватило, чтобы Синод начал попытки связаться с Земским Собором и Советом Князей, но те предпочли отказаться от встреч, здраво рассудив, что святым отцам, что рискнули присоединиться к международному проекту «Виктория», доверять не стоит.

В начале сентября аналогичные ритуалы оказались проведены и в Британии, затем Франции, а потом уже и в Германии. Из-за этого активность магловского спецназа резко снизилась. Судя по всему, простецы выявляли волшебников с помощью своей техники, а теперь, когда приборы начали давать сбои, им стало заметно тяжелее находить новые цели.

Вместе с тем, в Евросоюзе начались проблемы с нежитью, нечистью и мелкими демонами, что принялись проникать в плотный мир через появившиеся прорехи. Из-за этого представители Ватикана неоднократно пытались устроить встречи с лидерами магических государств, но каждый раз получали отказ. Ведь, условием даже самого факта разговора между церковниками и магами была выдача всех участников проекта «Виктория», уничтожение документации, всех созданных в рамках этой структуры технологий и производств…

Ни Ватикан, ни лидеры магловских государств на такой шаг не захотели идти, что означало одно – подготовку к войне всеми сторонами. Фактически, она уже началась. Появились первые военнопленные, погибают солдаты и офицеры, пылают в огне полевые лагеря…

* * *

– Чемпион Хогвартса, - произнёс Дамблдор, разворачивая небольшой пергамент-артефакт, созданный Кубком Огня, - Гарри Поттер…

Директор удивленно замер, глядя на фамилию третьего участника турнира, а затем поднял взгляд. Посмотрев на меня, архимаг покачал головой, проведя рукой по длинной бороде, собранной в конце узлом с небольшим серебряным колокольчиком, после чего вновь уставился на пергамент.

– Похоже, что ты его смог удивить, - усмехнулся Невилл, сидящий рядом со мной.

Лаванда, сидящая напротив меня, откровенно фыркнула, но от комментариев воздержалась. После того, как ученикам стало известно об иглах-артефактах, она стала вести себя совершенно иначе. В поведении девушки стали появляться тщательно скрываемые страх и опаска.

– Мистер Поттер… Пройдите в помещение с остальными чемпионами, - справившись с собой, произнёс Дамблдор, нарушив тишину, царившую в Большом Зале с того момента, как директор озвучил мою фамилию.

Кивнув, я направился в указанном направлении.

Надо сказать, реакция учеников меня изрядно удивила. Причем, всех. Если Седрик Диггори выглядел расстроенным, Драко Малфой удивленным, то иные студенты Хогвартса – шокированными. Очень многие из тех, кто сейчас провожал меня взглядом, пытались пройти через купол, установленный Дамблдором, но не преуспели в этом. Полагаю, что сейчас они пытаются понять как мне самому удалось сделать это, да ещё и оказаться тем учеником Хогвартса, что оказался выбран на роль третьего участника турнира. Ведь, помимо меня и Седрика, записки в кубок успели кинуть ещё семеро старшекурсников. Остальные же, то ли в силу обилия информации о том, что именно представляет из себя это соревнование, то ли по каким-то иным причинам, предпочли к древнему артефакту не соваться.

Войдя в помещение, где уже находились Виктор и Флёр, я уселся на один из свободных диванов, благо, в просторном зале, куда нас отправили, их хватало.

– Тебя можно поздравить? – усмехнулся Крам, увидев меня.

– Да, - кивнул я, пожимая протянутую болгарином руку, - Играем честно или без правил?

Хмыкнув, парень покачал головой:

– Давай между собой честно играть. Всё ж, мы мужчины, а не крысы.

– Договорились, - усмехнулся я, отпуская руку Виктора.

Де Лакур же, уставившись на нас, демонстративно скривилась: