Улучив момент, я взглядом поймал глаза Быка. Он увидел мой взор и понял что я собираюсь сделать. Бык отступил к самой стене барьера и укутался защитой, дабы ненароком не получить повреждений от атаки, предназначающейся Тигру. Убедившись что он обезопасил себя в достаточной мере, чтобы пережить эхо удара, я свернул защитный узор глефы и вместо того чтобы блокировать атаку Тигра, нанёс собственный выпад в ответ. Тигр мгновенно среагировал и развоплотился, чтобы спустя мгновение продолжить атаковать меня с другой стороны, но сделать он этого уже не смог. Мощный поток первородной энергии вырвался из моего тела и мощным валом покатился во все стороны, а спустя ещё мгновение из моей пасти начали вырываться молнии. Они били и били во всё вокруг, не делая разницы между травинкой и другим сгустком первородной энергии, в который обратился Тигр. Первородный шторм над мировым океаном. Так называется этот приём. Он требует колоссального количества энергии, но урон наносит всему что есть вокруг меня. Когда-то, с его помощью я уничтожил целую орду Ёкай, а сейчас, был вынужден использовать против собрата, ибо нет в моём арсенале приёма более масштабного.

Как я и рассчитывал, Тигр не смог увернуться от моей атаки. Его в буквальном смысле чуть не разорвало на лоскуты, когда он был в развоплощённой форме. Ему пришлось вернуться к физическому состоянию, дабы сохранить себя, но ни о какой целостности теперь и речи не шло. Морда Тигра была посечена, одна передняя лапа, половина хвоста и часть шкуры на его спине просто исчезли. Его узор нарушен, он истекает первородной энергией и каждую секунду теряет свои силы. Он проиграл.

— О чём ты думал, используя развоплощение так часто?!— одним лишь рёвом я опрокинул пытающегося встать Тигра.— Посчитал, что я неумелый, слабый и недоразвитый Ёкай, что не способен поймать вьющегося вокруг него всемогущего покровителя? Я знаю все твои слабости, ведь это и мои слабости тоже. Сражаясь с Собакой, ты ранил его таким же образом, но решил будто мне не хватит духу атаковать тебя всерьёз?!

Тигр ничего мне не ответил, он лишь вновь попытался подняться. Всё его тело тряслось, но он упорно продолжал бороться, не желая признавать поражение. Оно и не мудрено, поражение для него означает лишь смерть. Падший собрат не привык отступать, не привык выступать в роли слабейшего. Что же, теперь он чувствует это, чувствует какого быть слабым. И что больше всего мне нравится, он на собственной шкуре прочувствует каково было Собаке, какого это, быть живым, но знать что вскоре умрёшь, какого это, потерять часть собственного узора и истекать первородной энергией без возможности залатать своё тело!

— Ха-аха-ха,— вдруг разразился заливистым хохотом Тигр.

Он всё же встал. Я не стал вновь опрокидывать его на землю. Мне вдруг стало очень интересно, что же такого забавного этот засранец надумал в своей голове, что вдруг начал хохотать будучи на пороге смерти!

— Ты наверное счастлив,— произнёс Тигр, подняв голову и вперившись в меня помутнённым взглядом.— Ты всегда радел за справедливость. И тебе наверное очень приятно видеть меня таким. Наверняка думаешь, что воздал мне по заслугам. Думаешь, что позволил мне прочувствовать боль собрата Собаки. Ведь он наверняка умер, не так ли? У тебя его ключ. И это ведь он помог тебе создать твой узор и вновь стать самим собой? Да-да, точно он. Другие просто не сумели бы помочь, он был искуснее нас всех в вопросах плетения узоров. И эта помощь, стоила ему его жизни. Да, безусловно всё так и было. И теперь, ты стоишь надо мной, поверженным, сломленным. Радуешь, что отомстил. Радуешься, что у меня ничего не получилось. Радуешься, что заберешь мои ключи и с их помощью спасёшь этот мир. Но ты…. ты кое-что упускаешь….

Голос Тигра вдруг стал очень тих. Он захрипел и покачнулся. Его лапы подогнулись и он припал к земле. Поза была такая, как будто он готовится к броску, но у него не было одной передней лапы, а его тело в буквальном смысле потихоньку исчезало, испуская из ран остатки его сил.

— Что я по-твоему упускаю?— спросил я его, подходя ближе, чтобы расслышать его утихающий голос.

— Ты упускаешь тот факт….,— почти шептал Тигр.— Что нас покровителей, почти не осталось…. Этот мир не будет прежним…. Люди будут жить без нас, без наших богов, без руки, что ведёт их…. И то что ты так сильно пытаешься защитить…. Всё равно исчезнет….

Я хотел ему ответить, что он ошибается. Хотел сказать, что для меня нет ничего важнее, чем дать шанс нашему творению, пусть даже всё будет не так как прежде. Хотел, но не ответил, ведь все его слова, были не более чем попыткой отвлечь меня. Он решил будто вид умирающего собрата и сказанные им слова отвлекут меня, из-за чего я не замечу движения первородной энергии внутри его тела. Этот глупец, решил что может обмануть меня. И у него это не получилось. Он ошибся.

Мощный всплеск первородной энергии прокатился по телу Тигра, когда его ключи от сердца мира дали ему доступ к морю силы. Объём этой силы превосходил мой приём первородного шторма над мировым океаном почти вдвое. Тигр мог бы использовать эту силу для того чтобы залатать своё тело, мог бы попытаться вырваться из-за пределов барьера, но он выбрал нападение. Отчаянная попытка нанести мне смертельный удар и захватить пять моих ключей. Признаюсь, не будь я готов к такому, то наверняка бы умер, а вот Тигр наоборот бы жил, ведь захватив мои ключи, ему бы не составило труда залечить свои раны. Однако, эта история не закончится вот так. Подлость не возобладает над справедливостью.

Получив приток сил, Тигр в моменте частично восстановил часть своей передней лапы и тут же рванул к моему горлу. Я стоял близко, очень близко, потому как до этого подошёл почти вплотную к своему противнику, дабы расслышать его слова. И всё же, я не стал закрывать горло. Вместо этого, я взмахнул глефой за своей спиной. И Тигр оказался повержен. Даже будучи в таком положении, мой падший собрат и не подумал менять свой стиль ведения боя. Где-то на середине пути, тело Тигра развоплотилось и он оказался у меня за спиной. Огромная сила, полученная им от ключей, была пущена на этот обманный манёвр и кратковременную стабилизацию узора для возможности неожиданного перемещения. Изначально, он метил в мое горло, но настоящей его целью был загривок. И когда он почти вонзил свои клыки в моё тело, его голова оказалась отделена от тела. Лезвие глефы сверкнуло и без труда рассекло узор его физического тела. Теперь, этот бой наконец-то закончен.

Глава 25

Я стоял над поверженным собратом, а буря в моей душе потихоньку успокаивалась. Признаюсь, вид мёртвого собрата, пусть и свершившего столько плохих дел, будет преследовать меня до конца жизни. Он был мне братом, долгое время он следовал со мной рука об руку и помогал в нашем общем деле. Его последние поступки не имеют оправданий, и я не стану его оплакивать, однако, память о его светлом прошлом будет жить внутри меня.

— Прощай,— произнёс я в полной тишине.— Не думаю что нам когда-то вновь доведётся встретиться. Измерение загробного мира не позволит тебе покинуть себя дважды.