Осторожно спустившись вниз, я поморщился, когда пришлось ступить в ледяную воду. Высокие ботинки доходили мне середины голени, но уровень воды тут был значительно выше.

– Ты там жив? – раздался голос Сириуса, тоже включившего фонарь и оглядывающего помещение через люк.

– Да, - хмыкнул я, - Присоединяйся! Тебе понравится!

– Спасибо, я предпочитаю получать удовольствие с помощью женщин, - раздался ответ Блэка, - Буду здесь. Если появятся «бобби» или кто-то ещё – приму меры.

– Хорошо.

Оглядев помещение, я покачал головой и, почти не отрывая ноги от пола, дабы не напороться на что-то опасное, направился к стеллажу с металлическим ящиком средних размеров. Именно в него ещё летом сложили вещи, что когда-то принадлежали Лили Поттер.

Добравшись до стеллажа, я огляделся и, положив фонарь на полку, повернув его к лестнице, схватился за ручки этого контейнера. Ящик со скрипом оторвался от стеллажа, заставив меня тихо охнуть. Его вес мне и так был известен – мы с Верноном его специально подбирали так, чтобы при нужде я мог самостоятельно с ним справиться и без магии.

Сгибаясь под тяжестью своей ноши, я дотащил драгоценный груз до лестницы и поставил его на незатопленную ступень, после чего направился обратно к стеллажу. Там должен был находиться ещё один ящик – герметичный и противопожарный. В нём Вернон хранил дополнительно заказанные через нотариуса экземпляры всех семейных документов и запас наличности – порядка сорока тысяч фунтов стерлингов. Не миллион, но и не мелочь. Учитывая курс обмена с валютой здешних одаренных – порядка семи-восьми тысяч галлеонов. Цена обучения в Хогвартсе в течении четырех лет.

– Помогите…

Едва слышный шепот заставил меня замереть на месте, а затем развернуться, водя лучом фонаря из стороны в сторону. По помещению разошлись блики отражающегося от грязной воды света.

– Я здесь…

В этот раз голос раздался откуда-то сбоку, вынудив меня выхватить ещё один метательный нож, наполняя его своей силой. Символы языка мертвых, что я выгравировал на нем с помощью заклятий трансфиругации, мгновенно засветились серебром.

В подвале наступила тишина, нарушаемая лишь звуком капель, падающих откуда-то сверху. Я же, замерев на месте, прислушивался, пытаясь понять где враг. Правда, долго делать это не стоило. Ледяная вода не способствует здоровью и хорошему самочувствию. Мышцы ног уже начинает пробивать иголками, а зубы непроизвольно стучат.

Вернувшись к стеллажу и взяв фонарь, я принялся осматривать полки, но найти нужный ящик не удавалось. То ли Вернон его переставил, то ли кто-то его забрал. Впрочем, если так, то почему не унесли и контейнер с вещами матери?

Стоило мне задаться этим вопросом, как позади раздался скрежет и звук падения чего-то тяжелого в воду, вместе с которых послышался приглушенный водой металлический скрежет. Резко развернувшись, я увидел, что контейнер рухнул с лестницы и раскрылся, но ни книг, ни дневников в нём нет. Зато обнаружилось нечто иное…

Свет фонаря выхватил в черной воде мальчика лет десяти-одиннадцати на вид. Очень худого и бледного. Всклокоченные мокрые темные волосы, небольшие очки-велосипеды, одна дужка которых оказалась замотана изолентой, и ярко-зеленые глаза за ними.

На лбу ребенка имелся воспаленный шрам в виде руны Соул.

– Ты ещё кто такой? – опешил я, быстро создавая защитный кокон.

Встав, мальчик внимательно на меня посмотрел, окидывая взглядом зеленых глаз, а затем произнёс:

– Гарри Поттер, сэр… Кто вы и почему подвал дяди Вернона затоплен?

– Что? – ответ ребенка и последовавший за ним вопрос меня попросту выбили из колеи.

В этот момент мальчик сделал несколько шагов ко мне, протягивая руки:

– Мне очень холодно, мистер. Не могли бы вы мне помочь?

Одновременно с этим я увидел, что это существо начало меняться. Его руки и ноги удлинились, черты лица размазываться, в широко открытом рту все зубы превратись в нечто треугольное, острое, а из глаз исчезла зелень, сменившись черными провалами, уходящими куда-то в Бездну.

Быстро создав «Сферу Смерти» я бросил её в эту тварь, но это нечто умудрилось рывком уйти в сторону. Причем, сделало это с такой невероятной легкостью, словно бы и не находилось в воде, стесняющей движения. В следующее мгновение оно налетело на меня, подобно машине смерти, заставляя упасть спиной вперед в ледяную воду. Щит не задержал его ни на мгновение – просто рассыпался, а вся вложенная в него сила впиталась тварью. Фонарь отлетел куда-то в сторону, из-за чего темнота оказалась беспросветной.