– Во время напомнил, - я достал из нагрудного кармана свой «маскарадный» набор.
– Теперь точно можем идти.

Сундук стоял посреди палубы, и вокруг него уже собралась большая компания любопытствующих.

– Николай, вам помочь вскрыть вашу находку?
– спросил профессор.

– У вас есть специалисты по вскрытию настолько старых проржавевших замков?
– с интересом взглянул я на него.

– Мой помощник, Валентин, может аккуратно снять одну из петель, это сохранит, как сам сундук, так и антикварный замок.

Я посмотрел на тощего парня, у которого в рука был набор инструментов, и кивнул.

– Хорошо, пусть приступает.

Валентину понадобилось всего пару минут, чтобы закончить свою работу.

– А можно я сам подниму крышку?
– попросил у меня Пётр.
– Хочу, чтобы зрители моего канала стали первыми, кто увидит содержимое сундука.

– Э-э-э...
– я даже на пару секунд замер от его просьбы.

Всё-таки, какая верная поговорка, насчёт наглости, которая второе счастье.

Хотя, ладно, от меня не убудет, пусть порадует своих подписчиков.

– Открывай, но ты будешь мне должен.

– Спасибо, Коля! В будущем я обязуюсь исполнить любое твоё желание. Только попроси!

Крышка поднялась, и на палубе повисла мёртвая тишина.

– Это золото?
– почему-то тихим шёпотом спросила у меня Светлана.

– Золото, - спокойно кивнул я.

– Сколько же его тут...
– ошеломлёно пробормотала она.

Липатов подошёл поближе к сундуку, и взял в руки одну из монет.

– Золотая монета в пять гиней, с надписью VIGO, начало восемнадцатого века. Очень редкий коллекционный образец. Приблизительная стоимость такой монеты двести пятьдесят тысяч евро.

– Одной монеты?
– чуть не поперхнулся воздухом Зотов.

– Их очень мало сохранилось, буквально считанные единицы. Сумма, что я назвал была выплачена на недавнем аукционе, где продавалась подобная монета.

– А тут их сколько? Тысяча, две?

– Думаю, больше, - профессор внимательно изучил размеры сундука и прикинул примерное количество монет, в нём хранящихся.
– В пределах четырёх тысяч.

– Четыре на двести пятьдесят... это, что же, миллиард евро получается?!
– телефон в руках Петра сильно задрожал.
– Обалдеть...

– Вряд ли, - покачал головой Виктор Иванович.
– Такое большое количество монет сильно их обесценит. Возможно, их стоимость упадёт в несколько раз.

– Всё равно, это очень много денег!

Я, скрытый маской и очками, подошёл к открытому сундуку и заглянул внутрь.

Он был заполнен золотыми кругляшами с профилем женской головы с одной стороны, и крупным крестом, составленным из четырёх гербов, с другой стороны.

– А с чего вы решили, что здесь хранятся монеты только одного номинала?
– спустил я на землю размечтавшихся Зотова и Липатова.

– Хм-м, а ведь правда...
– профессор опустился перед сундуком на колени и принялся доставать одну монету за другой.
– Не стойте просто так, присоединяйтесь ко мне, в одиночку я буду слишком долго возится с этой сортировкой.

Пётр передал телефон, с которого вёлся стрим, одному из своих людей, и с энтузиазмом в горящих глазах присоединился к своему другу.

А затем к ним осторожно подсела Светлана, которая так же не смогла устоять перед завораживающим блеском древнего золота.

– Николай, а вы?
– спросил Виктор Иванович.

– Насколько вижу, вы и без меня быстро справитесь, - покачал я головой.
– И кстати, я был прав, монеты в сундуке действительно не одного номинала.

Монет по пять гиней оказалось всего сорок пять штук. Все они лежали сверху, прикрывая собой более дешёвые и простые монеты по одной и двум гинеям.

На их подсчёт ушло больше двадцати минут.

Итого получилось: пять гиней - сорок пять штук, две гинеи - тысяча триста шестнадцать штук, одна гинея - две тысячи восемьсот десять штук.

– Я бы оценил вашу находку приблизительно в тридцать пять миллионов евро, - сообщил мне Липатов, поднявшийся с колен.
– И хоть это не миллиард, как предполагал Пётр, но тоже очень неплохой результат.

– Неплохой?
– Зотов посмотрел на друга, как на идиота.
– Витя, если считать в наших российских рублях, то как раз и получается один миллиард! Понимаешь? Миллиард рублей!