Остановить процесс было трудно, но, в конце концов, сделать попытку должна была Ванджит и только Ванджит. Они могли помочь, что-то посоветовать, но он выделил две полные недели, в течении которых связывание было ее и только ее.

Облака стояли низко в то утро, когда вернулась Эя. Все собрались внутри, убегая от северного ветра, такого холодного, словно пришла зима. Маати знал, что это не так. До зимы еще недели жары и восходов солнца. Тем не менее, часть его сознания не могла не сказать, что такое изменение погоды — предзнаменование. Хорошее, сказал он себе. Изменение, смена времени года, нормальный порядок, лежащий в основе мира: именно его он пытался увидеть в небесной крыше, низкой и серой. А не предчувствие бесплодной зимы.

— Странные новости, — сказала Эя, пока они разгружали повозку. Ящики с соленой свининой и мукой, канистры со специями и твердым сыром. — Гальты расхаживают по Сарайкету так, словно завладели им, но что-то пошло не так. Не могу сказать, думает ли мой брат, что девушка — полная уродина, или у нее случился приступ, когда она увидела его, но что-то пошло не так. Прошло слишком мало времени, никто ничего толком не знает. В следующий раз я узнаю точнее.

— Все, что вредит ему, помогает нам, — сказал Маати. — Что бы это ни было, это хорошо.

— В точности моя мысль, — сказала Эя, но ее голос стал мрачным. Он принял позу вопроса, она не ответила.

— Как идут дела? — вместо этого спросила она.

— Хорошо. Очень хорошо. Я думаю, Ванджит готова.

Эя остановилась и вытерла рукавом лоб. Она выглядела старой. Сколько зим она видела? Тридцать? Тридцать одну? Ее глаза глубже, чем в тридцать зим.

— Когда? — спросила она.

— Мы ждали только тебя, — сказал он и попытался пошутить: — Ты привезла вино и еду для праздника. Так что завтра мы должны сделать что-то такое, что стоит отпраздновать.

Или оплакать, подумал он, но не сказал вслух.

— Ради всего святого, не говори Баласару, — сказал Синдзя. — Он не должен знать об этом.

— Почему? — спросила Идаан, сидевшая на краю кровати солдата. — Что он сделает?

— Не знаю, — сказал Синдзя. — Но что-нибудь кровожадное и ужасное. И эффективное.

— Перестаньте, — сказал Ота. — Просто перестаньте. Я должен подумать.

Но пока он сидел, положив голову на руки, ясность ума так и не пришла. История Идаан — путешествие на север после ссылки, появление Семая у ее порога, вновь вспыхнувшая любовь, разрыв Маати с товарищем-поэтом и его возвращение — воспринималась как старая поэма или тщательно сконструированный рассказ. Если бы не было пиратов, Аны и ее отца, его собственного сына, заговора между Ялакетом и Обаром и вторжения западников, он мог бы наслаждаться этим рассказом.

Но она пришла к нему не с рассказом. А с угрозой.

— Какую роль в этом играет Семай? — спросил он.

— Никакую. Он не хочет иметь с этим ничего общего. Как и, кстати, с моим приходом сюда. Я оставила его присматривать за делами, пока не заплачу тебе долг. Потом я пойду домой.

— Это может сработать? — наконец спросил Ота. — Идаан-тя, сказал ли Маати что-нибудь такое?

Его сестра приняла позу отрицания с оттенком неуверенности.

— Он пришел к Семаю за помощью, — сказал Синдзя. — А это, по меньшей мере, означает, что ему нужна помощь.

— И Семай не согласился ему помочь, — сказала Идаан. — Но он не хочет, чтобы Маати повесили. Он выгнал Маати до того, как тот сказал мне, кто его поддерживает.

— Что заставляет тебя думать, что у него есть поддержка?

— Он сам об этом сказал. Сильная поддержка и ухо во дворцах, когда ему нужно, — ответила Идаан. — Даже если он преувеличил, он не похож на кролика, убегающего от охотника или бродящего по рисовому полю. Кто-то его кормит. И сколько в мире людей, желающих возвращения андата?

— Бесконечное количество, — ответил Ота. — Но сколько из них думают, что это возможно?

Синдзя открыл маленький деревянный шкафчик и достал рифленую бутылку, вырезанную из кости. Он открыл крышку, и запах вина наполнил комнату. Синдзя спросил, жестом, не хочет ли кто. Ота и Идаан одновременно приняли ту же самую утвердительную позу.

— Все книги сожжены, — сказал Ота. — Истории андатов исчезли, как и грамматики. Я и не предполагал, что он в состоянии это сделать, когда он написал мне, раньше. Не думаю, что он сможет сделать это сейчас.