– Я понимаю, – пробурчала девушка. Затем мотнула головой и слегка прищурила глаза. – Конечно же, я понимаю это, – серьёзно повторила она. – Прости. Просто…

– И я понимаю, что расстроило тебя, – тепло произнёс я. Естественно, я был искренен. Если бы клан Ранзы не распался, её кандидатура подходила бы на роль первой жены. Не совсем идеально, с лёгким скрипом, но подходила бы…

– И всё же, – вновь заговорила богиня, – для твоего клана было бы неплохо иметь наследника с кровью Махамайя… – продолжает она гнуть свою линию. Вот же ж… Молодец, одобряю. Импонирует, что она переживает за будущее своих Вассалов. С другой стороны, слегка напрягает, что уже пытается отжать для своего будущего ребёнка лучшее место под солнцем. Это нормальное желание для матери. Так и должно быть… в моногамных парах. А вот с многожёнством… насколько я смог разобраться в этом вопросе, матери должны одинаково относиться ко всем детям супруга, а не только к своим биологическим. Однако ж это не всегда удаётся.

Но с Ранзой всё будет в порядке. Я в этом уверен на сто процентов.

– Полностью с тобой согласен, – заявил я, – так что хочу обратить твоё внимание вот на что: главы серьёзных кланов точно не отдадут своих дочерей во вторые и уж тем более – в третьи жёны. Это удар по репутации. А мы с тобой не хотим, чтобы из-за связи с кланом, а пока что родом Ильриз кто-то терял репутацию. Напротив, мы сами хотим её приобретать. Так что место моей первой жены в любом случае конкретно сейчас остаётся вакантным. Как ни крути, я не могу предложить его тебе. Однако хочу заметить, что нет никаких законов, требующих, чтобы наследником становился исключительно ребёнок первой жены. Наследником становится тот мальчик, который первым родился в официальном браке.

– Погоди, – напряглась Ранза, – уж не хочешь ли ты предложить мне зачать ребёнка ещё до того, как ты сыграешь первую свадьбу? Это уж совсем наглость, Илья.

– Это не наглость, а план. Примешь ты моё предложение или нет, зависит от того, насколько ты мне доверяешь. Если достаточно сильно, чтобы стать моей законной супругой и в дальнейшем моей опорой, то ты его примешь, – произнёс я серьёзно.

– А ты мне, значит, полностью доверяешь? – без тени иронии спросила она.

– Да, – кивнул я. – И в доказательство позволяю тебе заглянуть мне в голову. В моих мыслях и воспоминаниях ты найдёшь ответы на все интересующие тебя вопросы. С твоей Способностью это не составит труда. Ну, а я не буду тебе мешать.

Расслабившись в кресле, я развёл руки в стороны, будто герой боевика, пафосно предлагающий плохому парню: «Стреляй в меня!». Ранза несколько мгновений поколебалась, затем со всей серьёзностью кивнула:

– Раз уж ты приглашаешь, я войду, – проговорила она, и через миг я ощутил прану богини в своей голове.

Махамайя не скрывала эмоций: то улыбалась, то напряжённо щурилась, то усмехалась. Ей определённо нравилось смотреть «фильм» из моих воспоминаний и мыслей. Ну а я, как и обещал, не мешал, любуясь меняющимися выражениями лица девушки. Спустя несколько минут внезапно услышал в голове её голос:

«Рядом с ним я чувствую себя увереннее. Рядом с ним я в безопасности. Рядом с ним я… я могу расслабиться. Я хочу всегда быть рядом с ним. Быть его женой. И когда я только успела его полюби…»

Мыслеголос стих так же неожиданно, как и появился. Хм, понятно, Ранза только что мне транслировала свою мысль. Не обращалась через мыслеречь, а дала услышать собственные рассуждения. Жаль, что прервала на полуслове.

– Мне нужно всё хорошенько взвесить, – дрогнувшим голосом произнесла богиня, впившись в меня пронзительным взглядом. – Твоё предложение было… неожиданным.

– Я понимаю, – ответил я, поднимаясь с места, – тогда не буду больше отвлекать тебя. Был рад пообщаться.

– И я, – Ранза тоже вскочила на ноги. Показалась, хотела обнять меня, однако лишь кивнула на прощанье.

В коридоре меня уже ждали – всё та же бессменная служанка Лика подскочила ко мне и, поклонившись, произнесла:

– Господин Ильяриз, Господин Зерий велел передать вам, что хотел бы побеседовать с вами. Разговор серьёзный и не терпящий отлагательств. С вашего позволения, я доложу, что ваша встреча с Госпожой Махамайей окончена, и вы свободны.

– Конечно, – кивнул я, удивлённый такой срочностью. Что-то случилось? Или местный хозяин наглеет?

– Но сперва позвольте проводить вас в вашу комнату, – произнесла Лика, плавным движением руки указав на мою дверь.

Ждать пришлось недолго. От силы через десять минут служанка постучала и предложила следовать за ней.

Мы поднялись по лестнице на третий, хозяйский этаж. Здесь располагались спальни тех Зериев, что постоянно жили в этом особняке – главы клана, его жён и некоторых детей. Здесь же находился и личный кабинет Эрлиона, в котором он работал и принимал самых приближённых гостей. Да уж, какая честь для меня.

Возле кабинета стоял двухметровый сатир, с ног до головы покрытый белой шерстью. Лика низко поклонилась ему – возможно, хотела представить меня, но не успела.

– Господин Ильяриз, прошу вас, Господин Эрлион вас ждёт, – сатир поклонился мне и, выпрямившись, открыл дверь.

Интерьер личного кабинета моего «деда» был выполнен в классическом стиле, насколько я понимаю суть этого понятия: массивная деревянная мебель, покрытая блестящим лаком, деревянный паркет, ковёр на полу да тяжёлые портьеры. Хозяин, облачённый в чёрный смокинг и белую рубашку, двумя пальцами держал чашку ароматного синего чая, сидя на софе у низкого столика. Несмотря на то, что Эрлион был урождённым отшельником, он, повинуясь моде прошлого, постоянно использовал кольцо-хуманизатор. Так что вместо условно синекожего рогатого создания с лазурными волосами меня ждал вполне себе благообразный старик.